Решил, коллеги, развить тему, поднятую вчера в материале для RT. Про то, как американцы пытаются лишить нас свободы маневра на Украине через растаскивание нашего потенциала по второстепенным «театрам» гибридной войны, в том...
Решил, коллеги, развить тему, поднятую вчера в материале для RT. Про то, как американцы пытаются лишить нас свободы маневра на Украине через растаскивание нашего потенциала по второстепенным театрам гибридной войны, в том числе и через размораживание ранее замороженных конфликтов. Это довольно серьезный для нас вызов, поскольку многое в нашей политике и на внешнем, и на внутреннем контуре делалось через откладывание решений по ключевым направлениям. Разморозиться, в действительности, может очень и очень многое. Вопрос очень деликатный, редкий случай для меня, когда я затрону и внутренние проблемы. Ничего эдакого не напишу, но, на всякий случай, пусть текст будет в частном канале.
Проходим по ссылке:
Примечание: сегодня пост из двух частей. Просто в один не влезло.
В основном канале выскажу две мысли:
Первая. США, конечно, нужно выскочить из украинского конфликта, но не вообще, а сейчас. А вообще долгий мир с Россией в США никому особенно не нужен. Напротив, - значение конфронтации с Россией, Ираном и Китаем как фактора консолидации внутренней жизни и ускорения экономики, вполне осознан. Я вообще рискну предположить, что новый маккартизм будет связан с разоблачениями чьих-нибудь шпионов. Наверное, все же не наших, а китайских, поскольку фактор создания для китайцев новых рамок поведения он вполне критичен.
Вторая. В США слишком многие, не только партия эскалации, рассчитывают на внутреннюю дестабилизацию в России, на то, что Россия наконец-то надломится и будет готова обсуждать даже потенциально в перспективе опасные для себя варианты заморозки конфликта. Оконечником всех действий и США, и партии хаоса является попытка раскачки ситуации внутри России. Тут они пока совершенно едины.
Обращу внимание на ситуацию на российском финансовом рынке. Нет, я не усматриваю в отличие от многих экспертов в действиях финансового блока и в крайне неуклюжих заявлениях злого умысла. Но я надеюсь, мы, все понимаем, что изначальный толчок на финансовом рынке был извне, а, как минимум, часть процессов внутри России, включая и информационную кампанию по разгону паники, была спланированной и управляемой? Просто инструментарий, традиционно работавший, оказался уже недостаточен для столь масштабных и агрессивных манипуляций. Потому, что была недооценена острота политической ситуации.
Наши геоэкономические и геополитические противники четко уловили нашу главную точку уязвимости: кризис системы управления экономическими и политическими процессами. Эта система в условиях резкого изменения внешней среды, а также и структуры российского общества, теряет свою эффективность. Не понимать, что в нынешних условиях, когда США принципиально важно было выйти на договоренности с Россией о замораживании в феврале-марте с позиции силы, а на фронте этой силы, если и будет, то не много. А главная сила для США, - наша слабость внутри. Не понимать этого опасная политическая близорукость.
Нет, это еще не политический кризис, даже не близко - при наличии путинского консенсуса он почти невероятен. Это кризис управления, способный создать политические последствия. Власть осознает власть опасность такой связки. И одним из ответов на нарастание этого кризиса является Указа Президента со сложным названием Об оценке эффективности деятельности высших должностных лиц субъектов Российской Федерации и деятельности исполнительных органов субъектов Российской Федерации. Есть и другие признаки.
Теперь два замечания по порядку ведения:
1. По Сирии возьму паузу на пару дней. Начался, процесс упорядочивания политической ситуации и выстраивания новой линии сдерживания исламистов. Партия эскалации выиграла первый раунд (Алеппо), пока проигрывает третий (оказалась в полной политической изоляции), а насчет второго раунда пока не понятно (как я и предсказывал, пошло движение не к Дамаску, а на восток Сирии).
2. Неделя очень плотная, больших материалов обещать не могу. Но буду пытаться обозначать важные вещи.