"Разговоров много, но до дела всё не доходит": Почему до сих пор не заблокировали русский "теневой флот"

Уже больше года в Европе и Украине муссируется тема скорой блокады русского "теневого флота" силами НАТО. Однако реальность пока расходится с громкими заявлениями.

Тема перехвата судов русского "теневого флота" военными кораблями НАТО муссируется уже больше года. Особенно активно ее поднимают в Британии и Украине, а в русских Z-пабликах периодически нагнетают: "сколько можно терпеть", "красные линии стали коричневыми". В СМИ то и дело объявляют, что вопрос "почти решен", но реальность выглядит иначе.

Никакой полноценной блокады до сих пор нет. Все суда, которые задерживали европейцы, в итоге отпускали — включая танкер, с помпой перехваченный французами накануне выступления Зеленского в Давосе. Исключение составляют только захваты американцами, но они касаются судов, нарушивших блокаду Венесуэлы. Остальной русский флот США пока не трогают.

Фото: Коллаж Царьград

Согласно международному праву, захват гражданских судов в международных водах запрещен, если они не занимаются пиратством, работорговлей или не идут без флага. Более того, если блокирование судоходства в порты определенной страны приобретает системный характер, это, согласно пункту "с" статьи 3 Конвенции ООН об определении агрессии, приравнивается к акту вооруженной агрессии. Это дает государству право на защиту всеми доступными средствами. Для обоснования жесткого ответа перед мировым сообществом это куда более весомый аргумент, чем, например, "противодействие вступлению Украины в НАТО".

Для России блокада судоходства — экзистенциальная угроза. И реакция, если она начнется не на словах, а на деле, будет жесткой. В свежем интервью советник президента Николай Патрушев прямо заявил: отсутствие ответа может привести к блокированию доступа России к Атлантике. Первыми последуют правовые и дипломатические меры, но если урегулировать ситуацию мирно не удастся — в дело вступит Военно-морской флот.

Логика вероятных действий России: ноты протеста, затем удары по блокирующим кораблям НАТО, а если это не подействует — ракетные удары по объектам в Европе. Однако возможности нанести критический урон альянсу и защитить все торговые пути ограничены: почти вся боеспособная армия задействована на Украине. Ответные удары НАТО могут стать крайне болезненными, не говоря уже об угрозе на суше (например, наступление на Калининград).

В этой ситуации велик риск, что конфликт вокруг блокады быстро дойдет до грани применения ядерного оружия — единственного, где у России паритет с НАТО и превосходство над Европой.

Европейцы могут пойти на блокаду только при условии одобрения и военных гарантий со стороны США, чтобы не остаться с Россией один на один в случае ядерного обострения. Но для Штатов приоритет — не допустить прямой войны с нами из-за угрозы эскалации. Пока нет признаков, что эта стратегия изменилась.

Фото: Коллаж Царьград

Таким образом, начало масштабной блокады — это путь, который может быстро привести к ядерной войне. Готовности так рисковать из-за Украины у главной страны НАТО нет. Поэтому, скорее всего, историю с блокадой флота ждет та же судьба, что и другие смелые, но забытые идеи европейцев: ввод войск Макрона или "закрытие неба" над Украиной.

Теоретически Европа может попытаться действовать самостоятельно, без гарантий США, надеясь поставить Вашингтон перед фактом. Например, чтобы сорвать мирные инициативы Трампа. Но риски для Европы в таком случае чрезвычайно высоки. И ранее понимание этих рисков уже не раз останавливало европейцев от резких движений, оставляя их при острых, но пустых заявлениях.