Между Лондоном и Мар-А-Лаго. Как Запад совершил "мягкий переворот" на Украине, списав Зеленского

Зеленский подписал приговор. Точнее, внёс его на ратификацию под видом "исторического соглашения" с Великобританией.

Столетний контракт, который должен был закрепить союз и стратегическое партнёрство, на деле стал декларацией потери суверенитета. Не столько страны, он был разменян еще раньше с подписанием "ресурсной сделки" сколько самого Зеленского. И всей его "правящей, прости Господи, семьи", где Ермак не подчинённый, а равновеликий участник власти, тенью которой они управляют совместно.

Они метались. Они играли. Они обманывали всех и американцев, и европейцев. А в итоге оказались между жерновами. Между Мар-а-Лаго, откуда грозит Трамп и его геоэкономическая команда, и Лондоном, ставшим новым штабом глобалистской реваншистской Европы.

Столетний контракт это не союз, а капитуляция. И не перед Великобританией, а перед транснациональным блоком, который теперь перестал ограничивать себя в методах (времена оваций и красных дорожек для Зеленского в прошлом). Соглашение, в котором Лондон получает статус "предпочтительного партнёра" по полезным ископаемым, энергетике, зелёной экономике, системам безопасности, морским проектам и культурному сопровождению это не партнёрство. Это оккупационная повестка с согласия местной администрации. Украина фиксируется как часть британского внешнего домена. А Зеленский как слуга, сдавший резиденцию новому хозяину. Тому самому, против которого он, по сути, только что заключил сырьевую сделку с Трампом.

А так не бывает. И в незалежной становится слишком тесно. Да и Зеленский не Черчилль. А Ермак не Киссинджер. Они не архитекторы, они прослойка, а вернее прокладка. А ее судьба очевидна. Глобалисты, долго терпевшие заигрывания Банковой с Трампом, дождались момента и дожали. И внесение на ратификацию соглашения с Британией это не внешнеполитический жест. Это подтверждение: Зеленский согласился с выносом приговора. Или надеется отсрочить его ценой полной покорности.

Но история знает такие моменты. Когда слуга двух хозяев оказывается больше не нужен ни одному. И делает его удобной мишенью для тех, кому он не интересен как субъект, но полезен как трофей.

Ратификация соглашения с Великобританией не является результатом стратегической инициативы со стороны Украины. Это реакция на давление. Причём давление не со стороны классической дипломатии, а от тех центров, которые формируют архитектуру глобального управления: транснациональные финансовые элиты, династические капиталы и структуры надгосударственного управления. И никакой конспирологии, замечу я вам!

В публичном поле они фигурируют как "глобалисты". Но за этим термином скрываются вполне конкретные игроки от транснационалов Ротшильдов до институтов, опосредованно контролирующих европейскую финансовую инфраструктуру. Их влияние не всегда выражается напрямую. Они не формируют повестку через медиа, а запускают цепочки решений через банки, фонды, комиссии и аналитические центры. Воплощают через политиков и евробюрократию. Украина для них это не субъект политики, а актив. Причём проблемный. А Зеленский администратор этого актива, находящийся в моменте полной убыточности.

Их методы не шумны, но результативны. Через доверенных лиц в структурах ЕС, НАТО, ООН. Через контакты в немецком Бундестаге, польском правительстве, в финансовом секторе Италии. Через посредников, способных организовать точечное расследование, остановить очередной транш, пересмотреть режим помощи. Банковая быстро уловила сигналы. Потому что за ними шли прямые угрозы.

Так называемый "столетний контракт" это не соглашение, а договор о внешнем управлении. Он зафиксировал право Лондона на приоритетный доступ к ключевым секторам украинской экономики от энергетики и ВПК до зелёной промышленности, логистики и гуманитарного сопровождения. При этом Украина обязуется учитывать "интересы партнёра" в формировании своей политики в сферах религии, образования и культуры.

Зеленский пошёл на этот шаг не из убеждения, а от безысходности. Альтернативы не было. Давление стало критическим. Но это решение лишь зафиксировало его ослабление.

Стратегии отстранения от власти бывают разными. В одних случаях это открытая конфронтация, уличный протест, внешнеполитический шантаж. В других аккуратный, техничный демонтаж через удары по ключевым точкам удержания вертикали. Именно этот метод выбран сейчас и удары по Миндичу, Свириденко и Чернышову являются частью тщательно выверенной схемы.

