Новый год приходит не только в дома и квартиры, но и в солдатские блиндажи. Корреспондент издания Украина.ру гостил у военнослужащих 268-го самоходно-артиллерийского полка 27-й гвардейской мотострелковой дивизии 2-й гвардейской общевойсковой армии группировки войск "Центр" и наблюдал за тем, как ребята готовятся к празднику
Новый год в зоне конфликта — явление интересное. Это как греть окоченевшие ладони газовой зажигалкой или освещать путь лучиной, двигаясь сквозь метель безлунной ночью: толку мало, но чуточку теплее на душе.
Под навесом, что неподалёку от входа в блиндаж, суетится большая чёрная собака. Ворчит, скалится, нервничает. Защищает помёт. Троица кругленьких, неуклюжих и очень любопытных щенков крутится у ног военнослужащих. Нервируют мать. Как и глава собачьей четы: развесил доверчивые уши и благодарно принимает ласки. Нет, чтобы смотреть за детьми.
— Да ты не бойся, собачка! Никто твоих щенков не украдёт!
— Она и без щенков агрессивной была.
— Контуженная?
— Да кто её знает. Вроде бы нет. Но злюка, да.
— Тоже неплохо. Чужой появится кто, так она шум поднимет.
— Так точно.
Снег мелкий-мелкий то и дело срывается. Ну чисто крупа. Градусов восемь на улице со знаком "минус". Зябко. Под землёю теплее. Заходишь с холода, мостишься к буржуйке поближе и сразу же "мажет". Упал бы на деревянные нары да придавил часочек-другой. Но нет. Больно суетно.
Военнослужащие 268-го самоходно-артиллерийского полка, выйдя с позиций на отдых, готовят ПВД к встрече Нового года. На войне ребята по два-три года, а потому под землёй отмечать им уже не впервой.
Атмосфера праздника размазана тонким слоем: "дождик" на шкафах с бронежилетами и шлемами, тёмные переходы освещают гирлянды, а на потолке из нешлифованных досок развешены дешёвые пластиковые шарики.
В жилом помещении трое бойцов устанавливают искусственную ёлку. Украшают быстро и утилитарно: чтоб со всех сторон были шарики. Они, кстати, тоже пластиковые. Белые и серебристые. Из одного недорогого набора. Потому что суть не в этом. Ёлочка — символ. Где бы ни были, дескать, но празднуем вместе с народом. Ближе к фронту люди порой найдут еловую ветку, украсят конфетой и двумя мандаринами. Мелочь вроде, а взглянешь — и теплеет где-то под сердцем.
"Слушай, мы же все были маленькими. Все тяготеем к семейным традициям, все хотим уюта, праздника и подарков. Мы все основные праздники стараемся хоть как-нибудь здесь отмечать, а Новый год — это один из главных в нашей стране. Я вот с передовой недавно вернулся. Там у ребят тоже маленько украшено. Немного мишуры, но в этих условиях и это приятно", - рассуждает Юрий Киселев, закрепляя макушку.
Юра — рядовой, номер расчёта 152-миллиметровой гаубицы "Гиацинт-Б". Молодой, серьёзный, чем-то похожий на Шурика из комедий Гайдая.
Ёлка, детские рисунки на стенах, треск поленьев в недрах буржуйки. И вот уже в помещении, которое вообще не про уют, образуется такая-сякая атмосфера. Не дом родной, нет. Душевно просто. Кто в казарме живал, тот поймёт, что имею в виду.
По дороге в столовую натыкаемся на роскошного двухцветного кота. Белая мордочка опасливо выглядывает из-за угла. Круглый, но глазищи строгие. Будто он тут всеми командует.
— Какой роскошный котяра! Не против, если я его к себе заберу?
— Вообще не против.
— А ты не против, мордочка? Пойдёшь со мной? Мышей умеешь ловить?
— Каких мышей? Он крыс ловит на раз-два!
— Ничего себе! То есть охотник? Даже кормить не надо?
— Как это "не надо"? Ещё как надо!
Атмосфера в столовой, как у мамы на кухне. Ей-богу, не вру. По телевизору, что за спиной у повара, фоном крутится "Ирония судьбы". Сам же шеф крошит "Докторскую". На свет Божий рождается безо всяких скидок легендарный салат "Оливье".
"Уже нарубил “Винегрет”, готовлю “Оливье”. Все самые простые салаты, которые помогут мужикам ощутить праздник. Ну, знаете, чтобы душа горела. Это у меня второй Новый год в зоне СВО. Первый в госпитале встретил. Ранение. Понимаете, ребятам и так здесь тяжело. А праздник — это возможность немного расслабиться. Посидеть, поговорить, о семьях вспомнить, о детях своих рассказать. Это хорошие воспоминания, которые останутся навсегда", — говорит рядовой Ринат Хабибрахманов, терзая кругляши варёной колбасы.
В столовую подтягиваются ребята. Старшина, дескать, подарки обещал. Рассаживаются. Завязывается разговор. На экране телевизора беззвучно шевелит губами Барбара Брыльска, перебирая струны гитары.
— Все равно же сидим. Ну есть же гитара. Сыграй что ли!
— Да я знаю всего пару песен. Про Новый год вообще ни одной не знаю. Это вот товарищ лейтенант все умеет, но его сейчас нет.
— Про Новый год и не надо. Мы ж не дети под ёлкой.
— "Демобилизация" пойдёт?
— О! Зашибись!
Вооружившись старенькой шестиструнной гитарой, один из бойцов приваливается к шершавой стене и затягивает одну из самых известных армейских песен. В ноты попадает через раз, но душевно. Старая дворовая школа. Как в юности.
Вдогонку, поупрямившись для порядка, исполняет "Батарейку", которая безнадёжно села у чьей-то любви. "Все, хватит с вас!" — улыбается он, передавая гитару. "Красава! А прикиньте, если бы он параллельно с фильмом голосом Пугачёвой исполнил!" — шумит благодарный зритель. Смеёмся.
Как-то незаметно для меня на столах материализуются обещанные подарки. По сути дела, это лакшери-версия армейского сухпая. "Чего там в этом году нагрузили?" — обсуждают бойцы, вскрывая зелёные минобороновские коробки.
Внутри шоколад, кофе, сгущённое молоко, ветчина и прочие нехитрые радости солдатской жизни. "Братцы, самое крутое здесь — это колбаса. В прошлом году тоже была. Очень вкусная", — говорит Юра, помахивая деликатесом в термоупаковке, как Гарри Поттер волшебной палочкой.
Посидев ещё немного, выбираемся на поверхность, чтобы не мешать людям праздновать. Метель усиливается. Щенки уже спят под навесом, чем сильно радуют тревожную мать. На ящике сидит котёнок и заунывно мяукает.
"Ты чего раскричался? Иди греться! Там без тебя колбасу вкусную делят!" — говорю ушастому.
"Бесполезно. Он к нам подходит, но в руки не даётся. Пробовали в тепло забрать — кусается. Сюда выносим еду, чтобы не голодал этот перепуганный", — объясняет боец, что стоит на посту. Укутанный по самые брови, чтоб не замёрзнуть.
Праздник праздником, а службу надо нести. Война продолжается.
Читайте также: "В смешанных чувствах": Донецк встречает Новый 2026
