Трамп спешит остановить войну на Украине до лета, когда ему придется заниматься выборами в Конгресс при сильном падении рейтингов. Поэтому он предлагает компромисс по самому сложному территориальному вопросу — создание свободной экономической зоны

Источник фото: wikipedia.org
Самым сложным вопросом в переговорном процессе по Украине, как известно, является вопрос территориальный. Россия, согласно договоренностям в Анкоридже, ставит одно единственное условие для прекращения огня, после чего могут быть проведены дальнейшие шаги по долгосрочному урегулированию, — вывод ВСУ из Донбасса. Официально озвученная позиция Россия звучит так: либо Киев выводит войска с указанных территорий (в остальных местах «реалии на земле» или «стоим, где стоим»), либо ВС РФ через время возьмет их силой и условия прекращения огня изменятся.
Власти же Украины считают, что темпы продвижения ВС РФ таковы, что спешить с принятием непопулярного решения (нацисты и оппозиция Зеленскому в Раде обязательно назовут это капитуляцией) незачем. Нужно торговаться и тянуть время до выборов в американский Конгресс в ноябре этого года. Трамп, понимая, что у него осталось совсем не много времени до момента, когда он, вероятно, потеряет контроль над Конгрессом, стремится ускорить переговорный процесс и решить все до лета.
В качестве компромисса по территориям он предлагает создать на остатках Донбасса, по сути, в славянско-краматорской агломерации, свободную экономическую зону (СЭЗ). Намеки на это звучали и раньше, но теперь Зеленский сам подтвердил, что вариант обсуждается. Правда, по его словам, он не нравится обеим сторонам конфликта.
«Ни россияне, ни мы не заинтересованы в создании свободной экономической зоны как буфера на востоке Донбасса. У нас разные взгляды на это. В обсуждениях о том, кто будет контролировать эту буферную зону, США должны уточнить свою позицию. Если это наша территория, а это наша территория, то страна, чья это территория, должна ею управлять», — сказал Зеленский.
Ясно, что каждая из сторон хочет управлять СЭЗ, то есть осуществлять в ее пределах свой суверенитет. В этом и загвоздка. В то же время, именно тот факт, что решение одинаково не нравится обеим сторонам, говорит о том, что это реалистичный компромисс.
СЭЗ в мире много и обычно это просто зоны с упрощенным налогообложением и льготами для инвестирования и торговли внутри государства. То есть на СЭЗ распространяется действие всех органов власти (полиции, спецслужб, судов и т.д.) государства. Так, например, существует британский Гибралтар. ДНР и ЛНР, по сути, должны были стать СЭЗ в рамках Минских соглашений. Формально в составе Украины, но с особым юридическим статусом и со своей милицией. Сейчас такой вариант не подходит, но какой подходит?
Интересный опыт есть у Китая. Речь, конечно, о Гонконге и Макао.
Переходная, находящаяся в процессе построения социализма, китайская экономическая система на Гонконг не распространилась. Гонконг не имеет права вести самостоятельную внешнеполитическую деятельность, но может посылать своих представителей на мероприятия МВФ, ВОЗ и других международных организаций, а также самостоятельно заключать внешнеторговые сделки. Налоги в Пекин не уходят, а остаются на месте. Валюта — отдельная, гонконгский доллар. Наряду с кантонским и китайским языками, официальным языком признан английский.
До 2020 года у Гонконга была и независимая структура по поддержанию порядка и внутренней безопасности. Китайские спецслужбы не действовали. Формально они не действуют и после 2020 года, но контроль и подотчетность уже существуют. Правоохранительную деятельность осуществляло исключительно местное Бюро безопасности. В основе — полиция Гонконга. До 1995 года, перед передачей территории Китаю, в ней существовало созданное британцами Специальное отделение по разведке и контрразведке. Естественно, его распустили. Помимо полиции в структуре Бюро безопасности есть Иммиграционный департамент, Департамент таможни и акцизов и Независимая комиссия против коррупции. До 2020 года в Гонконге вообще не было закона о национальной безопасности.
