Есть ли поводы для беспокойства у украинских уклонистов в ЕС и Канаде?

Канадская иммиграционная служба начала требовать от украинских мужчин, претендующих на убежище в стране, предоставить официальную справку о прохождении службы или об освобождении от военной обязанности на Украине

Фото: Patrick Butler/Radio-Canada

По сооб­ще­ни­ям укра­ин­ских диас­пор­ных орга­ни­за­ций и СМИ, пре­тен­ден­ты на такой ста­тус долж­ны сроч­но — зача­стую в тече­ние неде­ли — предо­ста­вить копии воен­но­го биле­та и иных доку­мен­тов, под­твер­жда­ю­щих отсут­ствие нару­ше­ний моби­ли­за­ци­он­но­го зако­но­да­тель­ства род­ной стра­ны или при­чи­ны осво­бож­де­ния от служ­бы, ина­че про­цесс их лега­ли­за­ции при­оста­нав­ли­ва­ет­ся. На прак­ти­ке это каса­ет­ся муж­чин моби­ли­за­ци­он­но­го воз­рас­та, при­быв­ших в Кана­ду после вес­ны 2024 года, когда Укра­и­на суще­ствен­но уже­сто­чи­ла пра­ви­ла моби­ли­за­ции и ответ­ствен­ность за укло­не­ние.

Схо­жие меры, пусть и без тако­го рез­ко­го уже­сто­че­ния, появи­лись во Фран­ции и в Чехии — там вопро­сы ста­ту­са воен­но­слу­жа­ще­го про­пи­са­ны в анке­те на убе­жи­ще и ПМЖ, а вла­сти тре­бу­ют допол­ни­тель­ные све­де­ния о воен­ной служ­бе или при­чи­нах выхо­да из моби­ли­за­ци­он­но­го резер­ва.

Мно­гие пишут, что сле­ду­ю­щим шагом ста­нет депор­та­ция укра­ин­ских муж­чин-укло­ни­стов. Это не так. Дело в том, что для каж­до­го укра­ин­ско­го граж­да­ни­на, даже при отка­зе в ста­ту­се или выяв­лен­ных нару­ше­ни­ях, необ­хо­ди­мо отдель­ное реше­ние суда стра­ны пре­бы­ва­ния. Авто­ма­ти­че­ски депор­та­цию не осу­ществ­ля­ют, а суды раз­би­ра­ют каж­дое дело инди­ви­ду­аль­но и учи­ты­ва­ют, гро­зит ли чело­ве­ку на родине пре­сле­до­ва­ние или опас­ность из-за поли­ти­че­ских, воен­ных при­чин или моби­ли­за­ции. Под опас­но­стью мож­но пони­мать и усло­вия в укра­ин­ских СИЗО — так, в част­но­сти, сле­ду­ет из выпу­щен­ных на днях разъ­яс­не­ний бри­тан­ско­го МВД. В целом в послед­ние годы евро­пей­ская и севе­ро­аме­ри­кан­ская судеб­ные систе­мы крайне ред­ко при­ни­ма­ют реше­ния о депор­та­ции укра­ин­ских бежен­цев.

Впро­чем, и любых иных бежен­цев тоже депор­ти­ру­ют неча­сто. В той же Кана­де живут 500 тыс. неле­га­лов, и сей­час там актив­но обсуж­да­ют вопрос их лега­ли­за­ции. Нахо­дя­щи­е­ся в стра­нах Евро­пы допол­ни­тель­но защи­ще­ны Евро­пей­ской кон­вен­ци­ей прав чело­ве­ка, кото­рая гаран­ти­ру­ет обжа­ло­ва­ние реше­ния о депор­та­ции. Если же в некой стране ЕС у муж­чин при­зыв­но­го воз­рас­та воз­ни­ка­ют про­бле­мы с полу­че­ни­ем ста­ту­са вре­мен­ной защи­ты, они могут полу­чить его в дру­гом госу­дар­стве Евро­со­ю­за (пра­во сме­нить госу­дар­ство вре­мен­но­го убе­жи­ща про­пи­са­но, в част­но­сти, в разъ­яс­не­нии Евро­ко­мис­сии на ее офи­ци­аль­ном сай­те).

В то же вре­мя на Запа­де сей­час нали­цо изме­не­ние поли­ти­ки в отно­ше­нии укра­ин­ских бежен­цев. Сей­час оно ярче все­го про­яв­ля­ет­ся преж­де все­го в сти­му­ли­ро­ва­нии их офи­ци­аль­но­го тру­до­устрой­ства за счет огра­ни­че­ния посо­бий. При­ме­ры — Поль­ша, Гер­ма­ния и Австрия, где пра­во на допол­ни­тель­ные меры под­держ­ки есть у тех, кто офи­ци­аль­но рабо­та­ет.

При этом надо пони­мать, что мно­гие стра­ны весь­ма доволь­ны нали­чи­ем бежен­цев с Укра­и­ны. Так, в Чехии в пер­вом полу­го­дии 2025-го укра­ин­ские бежен­цы при­нес­ли в бюд­жет 15 млрд крон (€616 млн) за счет нало­гов и соци­аль­ных взно­сов, что ста­ло замет­ной долей бюд­же­та стра­ны. Поль­ша бла­го­да­ря тру­до­устрой­ству укра­ин­цев зара­бо­та­ла на них в восемь раз боль­ше, чем потра­ти­ла: вклад за один год — почти €23 млрд, при этом сей­час офи­ци­аль­но тру­до­устро­е­ны око­ло 70% укра­ин­ских бежен­цев, что сопо­ста­ви­мо с заня­то­стью сре­ди поля­ков.

В целом логич­но, что, тра­тя все боль­ше денег на воору­же­ние Укра­и­ны, евро­пей­цы хотят огра­ни­чить наплыв потен­ци­аль­ных укло­ни­стов и бежен­цев в прин­ци­пе, а их пра­ви­тель­ства — бро­сить в топ­ку вой­ны мак­си­мум укра­ин­ских муж­чин. Запад­ным поли­ти­кам очень нуж­на вой­на, но, к сожа­ле­нию, они не могут сию мину­ту пере­де­лать свои зако­но­да­тель­ства.

Олег Царев, RT