Занятие ВС РФ каждого очередного населенного пункта, контролировавшегося Украиной, мы называем освобождением. Даже если этот населенный пункт находится за пределами официально принятых в состав России территорий. Это красиво и благородно, но есть нюансы
Фото: Кирилл Чуботин / Keystone Press Agency / Global Look Press
Во-первых, говоря об освобождении, мы незаметно для себя самих принимаем определенные обязательства в отношении данных территорий. Несмотря на то, что мы не указываем конкретный формат освобождения и не уточным имеем ли мы в виду освобождение территорий Русского мира от оккупировавшей их Украины или освобождение граждан Украины от нацистской власти, мы уже не можем без ущерба для собственной репутации вернуть эти территории под власть нацистского режима – даже те территории, которые Россия не включит в свой состав (если по итогу военной кампании таковые останутся). Вариант возвращения (по договору) под власть нынешнего киевского режима освобожденных территорий будет выглядеть как возврат Гитлеру контроля над освобожденной Польшей или Чехословакией – вроде бы не свое, не жалко и вообще «сами виноваты», но некрасиво.
Во-вторых, если согласиться, что вариант возврата территорий Киеву невозможен, то надо признать, что мы освобождаем не какие-то украинские территории, от неправильного украинского режима в пользу правильного, но территории, принадлежавшие Русскому миру и временно им утраченные. Это, в свою очередь требует от нас найти где-то на Украине Русский мир или вновь его там вырастить.
Найти на Украине живой Русский мир будет крайне сложно. Отдельных русских людей – пожалуйста, наверное, даже миллионы найдутся тех, кто никогда не расставался с русскостью или решил быстро в нее вернуться. Не исключено, что найдутся и группы русских людей, в том числе и те, кто организовались для борьбы с нацистским режимом и вели такую борьбу. А вот Русский мир, как система ценностей, охватывающая большую часть населения украинских территорий там давно отсутствует.
Чтобы было понятнее, в Германии в 1933–1945 году были антифашисты и даже их достаточно разветвленные группы, а вот мощного антифашистского движения, способного претендовать на власть, даже с внешней поддержкой, не было. Именно поэтому и в западных областях («тризонии»), и в советской зоне оккупации, после принятия решения о воссоздании суверенной государственности и выводе оккупационных администраций, в немалом количестве привлекались на службу чиновники прошлого режима, в том числе состоявшие в НСДАП. Обязательным требованием было лишь их личное неучастие в военных преступлениях и преступлениях против человечности. Тоталитарный режим за 12 лет настолько глубоко проник в ткань общества и настолько зачистил общество от своих оппонентов, что найти людей абсолютно с ним не связанных, все двенадцать лет против него боровшихся и при этом живых было крайне трудно, их с трудом хватало на самый верхний эшелон управления и то не всегда.
С февральского, 2014 года, нацистского переворота в Киеве прошло 12 лет. За это время местный режим показал себя не менее зверским, чем гитлеровский, в чем-то даже более, так как нацистский режим в Германии, несмотря на эмоциональный характер Гитлера, был ограничен немецкими прагматизмом и законопослушностью. Для ликвидации любого врага рейха (коммуниста, еврея, социал-демократа, католика), тем более для массовых ликвидаций, требовалось принятие соответствующих законодательных или исполнительных актов, с точным указанием параметров ликвидируемых, их количества, мест ликвидации, ответственных за доставку и т. д. Подчеркиваю, что все это должно было опираться на соответствующие законы. Именно это помогло Шиндлеру наладить свои караваны спасения обреченных, продавив через прагматичную немецкую бюрократию идею, что чем просто убить еврея, лучше его продать союзникам. Немецкие чиновники мыслили примерно так: начальство желает очистить территорию рейха от евреев, так их на территории рейха и не будет, а деньги на дороге не валяются.
Украинский характер весь построен на эмоциях. Собственно, исходя из прагматичных соображений русские и не могли бы провозгласить себя украинцами, только эмоциональная вера, в свою избранность двигала этими людьми, вселяла в них уверенность в светлом украинском будущем. Поэтому на Украине никакой «список Шиндлера» невозможен. За взятку можно вывести и одного, и десяток, и, наверное, даже сотню человек. Но не на основании согласия системы, а вопреки системе, которая согласна за взятки нарушать собственные законы, но не менять законы ради получения большей выгоды. Уничтожение Русского мира считается приоритетным по сравнению с любой материальной выгодой.
