Анатолий Кузичев: Наблюдая разворачивающуюся (удивительно стремительно) на наших глазах сирийскую драму, задаю себе вопросы и пытаюсь найти ответы
Наблюдая разворачивающуюся (удивительно стремительно) на наших глазах сирийскую драму, задаю себе вопросы и пытаюсь найти ответы.
Меньше всех в этой истории удивляет друг Реджеп. Про него всё давно уже понятно (см. зерновую сделку и прочее). Он ведет себя как настоящий султан Оттоманской порты и нападает через местные прокси исключительно в тот момент, когда защищающийся отвернулся. Речь, как вы понимаете, о России, которая сейчас плотно занята Украиной и по объективным причинам не может в полной мере заниматься Сирией.
Артём Шейнин прав, говоря: о какой сверхдержавности мы говорим, если не можем заниматься одновременно более чем одним направлением?. Прав, но мы пока эту сверхдержавность только отстраиваем, так что да не можем.
Хотя на секунду, чисто в ходе мысленного эксперимента хочется спросить у старины Реджепа: А чего ты, Реджеп, хочешь этим добиться? Ну, приведешь ты к власти кучку откровенных террористов (или оппозиционеров, как заявляет сам Эрдоган) договориться с которыми в принципе нельзя, а дальше что? Или ты всерьез веришь, что сможешь контролировать огромную армию боевиков, большая часть которых еще вчера размахивали флагом ИГИЛ*? Спроси у американцев, создавших своими руками в Афганистане Аль-Каиду. Как они там, долго её контролировали? Понравилось?
Думаю, он важно ответил бы что-то типа всё схвачено, я их полностью контролирую и это смешно конечно. Но не очень.
Больше всего в этом безумии, к сожалению, удивляет Асад. Нет, то есть я понимаю, что вся его надежда была на союзников (и речь не только про нас), но хочется просто узнать: а сирийская армия это всё-таки структура из материального мира, или субстанция исключительно метафизическая? Где она? На этот вопрос, к сожалению, есть ответ и очень вульгарно материальный: переоделась в гражданку и пытается сбежать.
По этому поводу справедливо написал Ортега: можно привести лошадь к водопою, но нельзя заставить её пить.
Понятно, конечно, что некоторые особо горячие головы уже успели окрестить сирийскую драму/трагедию нашим страшным поражением, но вообще, было бы неплохо помнить, что Сирия не входит в состав России.
У нее есть свой президент, есть своя армия, свои силовые органы и так далее. Вернее, должны были быть и были, но, получается, номинально.
Конечно, глупо отрицать, что Сирия это наш интерес и наш проект, глупо и подло забыть, сколько там погибло наших ребят, это очень важная стратегическая точка, но не жизненно важная, как Украина.
Наконец, последний вопрос должен быть адресован тем талантливым Вашингтонским политтехнологам, которые в начале 2010-х решили опробовать технологии массовых демократических протестов на исламском мире, что внезапно обернулось джихадом. Как успехи, ребят? Уже построили устойчивую демократию в Сирии, Ливии, Тунисе и других странах? Всё получилось, или до сих пор есть проблемки?
Это, кстати, пусть и болезненный для нас, но очень для всех поучительный пример прихода американской демократии в страну/регион.
И последнее. Стремительность происходящего не может не заставить думать о каком-то договоре или размене.
* запрещенная в России террористическая организация.