Четыре года войны с врагами Рода Человеческого
Вот уже четыре года наше многострадальное Отечество ведёт очень тяжёлую войну. Для многих, кто был и находится на фронте это – поистине кошмарная война. Либеральные нытики и фарисеи сейчас могут начать ерничать, что любая война кошмарна и ненормальна, но из их уст это не более, чем софистика и демагогия.
На фоне Украинской войны вооружённые конфликты в Афганистане и на Северном Кавказе многие ветераны и войнами полноценными считать отказываются, – скорее затяжными контрпартизанскими операциями. Вот погибла у нас почти целиком 6-я рота псковских десантников у высоты 776 в 2000-м году. Этот тактический просчёт и этот подвиг вся страна переживала очень долго, – не раз возвращалась к тем событиям, снимали документальные и художественные фильмы. Разгром Майкопской бригады при штурме Грозного в новогоднюю ночь 1995 года также очень сильно переживали. А ещё были очень большие единовременные потери в августе 1996 года при захвате боевиками Грозного. Знаю какие, но называть не буду, просто скажу, что в самом деле очень большие.
Не принижая драматизма тех войн, скажу так, – только на СВО я не раз бывал в ротах, которые почти полностью сменили свой состав. Да, прямо как в Великую Отечественную войну. На восстановлении я встречал десятки бойцов, которым посчастливилось выжить по несколько человек, а то и одному из своих подразделений. Да, включая целые роты, которые гибли в полном составе в одном бою. Да что там! Я знаю, как не возвращались целые батальоны… Костромские десантники под Киевом, например. Лично знаю тех, кто пропустил их вперед на штурм одного населённого пункта. Не вернулся никто…
Как артиллерия противника громила в «ноль» целые колонны «Смерчей» и «Ураганов» знаю, в том числе просто потому, что пойманных из числа местных жителей арт-наводчиков особисты отпускали, – они не имели инструкций, что делать, а инициативу проявлять не решались. Их можно понять – мы знаем, как либеральная общественность и потворствующая им правоохранительная система запугали армию и спецслужбы. Я уже не говорю про сожжённые танковые колонны и фактически разгромленные целые танковые армии, про очень чувствительные потери вертолётов (в том числе на аэродромах) и самолётов. Есть даже военлёты, которых сбивали по нескольку раз!
Об ужасах этой войны можно рассказывать почти бесконечно. Она носит всё более и более ожесточённый характер. Особенно, – со стороны противника. Враг огрызается свирепо, вымещает свою злость, врождённую жестокость, природный садизм на пленных, на мирных людях, включая своих граждан. Мне знакомы такие истории, что не то, что кровь стынет в жилах и душа в пятки уходит от жути неслыханной, просто застываешь в изумлении от извращённой фантазии человечей и думаешь, что мысль о сдаче в плен лучше вообще не допускать в своё сознание. С нашей стороны особого ожесточения нет, но выросла степень резкости и решительности, - гораздо меньше стало всяких церемоний и стрельбы в белый свет для проформы и отчётности.
Вот так мы побеждаем, – с огромным трудом, чертовски тяжело одолеваем врага. Но всё-равно одолеваем. «Народ и Армия едины!». «Идёт война народная, священная война». Это не пустые слова, так оно и есть.
