Дело «Северных потоков» стало стресс-тестом для европейского единства

Арест в Польше гражданина Украины Владимира Журавлева превратился в неожиданный стресс-тест для европейского единства. Рутинная процедура экстрадиции подозреваемого в террористическом акте должна была пройти быстро и без лишнего шума. Но Варшава вдруг обнаружила, что находится перед неприятным выбором

Фото: @ The Swedish Coast Guard/XinHua/Global Look Press

С одной сто­ро­ны, аре­сто­ван­ный – граж­да­нин дру­же­ствен­ной Поль­ше стра­ны, обви­ня­е­мый в серьез­ней­шем пре­ступ­ле­нии про­тив кри­ти­че­ской инфра­струк­ту­ры на тер­ри­то­рии Евро­пей­ско­го сою­за. Тер­акт при­вел к тех­но­ген­ной ката­стро­фе, уни­что­же­ны стра­те­ги­че­ски важ­ные газо­про­во­ды, ущерб на мил­ли­ар­ды евро. По всем кано­нам евро­пей­ско­го пра­ва тако­го чело­ве­ка нуж­но судить по всей стро­го­сти зако­на.

С дру­гой сто­ро­ны, этот самый тер­ро­рист «вро­де бы наш», ведь его дей­ствия были направ­ле­ны про­тив Рос­сии. И тут у поль­ских вла­стей воз­ни­ка­ет когни­тив­ный дис­со­нанс.

Пре­мьер-министр Дональд Туск откры­то заяв­ля­ет, что экс­тра­ди­ция не отве­ча­ет инте­ре­сам Вар­ша­вы. Руко­во­ди­тель бюро наци­о­наль­ной без­опас­но­сти Сла­во­мир Ценц­ке­вич и вовсе при­зна­ет­ся, что Поль­ша ищет «закон­ный спо­соб» отка­зать в выда­че. Фор­му­ли­ров­ка зани­ма­тель­ней­шая: не про­сто отка­зать, а най­ти легаль­ную лазей­ку, что­бы нару­шить обя­за­тель­ства перед союз­ни­ка­ми по ЕС. Ценц­ке­вич пря­мым тек­стом гово­рит, что это­го чело­ве­ка вооб­ще не сле­до­ва­ло задер­жи­вать. То есть при­ме­не­ние зако­на зави­сит от поли­ти­че­ской целе­со­об­раз­но­сти.

В общем хоре голо­сов умол­ча­ния выде­ля­ет­ся Вен­грия. Министр ино­стран­ных дел Петер Сий­яр­то назвал пози­цию Тус­ка шоки­ру­ю­щей и пря­мо ука­зал, что Евро­па не долж­на допус­кать оправ­да­ния тер­ро­риз­ма выс­ши­ми долж­ност­ны­ми лица­ми. То есть пре­мьер-министр стра­ны-чле­на ЕС счи­та­ет под­рыв кри­ти­че­ской инфра­струк­ту­ры чем-то вро­де геро­и­че­ско­го поступ­ка, достой­но­го поощ­ре­ния, а дру­гой член сою­за видит в этом опас­ную нор­ма­ли­за­цию тер­ро­ра. Дис­кус­сия, в кото­рой речь идет не о пра­ве, а о поли­ти­ке.

Инте­рес­нее дру­гих пове­де­ние Гер­ма­нии. Бер­лин про­дол­жа­ет наста­и­вать на экс­тра­ди­ции, ведет рас­сле­до­ва­ние, выда­ет орде­ра на арест. В отли­чие от Дании, кото­рая про­сто закры­ла свое рас­сле­до­ва­ние несмот­ря на то, что тер­акт про­изо­шел в ее эко­но­ми­че­ской зоне. Поче­му упор­ству­ют нем­цы?

Ско­рее все­го, у Бер­ли­на про­сто нет выбо­ра. Уни­что­же­ние «Север­ных пото­ков» нанес­ло немец­кой эко­но­ми­ке колос­саль­ный ущерб. Поте­ря отно­си­тель­но деше­во­го рос­сий­ско­го газа ста­ла одним из глав­ных фак­то­ров деин­ду­стри­а­ли­за­ции Гер­ма­нии. Закры­ва­ют­ся заво­ды, биз­нес пере­ез­жа­ет в США и Азию, энер­го­ем­кие про­из­вод­ства оста­нав­ли­ва­ют­ся. Немец­кие вла­сти не могут про­сто закрыть гла­за на дивер­сию, кото­рая фак­ти­че­ски подо­рва­ла осно­вы эко­но­ми­че­ской мощи стра­ны. Но при этом Гер­ма­ния ока­за­лась в ловуш­ке: рас­сле­до­ва­ние неиз­беж­но при­ве­дет к неудоб­ным выво­дам, каки­ми бы они ни были.

