Русская угроза как единственный фактор устойчивости европейской власти

Украина не сможет вступить в НАТО при Трампе из-за его резко отрицательной позиции по этому вопросу, но, возможно, войдет туда после завершения его каденции, заявил президент Финляндии в интервью CNBC

Фото: nato.int

Будет реалистично признать, что если один из ключевых членов альянса Соединенные Штаты Америки против вступления Украины в НАТО в настоящий момент, этого не случится в краткосрочной или среднесрочной перспективе, как бы вы ее ни определяли. Но в долгосрочной перспективе такая возможность должна быть, сказал Александер Стубб, указав, что вступление Украины в ЕС обязательно произойдет сейчас и в конце концов случится ее вхождение в Североатлантический альянс.

Похожие заявления звучали от западных политиков и раньше, но Стубб прямо связал натовские перспективы Украины с уходом Трампа, выставляя таким образом некоторый дедлайн. Такая конкретизация, вероятно, должна убедить украинцев, что главная мечта их властей еще может воплотиться.

Но дело не только в этом. Ритуальные пляски вокруг участия Украины в НАТО обращены к нам и должны сформировать у России ощущение особой значимости формального членства соседей в блоке. Не случайно в плане Трампа именно отказ от него был представлен, как самая главная уступка Москве, призванная имитировать компромисс. Хотя сам по себе отказ от членства Украины в НАТО не гарантирует отсутствие угроз России с ее стороны. Так, например, как совершенно справедливо заметил Дмитрий Медведев, гипотетическое членство Украины в ЕС является для нас ничуть не меньшей угрозой, чем ее участие в НАТО в силу стремительной милитаризации ЕС и его превращения в агрессивный военный блок, направленный против нашей страны.

Можно предположить и другие способы, с помощью которых может быть сохранена роль Украины как антироссийского прокси и плацдарма западного блока. Достаточно сказать, что в тот момент, когда угроза, исходящая с ее территории, стала для нашей страны настолько велика, что Москва была вынуждена начать СВО, Украина формально не являлась членом какого-либо западного союза.

Европейцы, и прежде всего Великобритания, Германия, Франция, Польша и Италия, взяли курс на создание военной платформы, цель которой сократить зависимость от США и создать автономный блок, координирующий свои усилия. Украину также предполагается связать с этой структурой, но не на правах союзника, а как младшего грантового партнера. В создаваемой ЕС военной сети она не будет включена в единую систему управления ПВО и над ней не будет ядерного зонтика, который собирается раскрыть над Европой Франция. То есть за Украиной сохраняется статус даже не стратегического предполья, а поля боя прокси-войны.

Интересно и то, что вопрос о долгосрочном сохранении ее даже в этом качестве не стоит. Конечно, Запад прямо заинтересован в том, чтобы существующий на Украине режим пережил и каденцию Трампа, как надеется Стубб, и продержался еще дальше, но никто не будет восстанавливать Украину и строить там мирную жизнь по европейским стандартам. Также и вопрос ее консервации путем прекращения боевых действий даже не рассматривается об этом, в частности, говорит отношение к переговорному процессу в Стамбуле, который Рютте назвал несерьезным. Подобно велосипеду, который сохраняет устойчивость только в движении, Украина в ее нынешнем виде может существовать, только продолжая войну с Россией. В случае ее заморозки велика вероятность того, что режим Зеленского рухнет и Украина развалится, а на Запад ринутся миллионы беженцев.

Но в режиме велосипеда функционирует не только Украина. В условиях социально-экономического кризиса, инфляции символов и европейских ценностей, миф о российской угрозе становится важным, а часто и единственным инструментом управления.

Гибридная война, которую европейские страны ведут против России, позволяет поддерживать на плаву потерявшие доверие институты в ЕС и европейских странах. Принцип коней на переправе не меняют работает и в Европе, тем более что все проблемы и непопулярные решения, вроде поддержки коррумпированного украинского режима, усиления языка вражды в СМИ, милитаризации всех аспектов общественной и хозяйственной жизни, можно объяснять просто: враг у ворот. Всё, включая СМИ и образование, подчиняется логике конфронтации с Россией, а любое инакомыслие или даже вполне системная критика неэффективности или коррупции руководства всё чаще клеймится как подрывная деятельность в интересах Кремля, как угроза национальной безопасности. Осуществляемая тотальная мобилизация европейского общества всё больше начинает напоминать диктатуру в лучших традициях Третьего рейха.

То, что при этом реальных подтверждений российской угрозы не существует, с лихвой компенсируется постоянным и многократным повторением антироссийских тезисов.

Но при всех этих управленческих плюсах кризис усиливается, усталость от эскалации растет, бюджеты трещат, общественное мнение колеблется, и очень скоро его можно будет контролировать только с помощью репрессий. Несмотря на это, взятый курс остается неизменным. Почему?

Постпред России в ООН Василий Небензя объясняет очень просто: Сегодня Европой управляют политические карлики.

Использовав один раз милитаризацию как инструмент управления, они уже не могут руководить по-другому. Они запрыгнули в седло велосипеда войны, будучи убежденными в нашей слабости, полагая, что санкционное давление и военная помощь ВСУ быстро поставят Россию на колени, и теперь уже не могут его остановить, чтобы не упасть. Чтобы сохранить устойчивость еще какое-то время, им приходиться всё дальше нестись по пути эскалации.

Возвращаясь же к членству Украины в НАТО или в ЕС, можно констатировать, что обсуждение вхождения или невхождения в те или иные объединения, является ничем иным, как отвлечение на негодный объект, если говорить языком оперативных служб. Любые гарантии неприсоединения Украины не имеют никакого значения, пока власть в ней подконтрольна западным карликам, видящим в ней только Анти-Россию.

Борис Джерелиевский, ВЗГЛЯД

ВС РФ нанесли удары по системам ПВО в Киевской области