Швеция на учениях с НАТО отрабатывает сценарий военного конфликта с Россией, военно-промышленный комплекс королевства получает большую прибыль на фоне конфликта на Украине, а власти страны не скрывают, что инициативы по модернизации вооруженных сил направлены против РФ. О том, какие еще недружественные шаги предпринимают в Швеции по отношению к России, а также о сложностях в работе дипмиссии, рассказал в интервью РИА Новости посол РФ в Стокгольме Сергей Беляев.
– Министр иностранных дел Швеции Мария Мальмер Стенергард ранее пожаловалась, что страны Северной Европы тратят на поддержку Украины непропорционально большие суммы по сравнению с остальными членами НАТО. Сколько денег королевство потратило на помощь Киеву в 2025 году, и какое вооружение было передано ВСУ? Собирается ли Швеция участвовать в "гарантиях безопасности" Украины и каким образом?
– Поддержка Украины – ключевое направление шведской внешней политики на современном этапе. В финансовом плане Стокгольм, действительно, в числе крупнейших европейских спонсоров киевского режима. По официальным данным, общая сумма шведских вложений в Украину с начала СВО по состоянию на конец 2025 года оценивается в 11 миллиардов долларов США (из них только военной помощи на девять миллиардов долларов). В период 2026-2027 годов на прямые закупки и совместное производство вооружений и военной техники, международное оказание помощи "незалежной" и софинансирование украинского ВПК шведами уже анонсировано порядка восьми миллиардов долларов США.
Швеция входит в состав восьми действующих коалиций помощи Украине, оказывающих содействие в разминировании, киберзащите, поставках самолетов, систем ПВО, беспилотников, средств РЭБ, РЛС и боеприпасов. Шведское правительство регулярно направляет средства в международные фонды поддержки Киева, оказывает боевикам ВСУ помощь в подготовке пилотов, операторов дронов, членов экипажей шведской военной техники.
Что касается вопроса о предоставлении "гарантий безопасности" Украине, то шведское руководство неоднократно заявляло, что Стокгольм готов участвовать в данной инициативе, но лишь после завершения военного конфликта. Свой вклад здесь видят, в частности, в патрулировании шведскими самолетами украинского воздушного пространства, разминировании акватории Черного моря и помощи в обучении ВСУ.
– Украина намерена закупить у Швеции до 150 истребителей Gripen, однако денег на такие приобретения у Киева нет. Власти королевства уже рассуждали на тему использования российских активов для оплаты сделки. Насколько реальна сама сделка по истребителям, учитывая, что Украина рассматривает также вариант с приобретением французских самолетов Rafale?
– Денег на реализацию проекта по закупке шведских истребителей для Украины нет и у Швеции. На пути к реализации этой потенциальной сделки так много препятствий и неопределенностей, что всерьез говорить о ее скором переходе в практическую плоскость явно не приходится. Если объявленные премьер-министром Швеции Ульфом Кристерссоном и Владимиром Зеленским договоренности сохранят актуальность по завершении СВО, то сторонам предстоит решить массу вопросов. Ключевой момент – финансирование. Переход на шведскую платформу с учетом инвестиций в вооружение, инфраструктуру и обучение пилотов обойдется Киеву в десятки миллиардов долларов. Без масштабного и устойчивого внешнего финансирования это просто невозможно. При этом ни ЕС, ни отдельные страны-доноры, включая Швецию, не готовы взять на себя обязательства по оплате данной сделки. Отсюда – маниакальное стремление Стокгольма использовать для оплаты Gripen для Украины замороженные в Европе российские активы. Но реализовать эту мошенническую схему пока не получается.
Не менее важное обстоятельство – производственные возможности производителя самолетов, шведского концерна Saab. Новейшая модификация Gripen E остается малосерийным самолетом. Темпы выпуска ограничены, портфель заказов невелик, выполнение контракта на 100-150 самолетов (как было заявлено в шведско-украинском меморандуме) потребует многолетних усилий по расширению мощностей и перераспределению приоритетов. Это удлиняет сроки и повышает стоимость производства.
Если учитывать сложности внедрения одновременно двух типов истребителей, то параллельный интерес Киева к французским машинам также снижает шансы шведов получить столь заветный контракт. К этому добавляется также зависимость Gripen от американских (в частности, двигатели) и британских компонентов. Все эти факторы позволяют классифицировать декларацию о намерениях по Gripen скорее как политический сигнал Стокгольма о готовности поддерживать режим Владимира Зеленского до бесконечности, нежели чем детально проработанные договоренности о шведском участии в модернизации украинских ВВС.
