Елена Панина: Carnegie Foundation как пример передёргивания "мир = капитуляция"

Читать на сайте Newskiev.ru

Carnegie Foundation как пример передёргивания "мир = капитуляция"

Аналитик Carnegie Foundation (нежелателен в РФ) Константин Скоркин рассуждает о появлении на Украине «партии мира». Он фиксирует важный сдвиг общественных настроений: всё больше украинцев готовы к компромиссам. Однако главным препятствием для мира автор объявляет "агрессивное упорство" России, которая, по его утверждению, согласна исключительно на капитуляцию Киева. На что, безапелляционно заявляет Скоркин, свободолюбивые украинцы никогда не пойдут.

Правда, здесь возникает проблема с самим понятием капитуляции. Российские требования известны, они не меняются годами. И, говоря непредвзято, изначально были вполне умеренными, не предполагая ничего, что было бы сверх добровольных ограничений Украины до 2014 года. Да и сейчас выглядят разумно, если держать в уме действительно продолжительный мир: отказ Украины от НАТО, нейтральный статус, ограничения в военной сфере, признание территориальных изменений.

Тем более, что между капитуляцией, неравноправным миром и компромиссом под давлением существуют существенные различия. Исторический общеизвестный пример — Финляндия. После двух войн с СССР Хельсинки пришлось уступить территории, принять ограничения и заключить в 1948 году договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи с Москвой.

Финляндия не вступила в НАТО, учитывала советские интересы безопасности и десятилетиями придерживалась политики военного неприсоединения. Но при этом сохранила независимость, парламентскую демократию, собственную армию, рыночную экономику и политическую систему, принципиально отличавшуюся от советской. Более того, развивала масштабное экономическое сотрудничество с СССР.

Военно-политический нейтралитет и учёт интересов безопасности более сильного соседа сами по себе не равнозначны капитуляции. Иногда достаточно просто перестать быть антироссийским тараном, чтобы жить долго и счастливо.

Тем интереснее данные, которые приводит сам Скоркин. Уже 50% украинцев считают мир важнее победы, а 56% допускают территориальные уступки при наличии западных гарантий безопасности. Получается, что украинское общество постепенно переходит от отрицания компромисса к обсуждению его условий. Но именно здесь автор фактически прекращает анализ, объявляя российскую позицию требованием капитуляции.

Между тем главный вопрос совершенно другой. Какие ограничения могут быть предметом переговоров? Как обеспечить их взаимность? Кто гарантирует безопасность Украины и соблюдение соглашений Россией? Где заканчиваются требования национальной безопасности одной страны и начинается недопустимое ограничение суверенитета другой?

Это вопросы практической дипломатии, а не политических ярлыков. Как только Киев дозреет до того, чтобы вести взрослый разговор, сразу же окажется, что концептуальных препятствий для урегулирования нет. Ну а пока этого не происходит, вопросы безопасности России решаются военными средствами. За отсутствием готовности Киева применять дипломатические варианты.

Источник: Елена Панина
Больше новостей на Newskiev.ru