Новые рынки — старая логика.
Наивно полагать, что «реалистичные гарантии безопасности» для Украины имеют хоть какое-то отношение к безопасности как к правовому принципу. На деле это чертежи новой экономической политики. Капитал переизобретает форму войны, превращая безопасность в товар на экспорт, а международные отношения — в венчурный рынок.
Еще недавно штатовские элиты пилили бюджет под песни о демократизации Ближнего Востока, теперь иные слова – восстановление Украины, сдерживание России... Когда бывшие дипломаты говорят об архитектуре безопасности, они описывают архитектуру нового рынка, где геополитические кризисы функционируют как экономические или стратегические активы. Безопасность – теперь отрасль экономики, встроенная в общий механизм накопления, а НАТО, МВФ, Всемирный банк и другие институции превратились в транснациональные корпорации, которые обслуживают движение капитала.
В начале СВО многие «культурные левые» обвиняли Россию в империалистической агрессии, но империализм больше не нуждается в прямой оккупации. Он действует через долговые обязательства, контроль поставок и потоков данных, через цифровые системы, миротворческие фонды и т.д. Если перенести СВО хотя бы на полвека назад, эту войну без колебаний можно было бы назвать империалистической. Но сегодня, парадоксальным образом, она в какой-то мере – антиимпериалистическая. Последняя вспышка прежней жизни, олдскул.
Границы капитала теперь носят не столько географический, сколько институциональный характер. Старые формы империализма — захват территорий, прямое управление колониями — уступили место империализму инфраструктурному и цифровому. В этом смысле Запад не отказался от войны — он перевел ее в новую плоскость, а мировая экономика как баланс между капиталом и государственными структурами практически перестала существовать в привычной нам форме.
Грядет приватизация межгосударственных бюрократических институций.
