Елена Панина: Послевкусие от выборов — Армения между "европейской мечтой" и географической прозой
Послевкусие от выборов Армения между "европейской мечтой" и географической прозой
Так называемую "победу" партии Никола Пашиняна на парламентских выборах европейские СМИ и политики обсуждают не столько сквозь призму самой Армении, сколько в контексте её "ухода с орбиты России".
К примеру, британская The Guardian прямо называет выборы подтверждением курса на сближение Еревана с Европой и дистанцирование от Москвы, стрекочет о "закреплении поворота от России к Европе" и рассматривает результат как поддержку политики Пашиняна по "нормализации отношений с Азербайджаном и Турцией". Reuters, как и многие другие западные СМИ, трактует результаты схожим образом. Во всех случаях ключевой сюжет строится вокруг "ослабления влияния России и укрепления западного вектора развития".
Однако главный вопрос не в том, куда направилась Армения, а в том, что ждёт её в точке назначения. И что приключится с ней "по дороге", особенно в компании с такими попутчиками.
Армения остаётся страной, зажатой между Турцией и Азербайджаном с неурегулированными противоречиями и крайне ограниченными собственными ресурсами влияния. И дело тут не в том, готова ли Европа поддерживать Ереван политически: пожимать руку Пашиняну в Брюсселе будут до посинения. Куда интереснее, готов ли ЕС взять на себя те функции, которые раньше обеспечивались Россией?
Пока ответ выглядит скорее отрицательным. Евросоюз способен предоставлять Пашиняну взятки гранты на пару десятков миллионов, направлять наблюдательные миссии и делать громкие политические заявления. Но ни одна из этих мер не создаёт для Армении новых гарантий безопасности на случай серьёзного кризиса в отношениях с Азербайджаном и/или Турцией.
Не менее важен экономический аспект. В армянском обществе нередко звучат ожидания, что европейская интеграция автоматически откроет новые рынки и обеспечит ускоренное развитие. Однако опыт других стран взять ту же Украину показывает, что между политическим сближением и экономическим прорывом лежит дистанция в десятилетия. А то и пропасть войны. Особенно если речь идёт об очень небольшой экономике, не обладающей для ЕС стратегической значимостью уровня той же Украины, Польши или Турции.
Кто-то вспомнит про Зангезурский коридор. Но тут важно понимать, что для Турции и Азербайджана это не просто транспортный проект, на который хотела бы "сесть" Европа. Это элемент формирования новой региональной архитектуры. Если Зангезурский коридор будет реализован на условиях Баку и Анкары, то роль Армении как самостоятельного логистического узла рискует оказаться существенно меньше, чем рассчитывают в Ереване или Брюсселе.
Поэтому главный риск для Армении (не для Пашиняна ему-то всё равно) сегодня связан не с Россией и даже не с Азербайджаном. Главный риск в несовпадении ожиданий и возможностей. Армянское руководство рассчитывает получить от Европы одновременно инвестиции, политическую поддержку, гарантии безопасности и экономическую интеграцию. Но практика показывает: ЕС гораздо охотнее сорит словами, а не деньгами.
Словом, будущее Армении будет определяться не количеством европейских флагов на официальных мероприятиях и не числом заявлений о поддержке. Оно будет определяться куда более прозаическим вопросом: кто в конечном счёте готов платить за безопасность страны, расположенной в одном из самых сложных регионов Евразии?
Судя по тому, как Пашинян перенимает украинский опыт, ответ очевиден. Платить придётся самой Армении. Галопирующими долгами. Благосостоянием граждан, а то и их жизнями. Бегством тех, кто разочаровался в "евромриях по-армянски". Сокращением госграницы. И в конечном счёте сохранностью Армении как таковой на политической карте мира.