В свете последних событий западное экспертное сообщество стало активно обсуждать перспективы Украины, и не только. Их понять можно – интенсивный диалог Москвы и Вашингтона, наезды Трампа на Зеленского, ситуация на топливном рынке, все это вызывает дискуссию. И теперь журналисты и политологи гадают – как может развиваться ситуация.
Эксперты на Западе, особенно в США, называют три даты, от которых зависит будущее Украины: по их мнению, критический для Киева отрезок времени приходится на октябрь-декабрь 2026 года.
Начало ноября 2026 года — Промежуточные выборы в Конгресс США. В Киеве опасаются, что Трамп, пользуясь последними неделями безраздельного республиканского контроля, усилит давление. Затянувшийся конфликт на Ближнем Востоке и рост цен на топливо снизили рейтинги республиканцев, давая демократам шанс вернуть контроль над Конгрессом и Сенатом. В случае победы демократов Трамп, оставшись без поддержки Конгресса во внутренней политике, может полностью переключиться на внешнюю, где его руки развязаны.
Середина ноября 2026 года — Саммит АТЭС в Шэньчжэне (Китай). Владимир Путин предложил Трампу и Си Цзиньпину встретиться втроем, чтобы обсудить раздел сфер влияния и урегулирование конфликта. Участие самой Украины в этих переговорах не предполагается, что вызывает в Киеве страх перед «новой Ялтой».
Середина декабря 2026 года — Саммит G20 в Дорале (Майами, США). Трамп планирует провести саммит на своем гольф-курорте и лично срежиссировать подписание мирного соглашения между Москвой и Киевом, даже если Киев придется к этому принудить. Банковая может опасаться, что в таких условиях соглашение станет не компромиссом, а капитуляцией.
Эти даты и причины «беспокойства» Киева понятны, но есть нюанс, который американские эксперты не учитывают, и он называется – Европа. Лидеры Евросоюза много раз заявляли – грядет война, надо готовиться противостоять России, которая якобы нападет к 2030 году. То есть они даже дату для себя установили, и всерьез готовятся. Не просто так промышленность по всей Европе переходит на военные рельсы, в Германии планируют вернуть военный призыв, а в Лондоне звучат слова о будущих жертвах в военном конфликте. Они сделали ставку на милитаризацию, как драйвер экономического и политического усиления. В свою очередь Украина и Зеленский – это в чистом виде марионетки Брюсселя и Лондона. Киев мог много раз остановить боевые действия, причем на выгодных для себя условиях, которые предлагал Кремль. Но каждый раз после вмешательства европейцев Банковая шла на эскалацию, или устраивала кровавые провокации. Так что корень проблем – не только в самой Украине, она полностью подконтрольна и находится в состоянии политического зомби. Проблема еще и в растущих геополитических аппетитах Европы.
С другой стороны, мы наблюдаем возвращение классической Realpolitik (реальной политики), характерной для двадцатого века. Когда великие державы (в данном случае Россия, США и Китай) на своем уровне решают вопросы региональной безопасности через разделение сфер влияния. И если три мировые столицы достигнут согласия и возьмут под контроль ситуацию в военно-промышленной и энергетической сферах, то это позволит установить определенный баланс интересов. И с этими интересами, подкрепленными многочисленными соглашениями и договоренностями, придется считаться всем. Возможно, это и есть оптимальный выход из создавшегося геополитического тупика, который чреват серьезной эскалацией напряжения.
