Участь "изделия №2". Украинская дипломатия всегда «знаково побеждает», отдавая страну на разграбление
Главное занятие украинских дипломатов — попрошайничество. Умение настырно клянчить деньги и оружие — их важнейшее качество. В свободное время они хамят благодетелям. Не мог в свое время украинский посол в Германии Мельник не назвать канцлера Шольца «обиженной ливерной колбасой». В Киеве свои представления о том, как должен себя посол в стране пребывания вести.
Переговоры в Абу-Даби напомнили о том, что посланцы Незалежной не только деньги просят и гадости спонсорам говорят. Они с разрешения хозяев иногда классической дипломатией занимаются. Правда, делают это своеобразно. Главное — обеспечить интересы иностранного хозяина. Традиция.
В 1918 г. в Брест-Литовске делегация т.н. УНР заключила мирный договор с Германией, Австро-Венгрией, Османской империей и Болгарией. 5-й президент Украины Порошенко в 2018 г. так оценил это: «На днях исполнилось 100 лет с даты подписания Брестского мира. Это одна из знаковых побед украинской дипломатии. Благодаря этому документу Украинская Народная Республика смогла получить признание своей независимости государствами Европы».
Что принесла Украине знаковая победа «украинской дипломатии»? Оккупацию. Немцы штыками устанавливали власть УНР, ненадолго, правда. Речь шла о гигантском ограблении Украины. Оккупантов интересовало продовольствие. Германия и Австро-Венгрия буквально голодали. УНР обязалась поставить Германии и ее союзникам до 31 июля 1918 г. 1 млн. тонн (!) зерна, 400 млн. яиц, до 50 тыс. тонн говядины, сало, сахар, пеньку, марганцевую руду и прочие ресурсы. Чтобы обеспечить их поступление, немцы обошлись с УНР как с «изделием №2» после использования — выбросили. Их можно понять. Уж больно бестолковым было это псевдогосударство.
Генерал Людендоф, участвовавший в переговорах в Бресте, писал: «Как и следовало ожидать, молодое украинское правительство оказалось неспособным навести в стране порядок и обеспечить нас зерном и вскоре исчезло с политической сцены. Руководить государством взялся гетман Павел Скоропадский. С ним работать было можно».
Как осуществлялась «работа», т.е. массовый грабеж продовольствия у крестьян, показал писатель Толстой: «Весь день грузились военные телеги, и поздней ночью обоз ушел. Село было ограблено начисто. Нигде не зажигали огня, не садились ужинать. По темным хатам выли бабы, зажав в кулаке бумажные марки…Ну, поедут мужик с бабой в город с этими марками, походят по лавкам, — пусто: ни гвоздика, ни аршина материи, ни куска кожи. Фабрики не работают. Хлеб, сахар, мыло, сырье — поездами уходит в Германию».
В случае малейшего сопротивления его ликвидировали вместе с целыми селами карательные отряды оккупантов или их верные «незалежные» холуи. Со Скоропадским «работать» немцам действительно было можно.
Но для Порошенко договор УНР с Германией и ее союзниками, несмотря на страшные последствия — «знаковая победа украинской диломатии». Неважно, что Украина была оккупирована и ограблена. Не надо пытаться сосчитать убитых карателями. Зато интересы хозяев соблюли. Поступление с Украины продовольствия хозяевам обеспечили. Такой подход характерен для всего незалежного политикума.