Хроники санкционной войны 2025

Экономические санкции – один из инструментов внешней политики. Они используются как средство принуждения к смене политического курса страны-мишени, сдерживания ее развития, а также посылки политических сигналов. Поэтому санкции (или ограничительные меры) следует рассматривать в контексте более крупных политических процессов. Ключевым фактором применения санкций против России остается конфликт на Украине. Политическая динамика вокруг конфликта во многом определяет и ситуацию с санкциями

Фото: ©Агент­ство «Москва»

Прощальный поклон Байдена

Одно из важ­ных собы­тий 2025 года – запуск рос­сий­ско-аме­ри­кан­ских пере­го­во­ров по укра­ин­ско­му вопро­су. Само по себе их нача­ло ста­ло насто­я­щим раз­ры­вом шаб­ло­на. До воз­вра­ще­ния в Белый дом Дональ­да Трам­па Вашинг­тон пола­гал, что на Рос­сию надо давить, пока она не капи­ту­ли­ру­ет.

Поэто­му начи­ная с 2022-го объ­ем вво­ди­мых про­тив Моск­вы огра­ни­чи­тель­ных мер посто­ян­но уве­ли­чи­вал­ся. В нача­ле года ухо­дя­щая адми­ни­стра­ция Джо Бай­де­на дала про­щаль­ный залп из санк­ци­он­ных пушек, вне­ся в чер­ные спис­ки несколь­ко сотен рос­сий­ских ком­па­ний и физи­че­ских лиц, а так­же пол­то­ры сот­ни зару­беж­ных ком­па­ний, рабо­та­ю­щих с Рос­си­ей. Вдо­ба­вок бай­де­нов­ский Мин­фин рас­ши­рил пра­во­вые осно­ва­ния санк­ций для ряда круп­ных рос­сий­ских фирм, кото­рые уже нахо­ди­лись под огра­ни­че­ни­я­ми. К стан­дарт­но­му ука­зу 14024, кото­рым США после нача­ла СВО поль­зо­ва­лись в каче­стве клю­че­во­го пра­во­во­го меха­низ­ма вве­де­ния санк­ций про­тив Рос­сии, доба­вил­ся указ 13662, при­ня­тый еще в 2014 году Бара­ком Оба­мой. В 2017?м он стал частью зако­на «О про­ти­во­дей­ствии вра­гам Аме­ри­ки посред­ством санк­ций» (CAATSA). Отме­на любых огра­ни­че­ний, вве­ден­ных на осно­ва­нии санк­ци­он­ных ука­зов Оба­мы в свя­зи с укра­ин­ским кон­флик­том, ста­ла воз­мож­ной толь­ко через про­це­ду­ру инфор­ми­ро­ва­ния кон­грес­са.

Нель­зя ска­зать, что это фун­да­мен­таль­но услож­ни­ло отме­ну санк­ций, – если на то есть поли­ти­че­ская воля, сде­лать это вполне воз­мож­но. Напри­мер, в 2019 году были сня­ты санк­ции с трех круп­ных рос­сий­ских ком­па­ний UC Rusal, En+ и «Евро­си­б­энер­го». Одна­ко оче­вид­но, что ухо­дя­щая адми­ни­стра­ция стре­ми­лась услож­нить жизнь коман­де Трам­па на слу­чай, если она попы­та­ет­ся облег­чить санк­ци­он­ное дав­ле­ние на Рос­сию.

