Когда Зеленский шантажирует Европу тем, что в случае победы России в ЕС приедут 20 миллионов украинских беженцев, он отлично понимает, что делает.
Двадцать, кончено, не приедут. Но, миллионов пять, вполне возможно. Ладно, пусть не пять. Три. Из них, пусть половина, мужики. Из них пусть треть - воевавшие. Итого 500 тысяч мужчин, имеющих боевой опыт и способных если что, сколотить ОПГ, или влиться в ряды, скажем, албанско-черногорских банд. Хотя, учитывая, характер малороссов, подчиняться кому-то они не захотят.
Ну и кроме того, три миллиона беженцев захотят получить пособия. Или поддержку от государства, куда они прибегут. В той же Германии местные леваки из Linke (о, как их ценит Евгений Николаевич), обязательно заставят бюргеров еще раз отвалить денег украинским товарищам. И главное, что в ЕС эту угрозу четко считывают. Они понимают, что такое 3 миллиона беженцев. А тем более 10. И угрозу воспринимают всерьез.
Им теперь надо или куда-то деть Зеленского, или откуда-то найти деньги. Думаю, что второй вариант куда реальнее. Очень напоминает сцену из "Трехгрошовой оперы" Брехта, где король нищих Пичем объясняет начальнику лондонской полиции, кто тут главный.
"Пичем:
Кого вы можете здесь арестовать? Нескольких молодых людей, которые, радуясь коронации, устроили небольшой маскарад. Если же на улицу выйдут настоящие горемыки - здесь таковых нет, - это будет многотысячная толпа. Вот тут-то вы и просчитались. Вы забыли об огромном числе бедняков. Если они выстроятся перед собором, картина получится далеко не праздничная. У этих людей вид неказистый. Вы знаете, Браун, что такое рожистое воспаление? Представьте себе сто двадцать рожистых воспалений. Молодая королева привыкла к розам, а не к рожам. А потом еще увечные на паперти. Надо избежать этого, Браун. Вы, наверно, возразите мне, что полиция сумеет справиться с нами, нищими. Но вы же сами в это не верите. А разве красиво будет, если в день коронации полицейские станут избивать дубинками шестьсот несчастных калек? Нет, это будет некрасивое зрелище. Я бы даже сказал - отвратительное. И даже тошнотворное. Просто дурно делается, когда об этом подумаешь.
Браун:
Это угроза. Это вымогательство. Его нельзя трогать. Его нельзя трогать в интересах общественного порядка. Такого еще никогда не случалось.
Пичем:
А сейчас случилось. Вот что я вам скажу. С королевой Англии вы
можете вести себя как угодно. Но беднейшему человеку в Лондоне вы не смеете наступать на мозоли. А то вы сразу отбраунитесь, господин Браун".
Классика приходит в жизнь. Король нищих угрожает королеве.