Трудовик

Отличник Чернышов вертел в руках ножовку, не понимая, как пользоваться этим агрегатом, двоечник Солдатов хмуро смотрел на разложенные перед ним доски, Обухов, выходец из верующей семьи, на всякий случай молился на тиски, а Жмыхов, который еще в первом классе решил стать стилистом, копался в своей сумочке в поисках зеркальца. Только весельчак Шувалов долбил по доске молотком, пытаясь вбить в нее гвоздь. Пальцы у Шувалова были уже кроваво-красные.

Учитель встал, вздохнул, прошелся по классу и остановился возле Шувалова.

А ты кем собираешься работать, Шувалов? Кем стать хочешь? на лице учителя появился почти ленинский прищур, без доброты, но с суровой хитрецой.

А я уже работаю. У меня подписчиков больше ста тысяч, ответил Шувалов, не переставая попадать молотком по пальцам.

Учитель не знал, что и этот урок улетает в ТикТок и пальцы Шувалова принесут ему деньги намного большие, чем учительская зарплата.

Во-первых, прекрати стучать. Во-вторых, ты не Советский спорт, чтоб на тебя подписываться. В-третьих, вот перед тобой чертеж лежит. Где здесь гвоздь? Зачем он здесь? учитель сунул чертеж под нос Шувалову.

Шувалов отложил молоток, взял чертеж и долго на него смотрел.

Я, Альфред Михайлович, в этих чертежах ничего не понимаю. И вот же гвоздь, перед ноликом и буковками, ткнул он пальцем в чертеж.

Это единица. Здесь должно быть отверстие диаметром десять миллиметров для саморезов, вздохнул учитель.

Треш! Саморезы какие-то Отпустите лучше меня к медсестре, у меня вон и Шувалов показал побитые пальцы сначала учителю, а потом стоящему на верстаке телефону.

Иди, а то меня с работы выгонят, и учитель пошел дальше по классу.

Шувалов схватил телефон.

А сейчас, френды, будет жесть, и с этими словами он выбежал в коридор.

Какая жесть? У нас ДСП! обернулся учитель, а класс хохотнул.

Что смешного? насупился учитель.

Жесть это жестко, просветил учителя Солдатов: Это молодежный сленг.

Жесть это холоднокатаная отожженная листовая сталь, отчеканил Альфред Михайлович. А жестко это спать на

Но где жестко спать, класс не услышал. От верстака, за которым сидел Толя Рыженков, раздался громкий звук, и Альфред Михайлович рванул на этот звук, как голодный гепард на сытую антилопу. Слава богу, страшного ничего не случилось Толя Рыженков решил отпилить часть дээспэшной плиты и уронил все, включая сам верстак.

Сломалась вот, извиняюще сказал Рыженков, показывая остатки полотна ножовки. Я все расчертил, хотел

А ты проверил крепление полотна? Мы же на той неделе учили концы полотен лучковых пил должны быть прочно закреплены в шаховках, а сами полотна разведены, сказал Альфред Михайлович.

Ой, а у нас коттедж в Шаховке, а родители разведены, раздался голос Жмыхова. На каникулах в Данию полетим, может, там их поженят.

А в России почему пожениться нельзя? спросил учитель, помогая Рыженкову поставить верстак. На Руси такие прекрасные свадебные обряды. А ты бы им на свадьбу стул своими руками сделал, мы бы помогли всем классом. Да, ребята?

Класс издал одобрительный звук, а Жмыхов вздохнул.

На Руси невозможно заключить брак между двумя людьми одного пола, сказал он. Статья двенадцатая Семейного кодекса требует согласия мужчины и женщины. А у нас в семье женщин нет.

Альфред Михайлович открыл рот, чтобы что-то сказать, но вовремя осекся и посмотрел на стоящего рядом Рыженкова.

У Жмыхова однополая семья, пояснил тот. Папа один и папа два. А папа два датчанин.

У учителя произошел когнитивный диссонанс, но он не знал, что это такое, поэтому просто резко погрустнел. Помолчав, он поправил верстак, потом еще раз поправил и решил сделать вид, что ничего не слышал.

А ты кем стать хочешь, когда вырастешь? спросил он у Рыженкова.

Я в нефтянку пойду, ответил тот.

Нефть добывать будешь?

Зачем добывать? Продавать.

Так чтобы продать, ее надо сначала добыть!

Ну это я не знаю, как ее там добывают, откуда, из чего. Я буду только продавать и дом на Мальдивах куплю. А из чего ее добывают?

Из земли, когнитивный диссонанс у Альфреда Михайловича усиливался, и он с тоской посмотрел на часы.

Ну, земли на Мальдивах навалом. Там и добывать будем, решил Рыженков.

Альфред Михайлович сглотнул слюну, зачем-то занюхал ее рукавом и подошел к Мухамеджанову, который работу закончил и уже подметал возле верстака.

Что это? учитель осмотрел сотворенную Мухамеджановым конструкцию.

Полка, уверенно ответил Мухамеджанов.

Чтобы ты ни делал, Мухамеджанов, у тебя получается дастархан. Четыре тебе. А остальным по три балла, Альфред Михайлович посмотрел на Жмыхова и толерантно добавил: Жмыхов, тебе пять.

Но слова толерантно учитель тоже не знал, поэтому добавил это просто так, из жалости. Тут прозвенел звонок, ученики потянулись к дверям, а когнитивный диссонанс в голове Альфреда Михайловича трансформировался в непреодолимое желание выпить.

Вечером, когда школа опустела, учитель технологии Альфред Михайлович напился в компании физрука и школьного охранника. Он долго и бессвязно рассказывал собутыльникам про СССР, потом спел две песни из репертуара Софии Ротару и уснул на лавочке в школьной раздевалке.

А утром он написал заявление об увольнении и в этот же день уехал куда-то с Ярославского вокзала. Через несколько дней, проехав пять тысяч километров, он оказался в 1972 году и сошел с поезда.

Альфред Михайлович работает трудовиком в средней школе забайкальского поселка городского типа Киреево. Его там ценят, он признан лучшим учителем школы и награжден грамотой, а его мальчишки делают прекрасные полки и табуретки и побеждают в поселковых конкурсах по столярному делу. Альфред Михайлович счастлив и недавно женился на завуче.

Но иногда, когда он видит по телевизору выступление стилиста и певца Огюста, он плачет, напивается и рассказывает, что раньше этот Огюст был Жмыховым, что у него два папы и один из них иностранец.

Но ему, конечно, никто не верит.

Илья Криштул

В рифму (пародия)

РАСКАЯНЬЕ

Преступному весь век я предан зуду,

и в том давно пора признаться мне:

я мысли крал. И впредь я красть их буду,

и пусть потом в аду гореть в огне.

Игорь Губерман

Я не привычен к славе и наградам,

давно поет осанну мне хорал!

Боюсь лишь одного, чтоб перед адом

не встретить тех, чьи мысли воровал.

Евгений Минин

Ведущий рубрики Джангули Гвилава, e-mail: satira@mk.ru