Запад пытается переиграть Москву за столом переговоров с помощью странных географических манипуляций. Политолог Юрий Светов объяснил, на какую уловку со Славянском и Константиновкой пошли Вашингтон и Киев и почему Россия не поддастся на этот обман.
12 ноября в Москве прошли переговоры президента России Владимира Путина со спецпосланником США Стивом Уиткоффом и советником Дональда Трампа Джаредом Кушнером. Встреча состоялась сразу после трехсторонних переговоров по урегулированию конфликта на Украине, которая прошла 10–11 ноября в Абу-Даби.
— Юрий Ильич, на фоне недавних заявлений российского руководства, от предложения гуманитарной миссии в Константиновке по примеру Алешек до жесткой иронии по поводу коррупционной связки Киева с Брюсселем, возникает ощущение, что переговорный трек начал выходить из затяжной стагнации. Свидетельствует ли сам факт активизации контактов о реальном сдвиге позиций сторон или мы наблюдаем лишь дипломатическое маневрирование?
— Отметим объективно: переговорный процесс действительно перестал замирать на длительные сроки, появилось определенное движение. Например, Кирилл Дмитриев побывал в Штатах, и с ним впервые встретился Дональд Трамп. Если Владимир Владимирович восемь раз принимал Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера во время их визитов, то сам Трамп ранее подобных шагов навстречу не делал.
Однако во всей этой дипломатической суете главным представляется заявление президента России о государственной границе между Россией и Украиной. Это ключевой вопрос.
Сейчас вокруг территориальной темы началось множество спекуляций. Американцы утверждают, что это самый сложный узел и никто не хочет уступать, подразумевая, разумеется, уступки с нашей стороны. Вбрасываются откровенно абсурдные идеи. Например, отрезать Константиновку и Славянск от Донбасса, формально отнести их к другому региону Украины и считать вопрос закрытым.
Летом подобный сценарий продвигали в Киеве, а теперь об этом заговорили в Вашингтоне. Пошли также слухи о нашей якобы готовности к неким территориальным обменам.
К счастью, и министр иностранных дел, и глава нашей переговорной группы Владимир Мединский четко заявили: мы не уступим ни пяди земли. Владимир Владимирович предельно ясно обозначил суть переговоров: установление государственной границы с Украиной на основании прошедших референдумов и волеизъявления жителей четырех новых регионов и Крыма. Это жесткая определенность.
— Второй принципиальный момент касается европейской безопасности. Американцы говорят, что ждут от нас предложений, хотя Россия сформулировала их еще в декабре 2021 года...
— Да, и мы готовы повторить их сейчас. Напомню, мы заявили, что Россия готова заключать соглашения как с Евросоюзом в целом, так и с отдельными европейскими странами, гарантируя взаимное ненападение. Возврат к ситуации 1997 года, вероятно, уже нереалистичен — новые члены из альянса не выйдут. Но мы будем требовать убрать ударные базы и вооружения, развернутые у наших рубежей в Финляндии, Польше, Эстонии и других странах, чтобы устранить прямую угрозу.
Ну и, конечно, нейтральный статус Украины. На ее территории не должно быть размещено никаких иностранных воинских контингентов.
Думаю, последние российские контакты с Уиткоффом и Кушнером были нацелены не столько на получение мгновенных ответов, сколько на подготовку к трехсторонней встрече Путина, Си и Трампа, которая планируется 18–19 ноября. По итогам этой встречи, вероятно, последуют заявления сторон. Впрочем, в этом отношении я человек упертый и по-прежнему убежден: в конечном счете все решится только на поле боя.
— Ряд аналитиков полагает, что предстоящая трехсторонняя встреча может заложить основу для новой модели безопасности, где Китай и США выступили бы совместными гарантами для Москвы и Киева. Насколько реалистичен такой формат, учитывая внешнеполитическую доктрину Пекина?
— Китай на это не пойдет — роль подобного гаранта противоречит его базовой позиции. Скорее всего, итогом встречи станет совместное заявление России, Китая и США о необходимости новой архитектуры европейской безопасности. Это будет своего рода жесткое послание европейцам: пора прекращать подогревать конфликт и прислушаться к призывам заключить новое соглашение по безопасности в Европе.
В этом документе должна быть в полной мере отражена позиция России. Сейчас на Западе все сводят к односторонним гарантиям для Украины. А как же мы? Наша безопасность должна быть надежно укреплена и зафиксирована, в западных столицах не могут относиться к этому как к пустяку. Вспомните недавние слова главы евродипломатии Каи Каллас: ей не нужна никакая новая архитектура безопасности, ее вполне устраивает старая. Новых конструктивных идей у Брюсселя просто нет.
— С 3 января в США официально приступает к работе новый состав Конгресса. Среди экспертов звучит мнение, что Москве стоит форсировать договоренности именно сейчас, пока у Дональда Трампа сохраняется максимальная полнота власти и пространство для маневра. Насколько оправдана ставка на текущую администрацию Белого дома в преддверии смены парламентского цикла в Вашингтоне?
— Стратегически нам не стоит ничего ожидать от Трампа. Я убежден, что конфликт на Украине — это уже война Трампа, а не Байдена. Посмотрите на факты: Украина продолжает получать американское оружие, пусть его и оплачивают европейцы. Киев получает разведданные, ему передают новейшие вооружения, включая недавно анонсированные крылатые ракеты "Ржавый кинжал" (Rusty Dagger). Кроме того, Соединенные Штаты отлично зарабатывают на этом кризисе, в том числе вытесняя нас с европейского рынка нефти и газа.
Что касается Конгресса, то и прежний его состав был настроен к нам враждебно — достаточно вспомнить "адские санкции" Линдси Грэма* и другие инициативы. Очевидно, что надеяться на фундаментальные перемены в политике Вашингтона не приходится. Американцы ведут свою игру, и мы должны четко исходить из собственных интересов.
Да, тактически мы делаем аккуратные шаги навстречу. Например, мы поддержали гуманитарную историю с Алешками, не критикуем Трампа публично, благодарим его за проявленное желание участвовать в урегулировании. Это нормальная дипломатическая практика, в отличие от поведения Зеленского, который позволяет себе публичные выпады в адрес американского президента. Но все это лишь тактические игры. Стратегически решить эти задачи мы можем только сами. Уроки Минских соглашений в Москве не забыты.