Кро­ме того, под зана­вес сво­е­го пре­зи­дент­ства Бай­ден нанес санк­ци­он­ный удар по рос­сий­ско­му энер­ге­ти­че­ско­му сек­то­ру. Поми­мо бло­ки­ру­ю­щих финан­со­вых огра­ни­че­ний про­тив ком­па­ний «Сур­гут­неф­те­газ» и «Газ­пром­нефть», Мин­фин США опре­де­лил саму при­над­леж­ность к энер­ге­ти­че­ско­му сек­то­ру Рос­сии как воз­мож­ное осно­ва­ние для бло­ки­ру­ю­щих санк­ций. Ранее такие опре­де­ле­ния выно­си­лись по финан­со­во­му, воен­но-про­мыш­лен­но­му и иным сек­то­рам рос­сий­ской эко­но­ми­ки. Впро­чем, санк­ции дав­но ста­ли рути­ной, и рос­сий­ские мак­ро­эко­но­ми­че­ские пока­за­те­ли под их вли­я­ни­ем прак­ти­че­ски не меня­ют­ся.

«Зарезать лося»

Нача­ло рос­сий­ско-аме­ри­кан­ских пере­го­во­ров рын­ки встре­ти­ли с вооду­шев­ле­ни­ем. Одна­ко было ясно: быст­рых про­ры­вов ждать не сто­ит. Кон­фликт слиш­ком слож­ный, а рас­хож­де­ния сто­рон вели­ки. Впро­чем, сме­на аме­ри­кан­ской пара­диг­мы нали­цо. Похо­же, что Трамп и его спо­движ­ни­ки пола­га­ют: одо­леть Рос­сию в обо­зри­мой пер­спек­ти­ве вряд ли удаст­ся. Рос­сий­ская армия дви­жет­ся впе­ред со все боль­шей ско­ро­стью, а санк­ции не меня­ют реши­мость Моск­вы добить­ся сво­их целей. С дру­гой сто­ро­ны, США рас­хо­ду­ют на под­держ­ку Укра­и­ны нема­лые сред­ства. Исполь­зуя бир­же­вой сленг, аме­ри­кан­цы и их союз­ни­ки «пасут лося». То есть про­дол­жа­ют дер­жать заве­до­мо убы­точ­ный и пада­ю­щий в цене актив, да еще и вкла­ды­ва­ют­ся в него. Зафик­си­ро­вать убыт­ки и «заре­зать лося» – вот суть под­хо­да Трам­па к укра­ин­ско­му вопро­су.

Впро­чем, изба­вить­ся от ток­сич­но­го акти­ва во внеш­не­по­ли­ти­че­ском порт­фе­ле ока­за­лось слож­ным делом. С одной сто­ро­ны, Рос­сия попро­сту отка­за­лась сда­вать свои пози­ции, хотя и про­яви­ла готов­ность обсуж­дать пара­мет­ры мир­но­го согла­ше­ния. С дру­гой – ини­ци­а­ти­вам Трам­па про­ти­ви­лись ЕС и по мере сил Укра­и­на. Неуда­чи раз­дра­жа­ли аме­ри­кан­ско­го лиде­ра. Но от идеи добить­ся мира он не отка­зал­ся. При Трам­пе США прак­ти­че­ски не вво­ди­ли новых огра­ни­че­ний про­тив Рос­сии. Исклю­че­ни­ем ста­ли бло­ки­ру­ю­щие санк­ции про­тив двух круп­ных рос­сий­ских энер­ге­ти­че­ских ком­па­ний «Рос­нефть» и «Лукойл». Мера, конеч­но, непри­ят­ная, но все-таки вре­да от этих санк­ций мень­ше, чем от дей­ствий Бай­де­на в одном толь­ко янва­ре 2025 года.

«Эти страны звонят нам, целуют мою задницу»

