Что будет с отношениями России и Украины после окончания специальной военной операции и почему Европа продолжает говорить о неизбежной войне с нашей страной эти и другие вопросы KP.RU задала главе комитета Совета Федерации по международным делам Григорию Карасину.
Григорий Карасин входил в состав нашей делегации на неделе высокого уровня в Генассамблее ООН. В Нью-Йорке в прошлую субботу глава МИД ФРГ Йохан Вадефуль напросился на встречу с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым. Мы никогда не отказываемся выслушать наших коллег, подчеркнул Сергей Викторович. А после встречи сообщил журналистам, что ничего нового Вадефуль ему не сказал. Тогда зачем немец просил о переговорах?
Просьба о встрече с Сергеем Лавровым в Нью-Йорке поступила от министра иностранных дел Германии неожиданно, говорит Григорий Карасин. Согласие на неё было дано без промедления. Было интересно, какие мысли и инициативы Берлина будут доведены до российской стороны.
Но встреча разочаровала. Кроме пересказа уже известных натовских оценок кризиса на Украине, вычленить что-либо существенное не удалось.
Думаю, что сама встреча была инициирована германской стороной не столько для обмена мнениями, сколько для демонстрации своего лидерства в западноевропейской команде. Покидал переговоры господин Вадефуль с разочарованием. Последовавшие вскоре его оценки подтвердили, что Берлин рассчитывал на более податливую позицию Москвы. Не получилось.
Григорий Борисович, зачем руководство стран НАТО продолжает запугивать своих граждан войной с Россией?
Ответ довольно прост. Многомиллиардные затраты на поддержку, а, точнее сказать, кураторство киевского режима стало трудно объяснять собственному электорату в Европе. Кроме того, в кризисе на Украине, во многом спровоцированном и организованном самим западным сообществом, в Берлине, Лондоне и Париже усмотрели исторический шанс опустить Россию, ослабить её влияние в мировых делах и подорвать устои российской государственности.
Не вышло. Отсюда и выросли тезисы о подготовке к тотальному противостоянию с нами, стали пугающе мелькать конкретные даты начала войны в 2030 году. Уже сейчас очевидно, что сама идея обречена на провал и носит медийный характер.
На ваш взгляд, насколько реален расклад, при котором в странах ЕС к власти придут политики, которые действительно хотят нормализации отношений с нашей страной?
Думаю, что такой расклад вполне реален. Другой вопрос, что общественное мнение в Европе должно серьёзно оценить риски оголтелой антироссийской истерии и дать этому свою оценку. Это непросто и нуждается во времени, а главное в отрезвлении политической элиты.
Нет сомнений, что рано или поздно будет подписано мирное соглашение. То, что останется от Украины, будет потеряно для России?
Украина близкая нам, родственная страна. Вбить клин в отношениях и отбросить их в долгосрочную вражду давнишняя мечта Запада. Её пытались реализовать в разные исторические эпохи от предательства гетмана Ивана Мазепы до фашизма периода Евгена Коновальца, которого совсем недавно нынешний украинский режим канонизировал.
Я верю в то, что мрачный период в истории Украины, давно осознанно преобразованной в ненависть ко всему русскому от языка до культуры и до православной религии, будет преодолён. Будем верны здравому смыслу и историческим корням!
Есть эксперты, которые считают, что Евросоюз скоро развалится. Вы согласны с таким прогнозом?
Мне кажется, что тезисы о скором развале Евросоюза слишком категоричны. Хотя реально в этом объединении проблемы нарастают. Вспомнить только заявления Мерца о новых-старых военных амбициях Германии или появившихся опасениях европейских стран о собственной энергетической безопасности.
Коллективные снимки лидеров Евросоюза смотрятся, конечно, привлекательно. Но реально во взаимоотношениях в ЕС появляется всё больше серьёзных проблем. Способность решить их цивилизованно сегодня вызывает много вопросов.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Шумел Рено, Фольксваген гнулся: тратя миллиарды на Украину, Европа погубила свои лучшие заводы
Пророчество о войне НАТО с Россией: Лавров в Нью-Йорке жестко предупредил наших врагов