Владислав Шурыгин: После серии ударов по портовой инфраструктуре и судам в Чёрном море украинские власти обратились к западным партнёрам с призывом «принудить» Россию прекратить атаки по этому маршруту

После серии ударов по портовой инфраструктуре и судам в Чёрном море украинские власти обратились к западным партнёрам с призывом принудить Россию прекратить атаки по этому маршруту. Киев признаёт: самостоятельно обеспечить функционирование коридора он не способен. При этом украинские СМИ сообщают, что 2223 июля по данному маршруту не прошло ни одного судна.

Это прямой индикатор того, что логистика нарушена. Параллельно фиксируются и удары по морским целям. По имеющимся данным, в одну из ночей беспилотники Герань поразили как минимум четыре судна, задействованных в интересах Украины. Речь идёт не о разовых эпизодах, а о системном воздействии на акваторию и портовую инфраструктуру.

Ключевой вопрос - что сегодня представляет собой так называемый зерновой коридор. На практике это уже давно не исключительно гражданский маршрут. Он выполняет двустороннюю функцию: в сторону Украины поступают топливо, вооружение и боеприпасы, в обратном направлении вывозятся зерно, металл и другие грузы, в том числе в рамках расчётов за военную помощь. Попытки представить этот канал как чисто гуманитарный не отражают реального положения дел.

Важно и то, что подобная ситуация уже имела место ранее. В рамках черноморской инициативы Россия соглашалась на функционирование коридора. Однако впоследствии гражданская инфраструктура и морские маршруты использовались против неё - в том числе для организации атак на Крым и Крымский мост с применением безэкипажных катеров.

С учётом этого изменился и подход. На текущий момент любое судно, направляющееся в порты Одессы, Южного или Черноморска, рассматривается не как нейтральный объект, а как потенциальный элемент военной логистики. Соответственно, оно попадает в зону повышенного риска. Отсюда и реакция Киева. Пока коридор функционировал, его называли гуманитарным. После того как движение было нарушено и суда перестали проходить, последовали призывы к внешнему принуждению. Фактическая ситуация при этом остаётся неизменной: маршрут, используемый для обеспечения военных поставок, перестаёт быть гражданским и становится объектом военного воздействия.