корабли под нашим флагом, которые можно было бы считать прямой агрессией и отвечать ударом.
Есть еще выдающийся православный олигарх Константин Малофеев, который на своем «Царьграде» с утра до вечера вещает о том, что мы от предков унаследовали грозное оружие — ядерную бомбу и ее надо употребить. Прежде он уже отметился предложениями ударить ядерной бомбой по украинским городам. Как гуманист предлагает, чтобы населению крупных украинских городов, в том числе Киева, дали 24 или 48 часов, чтобы они вышли из городов. А потом мы нанесем ядерный удар. Как это вообще совместимо с разумом, с тем что он участвует в крестных ходах, бьет поклоны?
В том же совете по внешней и оборонной политике я периодически спорю с моим другом Сергеем Карагановым. Он, видимо, по-прежнему думает, что оказывает большую услугу, пугая речами про ядерное оружие кого-то на Западе и заставляя западников осторожничать в делах Украины. Никого, кроме нас, он этим не пугает.
Во время одной из дискуссии о том, какая Украина нам нужна еще в 2023 году, я столкнулся с тем, что один из ее участников сказал, что, по, его мнению, Трумэн был гораздо разумнее маршала Жукова. Потому что Трумэн сбросил атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки и тем самым сэкономил жизни 100 тысячам американских солдат, которые иначе должны были пасть во время боев на Японских островах. А Жуков, который атаковал Зееловские высоты, дескать, не ценил жизнь советских солдат.
Я этому хайпожору попытался объяснить, что никто никогда и нигде не говорил, что японцы и американцы — один народ. А о нас с украинцами президент Российской Федерации написал целую статью, с которой я полностью согласен, что при всех различиях мы один народ. И сейчас у нас идет гражданская война, отложенная с момента распада Советского Союза, между теми, кто за сохранение общего государства, общей памяти и отношений между нами, и теми, кто хочет развязаться с этим навсегда.
У этой войны две ипостаси. С одной стороны, это гражданская война между нами и теми, кто против нас на Украине. С другой стороны, это ремейк Отечественной войны. После того как весь Запад вписался в эту историю, мы фактически идем по пути войны против Европы, с которой воевали во времена Карла XII, Наполеона и Гитлера.
Хочу обратить внимание на еще одно обстоятельство. Между Японией и Соединенными Штатами Тихий океан. Между нами и Украиной никакого океана нет. Когда были нанесены удары по Хиросиме и Нагасаки, всех их последствий никто не знал, в том числе и те, кто принимал решение о бомбардировках. Сейчас это знают все. И представьте себе, кем мы будем на следующий день после того, как осуществим ядерный удар. Это будет означать, что мы сознательно пошли на преступление против человечности. В этом случае мы должны будем забыть о мировом большинстве, каком-то сочувствии к нам со стороны Китая, Индии и остального мира.
Я уже не говорю о том, какие могут быть физические последствия. Но вся эта болтовня, казалось бы, умных людей (например, таких, как Сергей Михеев, с которым мы поспорили в 2022 году на программе у Соловьева, когда он говорил о том, что давно пора ударить по Польше) не прекращается. По этому поводу я в своем блоге как-то вспомнил Ремарка, который когда-то сказал, что никогда не верил в то, что есть люди, которые хотят войны, пока не столкнулся с тем, что они есть, особенно среди тех, кто не собирается принимать в ней участие.
Я считаю своим долгом говорить, что добиваться победы надо другими путями. А не тем, что, не сумев преодолеть в конфликте Украину, надо начинать ядерную войну с Европой, США, всем Западом.
Я за то, чтобы мы наносили ущерб и создавали помехи нашим противникам политически, экономически. Например, почему оказался успешен опыт Ирана в противостоянии с такими сильными противниками? Потому что блокировка Ормузского пролива грозила поднять цену за баррель нефти до 150 долларов. А это, как считают экономисты, которым я доверяю, означало бы крах экономической системы Запада. Сначала крах фьючерсов, страховых компаний,
