Единство Вашингтона и Брюсселя, какое было при Байдене, было да сплыло. Брюссельские стены теперь видят и слышат другое.
Павел Краснов подтвердит.
Единство Вашингтона и Брюсселя, какое было при Байдене, было да сплыло. Брюссельские стены теперь видят и слышат другое.
Павел Краснов подтвердит.