– Шведские правоохранители 21 декабря 2025 года поднялись на борт российского контейнеровоза "Адлер", вставшего на якорь у берегов Хёганеса из-за неисправности, и без объяснений провели обыск, причинив ущерб грузу. При этом потом судну разрешили покинуть шведские воды. Удалось ли получить от шведской стороны какие-либо объяснения произошедшего? Насколько это был прецедентный случай? Препятствуют ли как-то еще шведские власти передвижению российских судов?
– Действительно, ситуация с российским сухогрузом "Адлер" вызвала много вопросов к шведским властям по существу их действий, которые, по состоянию на сегодняшний день, Стокгольм так и оставил без ответа.
Напомню хронологию событий: 20 декабря 2025 года на судне произошла поломка двигателя. Капитан судна получил официальное разрешение шведских властей встать на якорь на рейде порта Хёганес. По завершении ремонтных работ вечером того же дня судно возобновило движение, однако внезапно получило указание береговой охраны Швеции вернуться на рейд. После этого утром 21 декабря 2025 года представители таможенной службы, береговой охраны, а также, как заявляют шведские официальные лица, службы госбезопасности поднялись на борт для инспекции груза. По сообщениям шведских СМИ, формальным основанием для этих действий послужило то обстоятельство, что владельцы судна якобы входят в антироссийский санкционный список ЕС. В ходе досмотра было вскрыто несколько опломбированных контейнеров, однако ничего подозрительного или запрещенного найти не удалось. Тем не менее, под разными предлогами – от оформления документов до необходимости проведения повторных проверок – судно продержали в порту практически до 11 часов вечера того же дня.
Судя по всему, результаты проверки находились у прокурора Национального управления по борьбе с международной организованной преступностью, который должен был принять решение об освобождении "Адлера" или возбуждении уголовного дела. Все это время шведы весьма дозированно и предельно лаконично отвечали на запросы посольства относительно развития ситуации вокруг сухогруза.
С момента получения информации о задержании судна сотрудники нашего консульского отдела находились на постоянной связи с его капитаном, работали с таможней, службой береговой охраны, пограничной полицией и МИД Швеции. Естественно, велось тесное взаимодействие с департаментом Ситуационно-кризисного центра МИД России.
Пролив Зунд (Эресунн), на берегу которого расположен порт Хёганес, – уникальное место. С точки зрения морского права, он является международным проливом, однако его акватория поделена между Данией и Швецией, которые рассматривают соответствующие участки в качестве своих территориальных вод. Таким образом, режим правового регулирования судоходства в проливе представляет из себя хрупкий баланс между нормами морского права и национального законодательства. Швеция полагает, что это обстоятельство дает ей возможность при определенных условиях применять свою юрисдикцию в отношении проходящих здесь судов.
Однако безусловный приоритет над национальным законодательством имеют нормы международного права, в данном случае – определяющий режим балтийских проливов Копенгагенский трактат 1857 года. В соответствии с этим документом Швеция обязана обеспечивать мирный проход судов через пролив на недискриминационной основе. В случае аварии судно по согласованию со шведскими властями может зайти в один из портов пролива для устранения поломки. При этом таможня и береговая служба Швеции могут провести досмотр, если у них есть обоснованные подозрения, что проход не является мирным. Препятствовать же мирному проходу через пролив шведские власти не имеют права.
Российский сухогруз "Адлер" не подвергался досмотру во время ремонта двигателя. Как отмечалось выше, вечером 20 декабря 2025 года он возобновил движение, однако получил указание вернуться на рейд, после чего начались досмотровые процедуры и многочасовое ожидание решения прокурора. Считаю, что такая ситуация должна рассматриваться как нарушение Копенгагенского трактата.
К тому же очевидно, что имел место дискриминационный подход, так как основной причиной задержания и досмотра "Адлера" стало именно российское происхождение судна. Налицо злоупотребление правом в отношении гражданского коммерческого судна, осуществлявшего мирный проход, с использованием аварийной ситуации в качестве предлога для проверки. Косвенно данный факт признал и шведский прокурор, заявивший газете "Экспрессен" об отсутствии оснований для дальнейшей задержки или ареста "Адлера". В этой связи официальный представитель МИД России Мария Владимировна Захарова совершенно справедливо указала на факт нарушения международного права.
Пока задержание "Адлера" остается единственным случаем такого рода с российскими судами в проливе Зунд (Эресунн). В случае повторения подобных ситуаций неминуемо встанет вопрос о мерах, которые необходимо будет предпринимать для обеспечения законных прав и интересов российских моряков, судовладельцев и их клиентов в балтийских проливах.
– Как в Швеции относятся к ситуации с Гренландией? Вице-премьер королевства Эбба Буш даже высказывала опасения, что Швеция станет следующей целью США после датского острова. Есть ли у Стокгольма основания для таких опасений? Не вытесняет ли эта тема риторику о российской угрозе?