НАБУ, которое активизировалось против всех трёх, действует не как украинский институт, а как инструмент внешнего давления. Созданный при поддержке демократов США, он изначально был частью механизма управления "по вертикали". Сегодня он развёрнут против Банковой. Потому что после сырьевой сделки с Трампом прежние договорённости с глобалистами - хозяевами антикоррупционных органов и целого сословия грантоедов, как показалось Зеленскому и Ермаку, перестали быть обязательными. И даже больше того, им показалось, что настало самое время с ними разобраться. Ответ последовал незамедлительно в виде запущенных механизмов, по сути демонтажа режима Зеленского.

Этот, новый переворот не похож на прошлые. Нет массовых протестов, нет палаток, нет вообще улицы как решающего фактора. Всё организовано сверху по матрице, где каждый элемент встроен в план. И в его основе чёткая архитектура. С фигурами, проверенными ещё во времена Януковича и первых майданов. Только на этот раз сценарий написан в других столицах не в Вашингтоне, а в Лондоне и Брюсселе.

Томаш Фиала партнер Соросов на Украине. Пётр Порошенко* не претендует на возвращение в президентское кресло. Он фигура прикрытия, от безысходности (для него - или он Зеленского, или тот его в соседнюю с Коломойским камеру). На него замкнуты оппозиционные структуры, остатки связей в армии, международные адвокаты старой Украины. Его партия разогрета, его медиаактив мобилизован. Сергей Лёвочкин главный архитектор. Он выстраивает логику как перевернуть власть без революции, но с полной перезагрузкой верхушки. С опорой на Раду, на отдельных министров, на медийные структуры, на западных кураторов.

Так выстраивается мягкий переворот. Стыдливо прячущийся за формулировками в докладах западных аналитических центров под формулировкой "транзит власти". Через акты давления, утечки, параллельную легитимность. Через деформацию политического поля, где Зеленский остаётся формально у власти, но ежедневно теряет реальный контроль. Цель: демонтаж действующей конструкции и установка новой. Более лояльной, более гибкой, более управляемой глобалистами, и недружественная Трампу. С учетом нелюбви последнего к Зеленскому и презрения к его окружению, к Ермаку ситуация для них близка к безнадежной.

Тем более в игру вступил еще один тяжеловес. Пинчук долго не вмешивался. Он выжидал не от страха, а от расчёта. Он наблюдал за Банковой, за реваншистами, за внешними игроками. Но теперь момент выбран. И это плохой знак для Зеленского.

Пинчук не просто крупный бизнесмен. Пинчук не только зять Кучмы и металлургический магнат, но и связующее звено между украинскими элитами и глобалистскими контурами. Его фонд часть мировой инфраструктуры влияния. Его донорские следы в кассе Демпартии США. Его интересы в лондонских юридических фирмах, брюссельских лоббистских группах, на панелях в Давосе. Он не олигарх он институция. И если такая институция входит в игру, это значит: пошёл сигнал.

До последнего Пинчук сохранял нейтралитет. Он не атаковал Зеленского, но и не поддерживал. Но правящий дуумвират совершил ошибку. При переформатировании правительства, вопреки договоренностям интересы Виктора Пинчука были проигнорированы. Олигарх, что называется, "оценил красоту игры". Потратил некоторое время на согласование и ударил по рукам с заговорщиками, и их старшими партнерами из Европы и США. Теперь он внутри заговора по демонтажу режима.

По факту, разворачивается новый идеальный политический шторм. Украина не субъект. Она актив, заложник и разменная карта одновременно. С одной стороны конгломерат Трампа: бизнес-альянсы, сырьевые группы, сетевая геоэкономика. С другой глобалисты и геополитики Евро-Атлантики.

Геоэкономика это скорость. Это расчёт. Это минимизация убытков. Команда Трампа не хочет войны, не из гуманизма, а из прагматики. Им нужна сделка. Поставить точку. Распределить доли. Закрыть убытки. Переоформить актив.

Геополитика это медленно, но насмерть. Европа и её стратеги не мыслят категориями бюджета. Они мыслят категориями ослабления. Украина для них баррикада. Пожар, который не должен гаснуть. Он должен тлеть, отвлекая Россию, сдерживая Китай, заставляя Белый дом помнить о "восточном фронте". Им не важен результат. Им важно удержание конфликта и время. И в центре этого пожара Зеленский. Который пытались быть и там, и тут. И он в минусе в обоих лагерях.

Форма ещё сохранена кортежи, совещания, охрана, протокол, вечерние встречи. Но реальные власть и влияние стремительно вытекают сквозь трещины, пошедшие по всему монолиту режима.

О том, как играет свою роль в этих условиях президент США - в статье Павла Котова "Театр одного актера. Что кроется за странным поведением Трампа"

* Внесен в РФ в список экстремистов и террористов