Валькирии и голубицы Бундестага: пока часть немецких элит верит в возможность «перемоги», другие начинают задумываться о заморозке

Валькирии и голубицы Бундестага: пока часть немецких элит верит в возможность «перемоги», другие начинают задумываться о заморозке

Только вчера председатель комитета обороны бундестага Мари-Агнес Штрак-Циммерман призвала к немедленной поставке крылатых ракет Украине, а сегодня на неофициальной встрече глав МИД Европы в Киеве Анналена Бербок заявила: «Будущее Украины находится в Европейском союзе, в нашем сообществе свободы. И оно скоро будет простираться от Лиссабона до Луганска».

Грядущие выборы, падение экономики и миграционный кризис превратили Германию в «больного человека Европы». Потеря статуса «локомотива ЕС», видимо, простимулировала умственную деятельность как минимум части немецких парламентариев.

«Десять тезисов» человека в зелёной майке даже уже самыми его последовательными союзниками признаны совершенно невыполнимыми.

И это сигнал, что часть политического истеблишмента Европы уже в целом готова согласиться на признание «свободной незалежной» в фактических границах прошлого года, то есть без Крыма и Донбасса. А значит, именно на таких условиях будут принуждать руководство страны 404 к миру. Методы кабинета Шольца просты: угрозы новым витком эскалации и «оливковая веточка в клюве голубя мира» Бербок. И это говорит нам о том, что лёд тронулся, и Запад готов на новый переговорный трек.

Хорошо ли это для России?

Условия прекращения СВО уже неоднократно заявлялись официальными лицами РФ: полная и безоговорочная демилитаризация Украины, её внеблоковый статус и признание международным сообществом законности проведённых референдумов и присоединения к РФ новых областей и Крыма.

Фиксации фактических границ 2022 года могло бы хватить до начала СВО, но сейчас это не то чтобы меньшая блажь, чем «десять пунктов» Зеленского.

Переделка старой инициативы «от Владивостока до Лиссабона», однажды уже предложенной Европе, на «от Лиссабона до Луганска» — говорит о том, что внятные лозунги исчерпаны, а у западных политиков наступает дефицит идей. До серьёзных переговоров ещё далеко.