– Датско-американский спор вокруг Гренландии, действительно, – одна из самых актуальных на сегодняшний день новостных тем в Швеции. Это не удивительно. Шведы и датчане – скандинавы, которые принадлежат к единой североевропейской общности и традиционно поддерживают друг друга. Но у нынешней ситуации особый колорит: второй стороной этого спора являются США, на которые Стокгольм в значительной степени ориентируется в своей внешней политике.
Перспективы и потенциальные риски шведско-американских отношений предоставил бы комментировать дипломатам этих двух стран. Для нас же очевидно другое: ситуация с Гренландией вызвала в шведском обществе дискуссию о необходимости усиливать "европейский компонент" НАТО, развивать собственную оборонную промышленность, формируя тем самым противовес Вашингтону, национальные интересы которого, как оказалось, могут быть разнонаправленными по отношению к интересам Европы.
Что касается мифов о так называемой "российской угрозе", то надеяться на информационное замещение этой темы публикациями о Гренландии не приходится. О чем бы ни писали шведские СМИ, практически любой сюжет они готовы развернуть против нашей страны.
– Военно-воздушные силы Швеции намерены оснастить истребители Gripen дальнобойными ракетами Taurus до 2028 года. Как Россия относится к такой модернизации шведских ВВС? Какие еще шаги предпринимает королевство по наращиванию своего военного потенциала? Доходы производителей вооружений стремительно растут на фоне взятого европейскими странами курса на милитаризацию. Какую роль в этом играет Швеция и ее ВПК?
– В Швеции происходит глубокая и многоплановая модернизация вооруженных сил форсированными темпами. Утвержденная шведским парламентом программа "тотальной обороны" на 2025-2030 годы предусматривает кратный рост оборонных расходов, инвестиции в принципиально новые для шведов типы вооружений, а также серьезные структурные изменения национальной армии. Анонсированы увеличение численности призывников, переход к более крупным военным соединениям.
На новый уровень выходит шведский военный флот. С учетом объявленных планов закупки четырех фрегатов можно говорить о том, что военное командование Швеции стремится существенно расширить его возможности: помимо обороны прибрежных зон в Балтийском море, закладывается принципиальная возможность проведения операций в других регионах.
При этом в Швеции даже не находят нужным скрывать, что все эти инициативы направлены против России.
Очевидно, что от такого военно-политического разворота Швеции больше всех выигрывает шведский военно-промышленный комплекс и, особенно, его флагман – концерн Saab. Речь идет не просто о возрастании числа заказов, а о закреплении компании в роли якоря всей военно-промышленной базы страны. Saab доминирует либо так или иначе встроен в цепочки поставок чуть ли не всего спектра заказываемых Стокгольмом вооружений и оборудования – от авиации и подводного флота до средств управления и киберзащиты. Интеграция Стокгольма в НАТО способствует также росту экспортных доходов концерна. Высокие экономические показатели Saab способствуют росту влияния оборонного сектора на шведскую экономику в целом. Как следствие, возможное мирное урегулирование украинского конфликта или же резкая смена курса правительства становятся невыгодными для шведских экономоператоров, так или иначе "завязанных" на оборонные контракты.
– Активизирует ли Швеция свое участие в национальных учениях и учениях НАТО? Как бы вы могли прокомментировать военные приготовления королевства на острове Готланд?
– После вступления в Североатлантический альянс (7 марта 2024 года) количество проводимых шведами национальных учений и маневров под эгидой НАТО с участием шведских военнослужащих неуклонно растет. Военно-тренировочные мероприятия альянса, имеющие ярко выраженную антироссийскую направленность, идут при активном участии Стокгольма в Балтийском и Североевропейском регионах, что называется, сплошной чередой. Во время всех этих учений отрабатывается один и тот же сценарий – военный конфликт с нашей страной. В этом смысле Готланд также не является исключением. Под предлогом его "особой стратегической важности" для обеспечения безопасности Швеции и Балтики в целом продолжается милитаризация острова. Вдобавок к этому буквально совсем недавно оппозиция обратилась с призывом к правительству разместить на Готланде многонациональный воинский контингент, усилить присутствие армейских подразделений, укрепить систему ПВО/ПРО, а также создать там амфибийно-десантный батальон. И все это для противодействия мнимой "российской угрозе". Провокационные шаги Швеции, создающие потенциальную угрозу безопасности России, не только не способствуют нормализации двусторонних отношений между нашими странами, но и вынуждают нас учитывать все это в нашем военно-политическом планировании.
– Газета Times сообщала, что Швеция обсуждает возможность создания собственного ядерного оружия, однако эксперты ставят под сомнение достаточность ресурсов королевства для такого проекта. Ведутся ли такие дискуссии и на каком уровне?