Одна из харак­тер­ных «фишек» Трам­па – актив­ная тариф­ная поли­ти­ка. Насто­я­щим мани­фе­стом стал указ 14257 от 2 апре­ля. Он запу­стил повы­ше­ние тари­фов как для союз­ни­ков Вашинг­то­на, так и для тех, кого там счи­та­ют кон­ку­рен­та­ми и сопер­ни­ка­ми. Цель – вырав­ни­ва­ние тор­го­во­го балан­са США. Его отри­ца­тель­ное саль­до Трамп счи­та­ет угро­зой, с про­ти­во­дей­стви­ем кото­рой явно затя­ну­ли. Глав­ной мише­нью пред­ска­зу­е­мо стал Китай. Тор­го­вую вой­ну про­тив него Трамп начал еще в пер­вый срок, пыта­ясь навя­зать Пеки­ну новые тор­го­вые согла­ше­ния. Эпи­де­мия COVID-19 и после­ду­ю­щая сме­на адми­ни­стра­ции тор­го­вое наступ­ле­ние при­оста­но­ви­ли. Но в 2025?м оно нача­лось с новой силой. Одна­ко китай­ское руко­вод­ство взять нахра­пом не уда­лось. В отли­чие более чем от 70 дру­гих стран, про­тив кото­рых США вве­ли новые тари­фы, Китай ока­зал жест­кое и после­до­ва­тель­ное сопро­тив­ле­ние. Пекин про­пор­ци­о­наль­но повы­шал свои тари­фы, а так­же ввел экс­порт­ные огра­ни­че­ния на постав­ки стра­те­ги­че­ски важ­ных для США ред­ко­зе­мель­ных метал­лов. В ито­ге сто­ро­ны при­шли к ком­про­мисс­но­му вари­ан­ту вза­им­ной тор­гов­ли, оста­но­вив тариф­ную вой­ну. На дру­гих направ­ле­ни­ях сопро­тив­ле­ние тариф­но­му нажи­му Трам­па было сла­бее или вооб­ще не ока­зы­ва­лось. «Эти стра­ны зво­нят нам, целу­ют мою зад­ни­цу», – пре­зри­тель­но ото­звал­ся аме­ри­кан­ский пре­зи­дент о жела­ю­щих сни­зить раз­ме­ры пошлин.

При­ме­ча­тель­но, что в руках Трам­па тари­фы пре­вра­ти­лись в инстру­мент санк­ций. В науч­ной лите­ра­ту­ре обыч­но гово­рит­ся: тор­го­вые вой­ны пре­сле­ду­ют пре­иму­ще­ствен­но эко­но­ми­че­ские цели, а санк­ции – поли­ти­че­ские. Теперь реа­лии изме­ни­лись. Объ­яв­ляя тариф­ную вой­ну, Трамп исполь­зо­вал закон 1977 года «О чрез­вы­чай­ных эко­но­ми­че­ских пол­но­мо­чи­ях» (IEEPA). На его осно­ве обыч­но вво­ди­лись санк­ции, но не тари­фы. Теперь «санк­ци­он­ный» закон исполь­зу­ет­ся как пра­во­вой меха­низм имен­но тариф­ной поли­ти­ки. По ряду направ­ле­ний тари­фы пря­мо заяв­ля­лись как сред­ство реше­ния поли­ти­че­ских вопро­сов или про­блем без­опас­но­сти. Напри­мер, вве­де­ние пошлин про­тив Мек­си­ки и Кана­ды объ­яс­ня­лось необ­хо­ди­мо­стью при­ну­дить их бороть­ся с нар­ко­тра­фи­ком. Тари­фы в отно­ше­нии Бра­зи­лии Вашинг­тон повы­сил из-за пре­сле­до­ва­ния вла­стя­ми стра­ны экс-пре­зи­ден­та Бол­со­на­ру, а так­же попы­ток огра­ни­чить рабо­ту аме­ри­кан­ских соц­се­тей. В отно­ше­нии Индии – из-за заку­пок рос­сий­ской неф­ти.

