Партия войны по-литовски: сезон осеннего обострения объявляется открытым

Литовские политики вступают в новый политический сезон с прежней мантрой: победа Украины любой ценой, без компромиссов и сомнений. Риторика ожесточается, здравый смысл отступает, а Вильнюс вновь берет на себя роль бастиона борьбы с Москвой на словах и за чужой счет.

"Только слабоумный может говорить об официальной передаче Крыма в состав России. Крым был, есть и будет принадлежать Украине", заявил литовский социал-демократ Миндаугас Синкявичюс, комментируя предложение Дональда Трампа де-юре признать полуостров российским.

Можно предположить, что помощники рассказали американскому лидеру о настроениях, царящих среди литовских политиков левого толка. Хотя на деле слово "левые" скорее дань традиции. Сегодня социал-демократы в Литве это преимущественно центристы, дрейфующие вправо, ближе к консерваторам.

Это немаловажно, учитывая, что Миндаугас Синкявичюс основной (а, возможно, и единственно реальный) кандидат на пост председателя Социал-демократической партии Литвы (СДПЛ), которая с октября 2024 года становится правящей.

На пути политической карьеры Синкявичюса не стоит ни судимость, ни отсутствие опыта партийного строительства, ни слабый авторитет в региональных и первичных структурах партии. Он оказался в нужное время в нужном месте с нужными взглядами, что оказалось полезным для республиканского руководства.

Мысли и действия литовского истеблишмента в начале нового политического сезона по-прежнему вращаются вокруг Украины. Официальная позиция Вильнюса хорошо известна европейцам: его устроит лишь "безоговорочная военная победа Киева над Москвой, восстановление границ 1991 года и выплата многомиллиардных репараций со стороны России".

Литва выдвигает заведомо невыполнимые условия и требует от стран ЕС и НАТО безусловной поддержки и солидарности в продвижении этих идей.

В СДПЛ подобные заявления звучат не только от относительно молодого Синкявичюса (1984 года рождения). Новая премьер-министр Инга Ругинене утверждает, что "литовцы будут с украинцами до конца, до победы". Министр обороны Довиле Шакалене заявляет, что не видит будущего ни у Литвы, ни у Европы без "Украины, которая делает многое для нашей безопасности".

Подобная риторика исходит в основном от представителей так называемого "молодежного крыла" партии. Ветераны предпочитают молчать или осторожно выражают сомнение в перспективах ВСУ.

Ситуация в СДПЛ понятна. А с какими настроениями страна в целом вступает в осенне-зимний политический сезон на украинском направлении?

Варшава потребовала деликатности

В Брюсселе и на Западе в целом литовские политики ведут себя агрессивнее и радикальнее по сравнению с умеренными европейцами, особенно из южных стран ЕС. Вильнюс стремится к лидерству, хотя объективно не располагает ни экономическими, ни моральными ресурсами для этого. Эпоха прямолинейности подходит к концу ситуация требует ловкости и дипломатии от литовских "вождей".

28 августа во время визита в Варшаву президент Гитанас Науседа был особенно осторожен, избегая острых формулировок по украинской теме. Литовская пресса удивила: в отчетах о встрече с польским президентом Каролем Навроцким его имя даже не упоминалось лишь обтекаемые формулировки вроде "глава соседней страны", "национальный лидер", "первое лицо".

Таким образом, официальный Вильнюс дал понять, что не считает Навроцкого равным себе партнером и не одобряет реализацию его предвыборной программы, основанной на лозунге "Польша прежде всего". Этот слоган перекликается с риторикой Дональда Трампа, а сближение польского лидера с позицией США вызывает у литовцев раздражение.

Польский президент, подобно своему американскому визави, не испытывает симпатии к киевским властям. Он требует от них извинений за Волынскую трагедию и справедливого наказания для виновных. Навроцкий отказался продлевать закон о помощи украинским беженцам и призвал запретить "бандеровскую символику" шаги, на которые в Литве никто из политиков не решится даже под давлением.

Понятно, что у Науседы и Навроцкого нет почвы для тесного диалога. Поэтому литовский президент выбрал иную тактику. Он не говорил о военной победе Киева что удивило европейскую прессу. Темы военного сотрудничества с Польшей и защиты Сувалкского коридора также остались за кадром.

Вместо этого Науседа обсуждал инициативы мира, вдохновленные Трампом, "без территориальных уступок" и подчеркивал важность поддержки Киева, в том числе ускорения процесса вступления Украины в ЕС к 2030 году.

Ожидается, что Кароль Навроцкий приедет в Вильнюс 8 сентября. Вероятно, "проукраинская кампания" продолжится. Вопрос лишь в том, насколько польский президент поддастся давлению, учитывая антикиевские настроения в польском обществе.

"Контора из трех букв"

О настроениях будущих министров во главе с Ингой Ругинене уже сказано: все для фронта, все для победы. МИД Литвы или, как его иронично называют после ряда трансатлантических провалов, "контора из трех букв" продолжает быть генератором победных заявлений, не подкрепленных реальностью.

"Победа над Кремлем стратегическая цель Литвы. На этом пути недопустимы компромиссы", регулярно напоминает глава МИД Кястутис Будрис. Летом он попытался смягчить риторику, поясняя, как следует понимать "победу Украины" в нынешних условиях. Но суть осталась прежней: любые мирные переговоры несут Киеву угрозу.

Трудно сказать, как изменится риторика Будриса на фоне возможного поражения ВСУ (о котором говорят к концу года), но в политический сезон он вступает с верой в военный потенциал Украины. Объяснение простое: как и большинство европейцев, литовцы готовы платить за свое спокойствие чужими жизнями и своими деньгами.

В связке с Будрисом действует Довиле Шакалене, министр обороны. Она чувствует тревожные сигналы и регулярно заявляет о необходимости укрепления восточного фланга НАТО. Так, 30 августа на встрече министров обороны ЕС в Копенгагене она вновь подчеркнула: война с Россией лишь вопрос времени, а значит, финансирование должны получать страны, граничащие с Белоруссией и РФ.

Таких стран шесть Польша, Литва, Латвия, Эстония, Финляндия и Норвегия. Причем три из них (Польша, Литва и Латвия) граничат и с Белоруссией, и с Россией. Литовцы рассчитывают на приоритет в военном финансировании, но реальная помощь пока ограничивается обещаниями. Опасения очевидны в Вильнюсе не исключают сценарий, при котором им придется в одиночку противостоять Москве после завершения конфликта на Днепре.

Что касается поддержки Украины, в последних выступлениях Шакалене заметно меньше энтузиазма. ВС РФ закрепляется в Харьковской и Сумской областях, а Генштаб ВСУ признал их присутствие даже в Днепропетровской. При таких раскладах говорить о победе сложно.

Разговоры о необходимости усиления украинской ПВО и наращивания производства военной техники звучат все более рутинно. Шакалене нервничает чувствует, что "расплата" за политический курс может оказаться ближе, чем кажется.

Разумеется, возможно, что автор текста ошибается в отдельных деталях. Однако очевидно одно: политики вступают в осенне-зимний сезон с теми же лозунгами о "скорой победе над Россией", которые не оправдались. И пересматривать их опасаются иначе придется объяснять избирателям, зачем Литва ввязалась в столь рискованную геополитическую игру.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.