– Тема ядерного оружия обсуждается здесь в последнее время, однако пока эта дискуссия ведется исключительно на принципиальном уровне. Контекст тот же, что и в споре вокруг Гренландии: могут ли европейские союзники по НАТО по-прежнему доверять США, в данном случае – полагаться на их "ядерный зонтик", или же Европе следует обзавестись собственным ядерным потенциалом? Не далее, как в конце января этого года премьер-министр Швеции Ульф Кристерссон, в частности, сообщил, что Стокгольм участвует в обсуждении данной темы в рамках НАТО, в том числе с Великобританией и Францией.
Вплоть до начала 1970-х годов Швеция имела свою ядерную программу, однако отказалась от нее в связи с подписанием Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). После чего шведы многие десятилетия имели реноме ярых борцов за ядерное разоружение и нераспространение. Они были даже в числе инициаторов идеи о полном запрещении ядерного оружия. С учетом этого нынешняя смена тональности, конечно, кажется поразительной. С другой стороны, удивляться, собственно, нечему: свой выбор шведы сделали, вступив в 2024 года в НАТО и отказавшись тем самым от 200-летней традиции нейтралитета. Так что сейчас они вынуждены скоропостижно пересматривать свои подходы по целому блоку вопросов.
– Российские загранучреждения в Швеции регулярно подвергаются нападениям с использованием дронов. Сколько таких случаев было в 2025 году? Как местная полиция реагирует на происходящее и как они это комментируют? На каком этапе находится расследование правоохранителей, и установлены ли виновные?
– В 2025 году зафиксировано более 20 атак с использованием дронов против российской дипломатической миссии в Швеции. Злоумышленников не остановило даже то, что с середины прошлого года над территорией и осольства, и торгпредства России в Стокгольме шведскими властями была установлена бесполетная зона для БПЛА. Полиция Швеции наши заявки по факту инцидентов исправно фиксирует, однако дальше этого дело не идет. Виновные так и не найдены. Секрет их неуловимости состоит, видимо, в том, что поймать их никто, похоже, даже не пытается. Подобные факты ставят под вопрос приверженность Швеции Венской конвенции о дипломатических сношениях 1961 года в части обеспечения принимающей стороной неприкосновенности иностранных миссий.
– Как посольство работает в столь непростой обстановке? Были ли эпизоды давления или попыток вербовки со стороны местных спецслужб? Скажите, не предпринимают ли местные власти попыток отобрать землю у посольства России?
– Давление, которое оказывает сейчас на Россию коллективный Запад, беспрецедентно. Нас пытаются принудить отказаться от независимой внешней политики, защиты наших национальных интересов, права на уважение культурного суверенитета и исторической памяти.
В такой ситуации поневоле вспоминается высказывание выдающегося российского дипломата, министра иностранных дел Александра Михайловича Горчакова: "Дипломатия – это искусство возможного". Для нас эта цитата из учебников по дипломатии стала практическим "руководством к действию". Мы продолжаем работать даже тогда, когда под угрозой подача тепла не только в здание дипмиссии, но и в жилой комплекс и школу, не говоря уже о сложностях с предоставлением других базовых коммунальных услуг, телефонной и интернет-связи, о регулярных сбросах краски с дронов и так далее. Одним словом, нам стараются создать неблагоприятные условия – и для работы, и для повседневной жизни.
Помимо житейского аспекта, данная ситуация имеет еще одно, весьма важное измерение. Дело в том, что страны Запада как бы отложили в сторону, что называется, до лучших времен, основополагающий международный документ, регулирующий работу дипмиссий по всему миру, – уже упомянутую Венскую конвенцию о дипломатических сношениях 1961 года, которая обязывает принимающее государство обеспечивать достойные условия для функционирования аккредитованных там зарубежных диппредставительств.
Только вдумайтесь: 1961 год – самый разгар холодной войны, в геополитическом плане не менее, наверное, сложный период, чем то, что мы наблюдаем сейчас. Но даже тогда дипломатия не становилась ареной для боев без правил. А сейчас Запад беззастенчиво прикрывает свои действия нелегитимными антироссийскими санкциями, самим же им введенными, отдавая им безусловный приоритет над общепризнанными международно-правовыми механизмами. Мы все это видим и хорошо понимаем. Понимаем и то, ради чего и кого работаем вдали от дома.
У нас популярна песня про хоккей, в которой есть слова: "В хоккей играют настоящие мужчины, трус не играет в хоккей". На российской дипломатической службе сегодня – не только мужчины. И среди дипломатов, и среди административно-технического состава немало женщин. Например, в посольстве России в Швеции примерно половина дипломатического состава – женщины. Но ни трусов, ни людей со слабыми нервами точно нет.
