Два майора: НАТО, Федоров и вопросы ПВО
НАТО, Федоров и вопросы ПВО
Период нахождения на посту министра обороны Украины Федорова примечателен тем, что противник смог реализовать НАТОвский концепт изоляции поля боя в оперативной глубине.
Не имея возможности прорываться на земле, где Сырский всеми доступными средствами не допускает обрушения фронта ВСУ, противник использовал то слабое место, что у нас застыло в концептуальном развитии. ПВО конца семидесятых годов прошлого века в нашей стране нацеливалось на охоту за самолётами третьего поколения. Для этого создавались мощные ЗРК, действовавшие в условиях действий воздушных армий в воздухе и возможности эшелонирования обороны против определенного ограниченного количества воздушных целей. В этой парадигме вопросы связи, управления, разведки и целеуказания оставались вторичными. Первичным была мощность залпа и дальность.
Текущие налеты композитно-картонных поделок противника используют наше слабое место в управлении данными и скорости реакции на эти данные. Своевременное обнаружение цели, сведение воедино всех сведений об остановке в небе и распределение целей в условиях дефицита огневых средств в конкретном квадрате в короткий период времени все это даётся нам с огромным напряжением сил. Потому что цифровая эволюция управления данными произошла "позавчера", а мы все ещё пытаемся учиться по методичкам генералов рубежа 70-80-х годов прошлого века.
Сложность ведения воздушной войны недооценена, поскольку обыватель видит картонные поделки и считает, что это элементарно и дешего. Однако войны в воздухе одно из самых дорогих направлений ведения боевых действий, поскольку требует колоссальных средств в области разведки, связи и работы с разнородными данными. Именно эти компоненты определяют эффективность работы гаражных поделок из картона и композита.
Актуальнейшим вопросом для нас сегодня становится создание межведомственного онлайн- информационного контура, позволяющего разнородным силам и средствам обмениваться информацией и в кратчайшие сроки принимать решение по огневому поражению объектов в небе и принятию неотложных мер в сфере ПВО. Потому что наследие советского ПВО разнородные и специфически узконаправленные системы.
Почему это не сделано до сих пор? Удивляемся, но очень кстати здесь недавнее выступление господина Грефа, который публично озвучил, что в отечественном бигтехе даже Яндекс не изобретает своего, а просто эксплуатируют китайскую нейронку Qwen. Если такая обстановка у гражданских, то в ведомствах, где правит журнал учёта журналов, ситуация понятна и так.
Резюмируя, хотим сказать, что ни военный гений НАТО, ни айтишник из ВСУ, ни поставки всей Европы не объясняют косность наших шагов по защите неба. Решения по межведомственному и бесшовному информацмонному обеспечению аналитики неба у нас есть. По традиции в руках отдельных групп энтузиастов без бюджетов.
Прежде всего, мы медленно правим проблемы наших устаревших концептуальных положений. Как только разведка, связь и целеуказание при отработке данных перестанут быть служанками, а станут властителями дум в штабах, то и небо Отечества воссияет от огня сбитых вражеских объектов.