И вот тут начи­на­ет­ся самое инте­рес­ное. Пока Евро­па пыта­ет­ся изоб­ра­зить, что это были какие-то укра­ин­ские дивер­сан­ты-люби­те­ли, дей­ство­вав­шие на свой страх и риск, в Соеди­нен­ных Шта­тах про­ис­хо­дят совсем дру­гие собы­тия. Доку­мен­таль­ный фильм Сей­му­ра Хер­ша «Ута­и­ва­ние», посвя­щен­ный рас­сле­до­ва­нию под­ры­ва «Север­ных пото­ков», с три­ум­фом про­шел в Нью-Йор­ке. Пол­ный зал, ова­ции стоя, все биле­ты рас­про­да­ны. Аме­ри­кан­ская пуб­ли­ка горя­чо при­вет­ству­ет жур­на­ли­ста, кото­рый обви­ня­ет адми­ни­стра­цию Бай­де­на в орга­ни­за­ции круп­ней­ше­го тер­ак­та про­тив евро­пей­ской инфра­струк­ту­ры.

Херш утвер­жда­ет, что аме­ри­кан­ские водо­ла­зы при под­держ­ке нор­веж­ских спе­ци­а­ли­стов зало­жи­ли взрыв­чат­ку под при­кры­ти­ем уче­ний Baltops, а реше­ние об опе­ра­ции при­ни­мал лич­но пре­зи­дент Бай­ден. В нынеш­ней поли­ти­че­ской конъ­юнк­ту­ре США эта вер­сия ста­но­вит­ся крайне выгод­ной для рес­пуб­ли­кан­цев. Она поз­во­ля­ет убить сра­зу несколь­ких зай­цев. Во-пер­вых, обви­нить демо­кра­тов в госу­дар­ствен­ном тер­ро­риз­ме, в под­ры­ве инфра­струк­ту­ры союз­ни­ков. Во-вто­рых, уда­рить по демо­кра­ти­че­ско­му истеб­лиш­мен­ту в самой Евро­пе, преж­де все­го в Гер­ма­нии, где соци­ал-демо­кра­ты дол­гие годы выстра­и­ва­ли энер­ге­ти­че­ское парт­нер­ство с Рос­си­ей.

Евро­пей­ский союз пыта­ет­ся сва­лить вину за под­рыв на Укра­и­ну, но при этом оправ­дать и отпу­стить винов­ных, сослав­шись на смяг­ча­ю­щие обсто­я­тель­ства вой­ны с Рос­си­ей. В США, наобо­рот, заин­те­ре­со­ва­ны в том, что­бы под­све­тить роль имен­но аме­ри­кан­ской адми­ни­стра­ции в этом тер­ак­те. Два раз­ных нар­ра­ти­ва, два раз­ных инте­ре­са, один взо­рван­ный газо­про­вод.

«Север­ные пото­ки» ста­ли самым замет­ным раз­ло­мом, но дале­ко не един­ствен­ным. «Репа­ра­ци­он­ный кре­дит» за счет замо­ро­жен­ных рос­сий­ских акти­вов заста­вил взбун­то­вать­ся до сих пор тихую и бес­сло­вес­ную Бель­гию. Имен­но на тер­ри­то­рии этой стра­ны нахо­дит­ся Euroclear, и имен­но Бель­гия столк­нет­ся с серьез­ней­ши­ми юри­ди­че­ски­ми и финан­со­вы­ми послед­стви­я­ми от неза­кон­но­го изъ­я­тия чужих акти­вов, если оно про­изой­дет. Брюс­сель вне­зап­но обна­ру­жил, что роль послуш­но­го испол­ни­те­ля чужой воли име­ет свою цену.

Чехия после выбо­ров изме­ни­ла пози­цию по пере­да­че сна­ря­дов Укра­ине. Пра­га гото­ва про­да­вать, но не дарить. Каза­лось бы, мелочь. Но эта «мелочь» отра­жа­ет фун­да­мен­таль­ный сдвиг: евро­пей­ские стра­ны все мень­ше гото­вы жерт­во­вать соб­ствен­ны­ми инте­ре­са­ми ради абстракт­ных идей «соли­дар­но­сти» и «един­ства». Когда речь идет о реаль­ных день­гах, когда изби­ра­те­ли тре­бу­ют объ­яс­не­ний, куда ухо­дят их нало­ги, вся эта кра­си­вая рито­ри­ка о евро­пей­ских цен­но­стях испа­ря­ет­ся.

Кри­ти­че­ская мас­са подоб­ных рас­ко­лов неиз­беж­но при­ве­дет Евро­пей­ский союз к систем­но­му кри­зи­су. Воз­мож­но, уже при­ве­ла. При­чем про­изой­ти это может рань­ше, чем мно­гие ожи­да­ют. Союз, постро­ен­ный на ком­про­мис­сах и согла­со­ва­нии пози­ций, не может функ­ци­о­ни­ро­вать, когда по клю­че­вым вопро­сам суще­ству­ет непре­одо­ли­мое рас­хож­де­ние. Когда одна стра­на счи­та­ет тер­ро­ри­стом того, кого дру­гая счи­та­ет геро­ем. Когда наци­о­наль­ная без­опас­ность одних тре­бу­ет дей­ствий, пря­мо про­ти­во­по­лож­ных инте­ре­сам дру­гих.

Глеб Про­ста­ков, ВЗГЛЯД