Изначально Запад собирался расширять НАТО на восток за счет фактической оккупации Украины. Это не получилось, потому что началась СВО. А раз они не смогли оккупировать Украину военным способом, то теперь они пытаются это сделать военно-дипломатическим путем, согласовав присутствие европейских военных контингентов на Украине
Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал Александр Казаков - политолог, советник первого главы ДНР Александра Захарченко, сопредседатель Клуба народного единства, член Совета по внешней и оборонной политике
- Александр Юрьевич, как вы оцениваете перспективы политического урегулирования по Украине, учитывая, что процесс перешел в формат трехсторонних переговоров в Абу-Даби?
- Я бы разделил свой ответ на эмоциональную и рациональную часть. Начнем с эмоциональной.
Я не считаю положительным сам факт таких переговоров, потому что их диспозиция такова: сторона, которая проигрывает в этой войне на истощение, пытается выдвигать ультиматумы России, которая побеждает. У меня это в голове не укладывается. Я понимаю, что они противник для этого использует ресурс США. Но если в нынешних обстоятельствах эти переговоры вдруг станут успешными, я не буду испытывать по этому поводу энтузиазма.
Теперь переходим к рациональный оценке.
Конечно, переговоры и прямой контакт – это всегда хорошо, потому что это альтернативный выход из ситуации. В конце концов, не воевать же до последнего украинца. США в этом плане молодцы. Правда, хвастаться им нечем. Да, они выступают с громкими заголовками: "Трамп впервые усадил воюющие стороны за один стол". Но это же вранье. А как же "Стамбул-2"? Разве мы не сидели напротив украинцев практически в том же составе? Впрочем, хотят хвастаться – пускай. То, что этот прямой контакт есть – уже хорошо.
Второй положительный момент – это разделение первоначальной переговорной группы на две подгруппы: политическую и военную. Это хорошо в том смысле, что процесс переходит в рабочий режим. Но тут я бы сделал филологический комментарий.
Все мы помним историю с "Минском-2". Главной проблемой на протяжении многих лет было то, что один и тот же текст, согласованный и подписанный, стороны интерпретировали по-разному. У Украины была любимая игра – переставить местами пункты. Хотя мы им именно поэтому объясняли, что есть пункт 1 и пункт 12, поэтому мы от 1 идем к 12. Еще была критика формулировок. Поэтому вторая подгруппа (военная) занималась определениями. Они договаривались о единой трактовке таких понятий как "прекращение огня" и "прекращение боевых действий".
Это хорошо. Уже есть понимание, что это разные процессы. Потому что прекращение огня может быть без прекращения боевых действий, а прекращение боевых действий может быть без прекращения огня.
И задача в том, чтобы обе стороны, а потом и посредник, согласились с формулировками, которые написаны на трех языках с верифицированным переводом. Россия – это же наследница Византийской Империи. Так вот там при такого рода послевоенных договоров (скажем, с Персидской Империей) на каждый язык было два перевода, а потом появлялся третий верифицированный вариант.
Допустим, мы договариваемся с США. Есть русский текст, есть английский текст. Так вот мы наш русский текст для них сами переводим на английский, а они наш текст сами переводят на английский. Понятно, что будут разночтения. И потом уже вот эти два варианта английского текста согласовываются сторонами, после чего появляется третий вариант – верифицированный.
Это принципиально важно. Мы знаем, с кем имеем дело. Украина будет как уж из кулака протискиваться сквозь пальцы. Они будут искать эти разночтения. США такие же. Они тоже занимаются интерпретацией согласованных текстов.
И еще один момент.
Несмотря на то, что СВО продолжается, военная подгруппа все же вспомогательная. Главное – политическая подгруппа. Если не будет политического согласования, то наработки военных групп уйдут на столы ученым для новых словарей. А если вдруг на каком-то этапе возникнет политическое соглашение, то тогда военные наработки будут под рукой. В этом смысле все делается грамотно. Правда, меня напрягает еще один момент.
Когда обсуждается прекращение огня и разведение войск, у меня врубается дежавю. Где-то я это уже видел. Кажется, в феврале 2015 года. У нас у всех есть синдром "Минска". Мы знаем, чем он закончится. И если это будет еще один "Минск", он неизбежно закончится новой СВО. Надеюсь, это понимают все. В том числе на той стороне.
Мы отправляем на переговоры людей в погонах. Тем самым демонстрируем, что всерьез настроены. Это политики могут оставить многоточие, а военные любой абзац доводят до точки и согласовывают. И это демонстрация того, что политического соглашения нет. Военные не будут вести переговоры о денацификации, русском языке и православии, а это ключевые пункты. И даже подступа к политическому соглашению нет.
Это говорит об одном. США не выполнили свое домашнее задание. Хотя они должны были заставить Европу и Украину принять американскую позицию. У них это до сих пор не получилось. Да, переговоры вести надо, но результата мы не увидим.
- Вы сказали, что пока даже подступа к политическому соглашению нет. Все сводится к гарантиям безопасности Украины. Рубио заявляет про какое-то общее соглашение и про европейские войска. Но ведь мы с декабря 2021 года именно об этом говорили: как насчет гарантий безопасности для России?
