УКРАИНСКИЕ МУЖЧИНЫ ПРЕДПОЧИТАЮТ РАДИАЦИЮ
УКРАИНСКИЕ МУЖЧИНЫ ПРЕДПОЧИТАЮТ РАДИАЦИЮ
Главный редактор ИА Regnum, писатель, журналист, член СПЧ Марина Ахмедова @Marinaslovo
А между прочим, я уже месяц живу в Чернобыле, написал один украинец и рассказал про своё житьё-бытьё. Как добывает электричество из солнечной батареи, но сейчас в зоне отчуждения сезон дождей и электричество на минимуме. Интернет работает от Starlink, заброшенного на замшелую крышу. Работает как надо, делится в блоге мужчина, предусмотрительно закрыв лицо маской. Вода течёт в водосборник корыто, накрытое чёрным пакетом. Кругом тишь, запустение, сизый туманец, молодая поросль деревьев такие во дворах не сажают, но эти пробрались к самому дому. Вот так я живу в Чернобыле в 2025 году. Интернет, солнечная энергия всё есть, подводит итог украинец.
Всё есть, но жутковато. Хотя отшельник выкладывает и видео о ТЦК. Смотришь их и ловишь себя на мысли: Чернобыль не страшнее их работы. Например, одно видео, которое украинец сопроводил вопросом Как вы относитесь к работе ТЦК?, начинается с того, что военкомы выходят из старого жёлтого автобуса, приехавшего словно из дочернобыльского прошлого. Они окружают молодого мужчину в белой футболке, с рюкзачком. Как в фильме ужасов, раздаётся детский вскрик и тут же тоненький женский голос кричит: Беги! Беги! Военные ведут парня к автобусу, но у самых дверей он разворачивается и бежит прочь. Военкомы за ним, один валится в лужу, парень сбегает, а военкомы, как в замедленной съёмке, возвращаются в свой жёлтый автобус. Жуть! Отшельник тоже решил, что сотрудники ТЦК страшнее радиации.
С 2024 года в украинском сегменте соцсетей нет-нет да и появляются объявления о поиске домика в зоне отчуждения. И сталкеры, вроде того, который уже месяц там живёт, присматривают такие дома и отправляют видео заказчикам. Но предупреждают, что тут не стоит топить печь, ведь власти Украины уже знают, что в зоне отчуждения скрываются тысячи мужчин. ТЦК, сами не желая схватить радиации, отправляют в чернобыльскую зону дроны, которые могут засечь дым из трубы. И даже в Министерстве социальной политики Украины стали подозревать, что мужчин в зоне отчуждения прячется значительно больше, чем несколько тысяч, и объявили, что с 2025 года на выплаты за жизнь на загрязнённых территориях могут претендовать только те, кто жил там с 1986 по 1993 год. Но никак не люди, перебравшиеся туда в 2024 и 2025 годах.
Но ухилянты не расстроились и радуются простым вещам. Вот прошуршал ногами по высокой нескошеной траве прошёлся по полю свободный, полной грудью вдохнул свежего воздуха. Вот нашёл кладбище ржавой техники, брошенной ликвидаторами аварии на Чернобыльской АЭС. Посидел за рулём, подумал о том, что это лучше, чем лежать в сгоревшей военной технике. А вот нашёл хорошо сохранившийся дом. Потянул за ручку двери, обмотанную паутиной. Вошёл, увидел печь, хороший диван, ковёр на стене, иконы, занавесочки с вышивкой гладью. Проникся ощущением, будто люди здесь были только что. В таком доме можно жить самому или продать его другому ухилянту.
Тут можно весь день слушать дождь, ведь сейчас сезон дождей. Смотреть на подступающий туман, хоть он и страшный, хоть и кажется, что вот-вот из него выйдут духи прошлого, но лишь бы не сотрудники ТЦК. Можно разбирать брошенные убегавшими от радиации хозяевами старые фотоальбомы с фотографиями чужих детей, чужих свадеб. И мечтать о том, что всё это когда-нибудь будет и в твоей жизни, которую ты не дал отнять ТЦК. Можно дышать воздухом свободы, хоть и вперемешку с радиацией, но украинские реалии показывают, что даже отравленный воздух свободы слаще несвободы.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