Макао с материковым Китаем более интегрирован и закон о национальной безопасности там есть с 2009 года, но тоже собственный. В структуре соответствующих органов главным является Комитет по защите национальной безопасности, председателем которого назначается руководитель исполнительно власти Макао. Есть Судебная полиция, которая расследует преступления против нацбезопасности. В его составе: Отдел разведки национальной безопасности, Отдел по расследованию преступлений против нацбезопасности, Отдел кибербезопасности, Отдел раннего предупреждения и расследования террористических преступлений. Есть полиция, которая занимается иммиграционным контролем и поддержанием порядка на улицах. Есть таможенная служба. В 2021 году в Комитет по защите национальной безопасности Макао прислали советников с материка, но напрямую Пекином этот орган все-равно не управляется.
В случае Донбасса целиком опыт Гонконга и Макао, конечно, неприменим. Главное отличие в том, что Гонконг и Макао для всех являются частью Китая. Для нашей ситуации больше подходит такой вид СЭЗ, как международная или трансграничная. В теории она создается на пограничных территориях двух или большего количества стран, где есть культурно-историческое единство и сильные экономические связи. На так называемой «естественной экономической территории». Донбасс — именно такая территория, через которую проходит пограничная связь между двумя культурами. Примеры трансграничных СЭЗ есть. Скажем, зона развития Большого Меконга, в которую входят пять стран Юго-Восточной Азии и две китайские провинции. Что-то подобное пытались осуществить еще с 90?х годов Китай, Россия, Южная Корея, КНДР и Монголия в районе реки Туманган, но из-за разных политических событий проект полноценно так и не реализовался. Несмотря на то, что для управления зоной Тумангана была создана международная Консультативная комиссия из представителей экономических министерств, все же полный суверенитет над территориями СЭЗ, входящими в состав разных государств, осуществляли сами государства. А это значит, что текущий опыт трансграничных СЭЗ для Донбасса в нынешней ситуации тоже применим лишь частично и нужен совершенно инновационный подход.
Да, большая часть мира Донбасс признает частью Украины, но не признает сторона конфликта — Россия, включившая эти территории в свою Конституцию. Не учитывать это на переговорах невозможно. Тем не менее, опыт функционирования независимых органов безопасности интересен, поскольку Россия не согласится на присутствие СБУ, а Украина — на присутствие ФСБ. Все понимают, что и те, и другие по факту в этих органах присутствовать будут (вспомним то же МГБ ДНР), но с этим ничего не поделать. Если и те, и другие, то возникает равновесие и с этим можно как-то жить. Тем более, что достаточно будет и полиции, отдельные спецслужбы совершенно не нужны.
В СЭЗ на Донбассе могут действовать два гражданства, минимум два языка, особая специально подготовленная и идеологически сбалансированная школьная программа, и право, основанное на конвенциях ООН. Там не будет действовать законодательство, карающее за «преступления против национальной безопасности» за неимением национального государства, безопасность которого можно попрать. Там будут обращаться и рубль, и гривна (а может быть, для упрощения инвестиций и доллар). Все местные власти будут избираться исключительно жителями региона. В СЭЗ может работать миссия Международного Комитета Красного Креста. Могут даже работать представительства уполномоченных по правам человека России и Украины, поскольку в СЭЗ будут жить граждане обеих стран. И, конечно, никаких войск.
О том, готова ли Россия к варианту СЭЗ, от официальных лиц мы не слышали ничего. Но, если условие прекращение огня — это вывод ВСУ из неподконтрольной РФ части Донбасса, то сложно назвать причину, почему СЭЗ не подходит. Со стороны же Украины мы слышим недовольство Зеленского одновременно с подтверждением того, что вариант предложили американцы и он обсуждается, а также косвенные заявления разных политиков о том, что ради прекращения войны надо идти на компромисс по территориям. Так николаевский губернатор Ким заявил, что «территории важны, но все же люди важнее», а «победа — это просто прекращение войны и гарантии безопасности будущего». Член комитета по нацбезопасности, нардеп Вениславский и вовсе считает, что Украина «измотана» и может потерять государственность, если война вскоре не будет остановлена. «Надо набраться смелости и не повторять ошибок, когда из-за максималистских стремлений УНР мы не сохранили государство. Сейчас главное, чтобы Украина осталась независимым суверенным государством, стала членом Европейского союза и получила гарантии, которые не позволят Путину снова напасть», – сказал он, по сути, повторяя слова Кима.
Возможно, на следующем раунде переговоров (говорят, что он пройдет в США) американцы более детально разъяснят свою позицию по СЭЗ.
Павел Волков, Украина.ру
Почему Макрона потянуло в Москву





