- Насколько я понимаю, в Анкоридже договорились об определенной последовательности шагов.
Поскольку конфликт носит затяжной характер, а его первопричины уходят в десятилетия назад, без соглашений, которые нами были предложены в декабре 2021 года, никакое урегулирование невозможно. Это в любом случае будет перемирие до возобновления боевых действий. По-другому просто не может быть.
Стамбульские соглашения весны 2022 года как раз и назывались "Гарантии безопасности для Украины". Эти гарантии были для нее оптимальными. Под этими гарантиями подписался Запад, и условно нейтральные страны типа Турции и Россия. Но тогда умные западные аналитики обратили внимание, что киевский режим выступил против того, чтобы Россия была гарантом безопасности будущей Украины: "Они не понимают, что тогда никаких гарантий больше нет?".
Ведь если гарантом безопасности являются европейские страны НАТО и США, то для гарантии безопасности России это неприемлемо.
Нам наплевать, кто стоит за киевским режимом. Мы за последние четыре года это показали. Мы этот вопрос решать будем. Мы не можем его не решить. Это вопрос существования нашего государства и нашего народа. Какая нам разница, кого вы впишете в эти гаранты безопасности Украины. Хоть марсиан впишите. Мы и с марсианами готовы воевать.
Кстати, Рубио потом сказал: "Наверное, Россия не согласится". Конечно не согласится. Тогда зачем вы это выкладываете, если знаете, что Россия это даже не будет обсуждать?
Потому-то я и говорю про этапы.
Первый этап – это вообще сдвинуть украинско-европейскую позицию с места, чтобы они начали хоть какое-то движение. Я считаю, что этот этап достигнут. Причем он достигнут совокупными усилиями: политическими и финансовыми со стороны США и военными со стороны России, включая воздушные удары по украинскому тылу.
А вопрос безопасности возникнет на третьем этапе. Это должна быть обоюдная безопасность: и какой-то Украины, и России. Без ее обеспечения, подписанного кровью, все начнется снова. И, судя по риторике, США это понимают. А это уже хорошо.
Отсюда такая секретность всего хода переговоров, чтобы не придавать гласности промежуточные шаги, которые позволяют противникам соглашения давить на Трампа через глобальные медиа и при этом вызывают истерику у российского общества: "Как Донбасс? А Запорожье и Херсон? Зрада".
Ребята, я еще раз вам говорю. Ориентируетесь не на западные СМИ, а на то, что говорит Верховный. Путин на последней встрече с командующими воюющих группировок снова говорил про ЛНР, Запорожскую и Херсонскую область. Просто на этом этапе, чтобы сдвинуть Украину и Европу с места, надо говорить про Донбасс. Приведу бытовой пример.
Вы наверняка видели шоу, когда силачи таскают поезда. Самое трудное – сдвинуть поезд с места. Все остальное – вопрос навыков и состояния здоровья. Вот США и Россия сдвигали их с места. И позиция Европы начинает усложняться.
- Наверное, процесс действительно пошел. И все-таки, Рубио еще говорил, что будущие гарантии безопасности Украине будут поддерживаться США, но на месте могут быть только европейские военные. То есть они не оставили идею де-факто затянуть Украину в НАТО.
- Это опять же вопрос интерпретации. Понятно, что европейские страны договорились между собой и с США, но они будут в национальном качестве. Французы и немцы есть, а НАТО не расширяется. Но нас-то не проведешь. Нам все равно, какой у них флажок.
В чем тут хитрый ход?
Путин всегда говорит: "Мы готовы решить вопрос с Украиной военным путем, но не стремимся к этому". То есть мы хотели бы решить вопрос военно-дипломатическим путем, чтобы не погибали люди и не разрушалась инфраструктура. Так вот Запад делает то же самое.
Они собирались расширять НАТО на восток за счет фактической оккупации Украины. Это не получилось, потому что началась СВО. А раз они не смогли оккупировать Украину военным способом, то теперь они пытаются это сделать военно-дипломатическим путем, согласовав присутствие европейских военных контингентов на Украине.
Фактически они зеркалят наши подходы.
Тем не менее, это странно. Путин им говорит на понятном языке: "Ребята, это фактически война". И Лавров тысячу раз говорил, что любой европейский контингент на Украине – это законная цель. Вы чего добиваетесь? Понятно, что это провокация.
А еще это нонсенс, когда в Париже переговоры об урегулировании конфликта ведут между собой три стороны, которые находятся на одной линии фронта: США, европейцы и киевский режим. Нас там нет. Это то же самое, как если бы в 1943 году переговоры об окончании Второй мировой войны вели между собой Нацистская Германия, Фашистская Италия и Милитаристская Япония. Ну ведите. Нам жалко что ли?
В общем, посмотрим, выполнит ли Трамп свое домашнее задание.
Также по теме - в интервью Дмитрия Краснова: Гротескный фюрер пошел на переговоры по Украине, пойдет и на вывод ВСУ из Донбасса