С пода­чи Трам­па появи­лось новое поня­тие – вто­рич­ные тари­фы. Ранее широ­кое рас­про­стра­не­ние полу­чи­ла кате­го­рия вто­рич­ных санк­ций. Этим тер­ми­ном обо­зна­ча­ют бло­ки­ру­ю­щие финан­со­вые или адрес­ные санк­ции в отно­ше­нии ком­па­ний и физи­че­ских лиц в тре­тьих стра­нах, сотруд­ни­ча­ю­щих со стра­ной под санк­ци­я­ми. После нача­ла СВО Соеди­нен­ные Шта­ты забло­ки­ро­ва­ли почти тыся­чу ком­па­ний из раз­ных стран за парт­нер­ские свя­зи с рос­сий­ской юрис­дик­ци­ей, в том чис­ле в обход санк­ций США. Трамп вто­рич­ные санк­ции исполь­зо­вал в 2025?м ред­ко, а при­ме­ни­тель­но к Рос­сии не исполь­зо­вал вооб­ще. Зато повы­ше­ние тари­фов за тор­гов­лю с про­тив­ни­ком США ста­ло еще одним эле­мен­том насле­дия Трам­па. Если вто­рич­ные санк­ции нака­зы­ва­ют ком­па­нию или лицо, то вто­рич­ные тари­фы – стра­ну. Будь Трамп уче­ным, он мог бы защи­тить дис­сер­та­цию по тема­ти­ке вто­рич­ных тари­фов – в науч­ной и при­клад­ной новизне мало кто усо­мнил­ся бы.

«Взбесилась ведьма злая…»

Кру­тые манев­ры аме­ри­кан­ско­го пре­зи­ден­та вызва­ли ото­ропь у союз­ни­ков США. Осо­бен­но в Евро­пе. Все три года, в тече­ние кото­рых идет спе­цо­пе­ра­ция на Укра­ине, ЕС после­до­ва­тель­но и успеш­но пере­стра­и­вал­ся в режим кон­фрон­та­ции с Рос­си­ей. И тут Вашинг­тон, счи­тав­ший­ся глав­ным покро­ви­те­лем Укра­и­ны, клю­че­вым постав­щи­ком финан­со­вой, воен­ной и раз­ве­ды­ва­тель­ной помо­щи Кие­ву, вдруг начал дистан­ци­ро­вать­ся от кон­флик­та. С холод­ным праг­ма­тиз­мом Укра­ине был предъ­яв­лен счет за ока­зан­ные услу­ги, после чего аме­ри­кан­цы доби­лись под­пи­са­ния согла­ше­ния, даю­ще­го им при­ви­ле­ги­ро­ван­ный доступ к новым про­ек­там раз­ра­бот­ки полез­ных иско­па­е­мых на Укра­ине в каче­стве опла­ты ока­зан­ной воен­ной помо­щи. ЕС и дру­гие союз­ни­ки США, а так­же сама Укра­и­на были постав­ле­ны перед фак­том: алго­ритм дей­ствий, к кото­ро­му они при­вык­ли, боль­ше не рабо­та­ет.

Допол­ни­тель­но нака­ля­ли атмо­сфе­ру эпа­таж­ные идеи Трам­па о «покуп­ке» Грен­лан­дии у Дании, пуб­лич­ная кри­ти­ка Евро­со­ю­за за отход от под­лин­ной демо­кра­тии. Новая Кон­цеп­ция наци­о­наль­ной без­опас­но­сти США пред­ста­ви­ла ситу­а­цию в Евро­пе как нарас­та­ю­щий воен­но-поли­ти­че­ский кон­фликт ЕС и Рос­сии, пози­ци­о­ни­руя США как внеш­нюю силу, стре­мя­щу­ю­ся при­ми­рить про­тив­ни­ков. Тако­го мир не видел со вре­мен Вто­рой миро­вой.

