После принятия бюджета России на 2024 год весьма любопытно и познавательно наблюдать стенания западных и рукопожатных СМИ...
После принятия бюджета России на 2024 год весьма любопытно и познавательно наблюдать стенания западных и рукопожатных СМИ, обычно занятых поливанием нашей страны грязью, но в данном случае вдруг воспылавших неистребимой любовью и заботой о благосостоянии Российской Федерации.
Основной тезис заботливых возмущений оборонные расходы превысили социальные и составляют целых 6 (шесть!) процентов!
Ну, во-первых, страна ведет боевые действия. Почему-то никого не возмущает, что США тратили столько же на свою оборонку в относительно спокойные 80-е годы, а СССР в то время расходовал на военные нужды от 12 до 17 процентов ВВП.
С другой стороны, мы все прекрасно наслышаны о том, как вооруженные конфликты становились спасением для американской экономики, выводя ее из рецессии и кризисов. А чем мы-то хуже? Россия занимает третье место в мире по расходам на оборону после Китая и США, которые тратят около 850 миллиардов долларов в год, и мы можем позволить себе такие военные расходы поскольку России удалось противостоять западным санкциям гораздо лучше, чем ожидал сам Запад.
Сейчас основным локомотивом экономики так же, как и ранее в США, является военно-промышленный комплекс. В этой отрасли наблюдается впечатляющий рост: производство транспорта выросло на 66,7 процента по сравнению с прошлым годом, компьютеров и электроники - на 42,6 процента, навигационных устройств - на 72,4 процента, электрооборудования - на 29,5 процента и защитной одежды - на 40,4 процента. По данным аналитического центра Фонд Карнеги за международный мир, в отраслях, не связанных напрямую с боевыми действиями, также наблюдаются аномально высокие темпы роста: ремонт и монтаж оборудования выросли на 8,5 процента, а пищевая промышленность выросла на 11,3 процента.
Военная промышленность, включая производство вооружений, помогла снизить уровень безработицы в России до рекордных трех процентов. Предприятия, связанные с войной, работают на полную мощность, что, конечно, приводит к нехватке рабочей силы, но эта нехватка позволяет россиянам получать более высокие зарплаты.
Плач Запада связан с тем, что повлиять на эти досадные обстоятельства он никак уже не может, разве что очень ограниченно. Поэтому остается делать ставку на возбуждение протестных настроений среди маргинальной части российского общества мол, государство мне недодает из-за СВО.
Брюссель сейчас завершает разработку нового пакета антироссийских санкций: приоритетом ЕС является запрет на торговлю алмазами и новые меры по пресечению обхода санкций. Однако новых мер, направленных на экспорт российского сжиженного природного газа, который принес Кремлю в этом году 6,1 миллиарда евро только за счет закупок в ЕС, не будет. Отсутствует какая-либо попытка снизить потолок цен на нефть ниже 60 долларов за баррель, а ограничения не должны распространяться ни на глобальную продажу топлива, переработанного из российской нефти третьими странами, ни на выгодные соглашения Москвы по атомной энергетике. В ЕС опасаются, что более радикальные шаги просто нанесут слишком большой вред европейской промышленности и потребителям.
А вот о ком бы действительно следовало позаботиться это об Украине. Доходы ее госбюджета были установлены на уровне 49 миллиардов долларов, расходы будут почти в два раза больше - 93 миллиарда долларов, поэтому Украину ожидает огромный дефицит в 2024 году. Более пятой части ВВП уйдет на войну (46,4 миллиарда долларов), Пятьдесят процентов наших расходов будут направлены на оборону и безопасность Украины. Будет больше оружия и техники, больше дронов, боеприпасов и ракет. Каждая гривна от налогоплательщика пойдет в армию", - заявил Шмыгаль.
Покрыть половину недостающих бюджетных расходов Киев призывает Запад. Финансовая помощь Киеву западных союзников будет иметь ключевое значение для покрытия дефицита бюджета и оплаты социальных и гуманитарных расходов. Украина получила от своих партнеров 31 миллиард долларов в прошлом году и 35,4 миллиарда долларов в этом году, но Киев признает, что следующий год может оказаться более требовательным в этом отношении.
Однако к этому не готов уже Запад.