В сло­жив­шей­ся ситу­а­ции Евро­со­юз не при­ду­мал ниче­го луч­ше, чем упря­мо дер­жать­ся преж­не­го кур­са. В тече­ние года Брюс­сель ввел четы­ре новых паке­та анти­рос­сий­ских санк­ций. Под уда­ром ока­зал­ся «тене­вой флот» – тан­ке­ры, исполь­зу­е­мые для неза­ви­си­мых от ЕС поста­вок неф­ти тре­тьим стра­нам. Ряд рос­сий­ских бан­ков был вне­сен в санк­ци­он­ный спи­сок. Нало­же­ны огра­ни­че­ния на рос­сий­ские пор­ты. Сни­жен цено­вой «пото­лок» для рос­сий­ской неф­ти. Нало­жен запрет на импорт неф­те­про­дук­тов, про­из­ве­ден­ных из рос­сий­ской неф­ти в тре­тьих стра­нах. Под запре­том ока­зал­ся рос­сий­ский алю­ми­ний. Была раз­ра­бо­та­на схе­ма отка­за от рос­сий­ско­го СПГ. Вве­де­ны бло­ки­ру­ю­щие санк­ции про­тив рос­сий­ских ком­па­ний и граж­дан. Рас­ши­ре­на прак­ти­ка вве­де­ния вто­рич­ных санк­ций, в том чис­ле про­тив индий­ских и китай­ских поку­па­те­лей рос­сий­ской неф­ти. Вен­цом огра­ни­че­ний мож­но назвать запрет на исполь­зо­ва­ние тру­бо­про­во­дов «Север­ный поток?1» и «Север­ный поток?2», что осо­бен­но необыч­но, если учесть, что три из четы­рех веток тру­бо­про­во­да взо­рва­ны дивер­сан­та­ми еще в 2022 году. ЕС стал актив­нее бороть­ся с теми, кто обхо­дит санк­ции, откры­вая про­тив них уго­лов­ные дела. Лиде­ры по чис­лу воз­буж­ден­ных дел – Гер­ма­ния, Нидер­лан­ды, стра­ны Бал­тии. Были вве­де­ны санк­ции про­тив рос­сий­ских уче­ных-меж­ду­на­род­ни­ков – свое­об­раз­ная фор­ма цен­зу­ры.

Новые паке­ты санк­ций, несо­мнен­но, при­чи­ня­ют ущерб отдель­ным ком­па­ни­ям. Но Рос­сия и ЕС все боль­ше отда­ля­ют­ся друг от дру­га в плане тор­гов­ли и эко­но­ми­че­ских свя­зей. Чем актив­нее наби­ра­ет обо­ро­ты отчуж­де­ние, тем в боль­шей сте­пе­ни санк­ции ста­но­вят­ся сим­во­ли­че­ским инстру­мен­том, неже­ли реаль­ным спо­со­бом нане­сти эко­но­ми­че­ский урон. При этом в 2025?м они пре­вра­ти­лись в важ­ный сим­вол само­сто­я­тель­ной поли­ти­ки ЕС и сохра­не­ния его кон­со­ли­да­ции. Впро­чем, здесь вид­ны сле­ды неуве­рен­но­сти: Брюс­сель дистан­ци­ру­ет­ся от прин­ци­па кон­сен­су­са в при­ня­тии реше­ний и санк­ци­ях про­тив Рос­сии и дви­жет­ся в сто­ро­ну прак­ти­ки при­ня­тия реше­ний ква­ли­фи­ци­ро­ван­ным боль­шин­ством. То есть голос отдель­ных стран, таких как Вен­грия или Сло­ва­кия, в отдель­ных вопро­сах поли­ти­ки санк­ций теперь мож­но будет обой­ти.

Из Моск­вы за про­ис­хо­дя­щим наблю­да­ют без лиш­ней суе­ты. Дли­тель­ный про­цесс обсуж­де­ния кон­фис­ка­ции суве­рен­ных акти­вов сопро­вож­дал­ся с рос­сий­ской сто­ро­ны зве­ня­щим спо­кой­стви­ем. В ито­ге ЕС рос­сий­ские акти­вы решил Укра­ине не пере­да­вать. Что будет даль­ше – пока­жет новый, 2026 год.

Иван Тимо­фе­ев, ПРОФИЛЬ