Преследование представителей Русского мира, как врагов украинского народа, носило и носит на Украине не упорядоченный, хаотичный характер, что только увеличивает риск для открыто говорящих о своих симпатиях к России людей. Государство может их проигнорировать, но убьют, как убили Бузину и многих других, инициативные «активисты», которых государство потом простит как «социально близких». С государством можно играть в прятки, не нарушая закон формально, но держа «фигу в кармане», но когда вокруг тебя тысячи глаз и ушей, когда донести может сосед или даже родственник (и ладно донести, может и убийство твое организовать), сохранять открытую идейную принадлежность к Русскому миру практически невозможно. Поэтому при наличии большого количества русских или неокончательно обукраинившихся людей, Русский мир, как система на Украине отсутствует. У них нет ни горизонтальных связей, ни объединяющей идеи, ни организационной структуры, они атомизированы и даже не знают много их или мало.
Кроме того, так же как при Польше, когда в XV-XVII веках первой бросилась окатоличиваться русская аристократия, наиболее широко и полно украинизация конца ХХ века затронула интеллигенцию. В поля, на заводы, в рыболовецкие артели она добралась через полтора десятка лет, а вот интеллигенция уже в начале 90?х усвоила, что для написания научных работ, продвижения на госслужбе, работы в СМИ и в бюджетных организациях, получения государственных грантов на творческое развитие украинизация поначалу была желательна, а затем и необходима.
Распад Русского мира на Украине, как водится начался с лидеров общественного мнения, потенциальных точек сборки любого сопротивления. К моменту ющенковского оранжевого майдана 2004-05 годов, дело уже было сделано. Так называемые пророссийские силы на Украине еще были в большинстве, но организационно и идейно противостоять украинизаторам не могли – большая часть средней интеллигентской прослойки была уже украинизирована. Уцелевшие лидеры потеряли связь с народом – украинизацией было выбито связующее звено, развернувшее оголтелую украинскую проевропейскую пропаганду.
Особенно ярко этот момент проявился после объявления Ющенко о создании украинского «Мистецького Арсеналу» («Художественного Арсенала» или, как вариант перевода «Арсенала искусств»). Он тогда заявил, что создается украинский Лувр, украинский Прадо, украинский Британский музей. Я думал, что образованные люди его засмеют как минимум по двум причинам:
1. Все перечисленные музеи, помимо того, что они французские, испанские, британские, являются глубоко интернациональными, как интернационален «Эрмитаж» в Санкт-Петербурге. То есть их задача, знакомить население страны с мировым искусством, ради поднятия общего культурного уровня граждан государства, которые потом, возможно, ознакомившись с чужими шедеврами, создадут свои. Ющенковская же концепция предполагала создание музея, который будет знакомить мир с национальным украинским искусством, доказывая первичность «украинской цивилизации» во всем. Но «Третьяковская галерея» не случайно появилась на два столетия позже коллекций русских императоров, из которых вырос «Эрмитаж». Чтобы появилась своя школа искусств, надо было вначале узнать и освоить чужое.
2. Музей – не здание. Здания, в которых он живет, могут меняться. Музей – прежде всего коллекция. Музей создается вокруг коллекции, а не коллекция вокруг музея. Тот же «Эрмитаж», как частная коллекция основан в 1764 году, когда русские императоры уже полвека собирали произведения искусства по всему миру, а как музей для публики он и вовсе был открыт в 1852 году. Ибо всему свое время – даже абсолютные монархи не пытались создать такую тонкую структуру как музей с сегодня на завтра. Для создания настоящего музея требуются минимум годы, чаще десятилетия, иногда столетия. А тут – голые стены, страна, живущая в долг, которая не то, что купить что-то за границей, свои музейные фонды упорядочить не может, и нате вам, завтра будет «Украинский Лувр и Прадо» в одном лице.
Русскоязычная, но уже украинская (украинизированная) интеллигенция, не то, что не смеялась над Ющенко, не осуждала его, она визжала и плакала от восторга: у них будет собственный Лувр, а они живые кандидаты в Леонардо да Винчи.
Мне не приходилось слышать, чтобы в России «Эрмитаж» называли русским Лувром, а в Пруссии Сан-Суси, прусским Шенбрунном. Хоть понятно, что более поздние дворцы ориентировались на более ранние образцы. Тот же Версаль имел предшественника в виде реконструированного во второй половине XVI века замка Фонтенбло, превращенного в воздушный летний дворец французских королей в то время, когда главная королевская резиденция – замок Лувр еще оставался унылой крепостью в центре Парижа. Каждая коллекция, хранящаяся в таком дворце, является национальным достоянием, но интернациональна по определению.
Задачей же ющенковского новодела было показать всем, что Украина не Россия, а Европа. В этом он превзошел себя и сумел показать всем, что Украина – и не Россия, и не Европа. «Мистецький Арсенал» действительно стал символом Украины – стены есть, а смысла нет. Украинизация уничтожила на Украине Русский мир, но не создала мир украинский: пустые стены, пустая казна, пустые черепа и дикая злобы на всех за свою не сложившуюся жизнь, за не пришедшее «европейское счастье».
Вот именно этого, «не мышонка, не лягушку, а неведому зверушку» и освобождает сейчас от нацизма русская армия. Учитывая сколько представителей местной популяции сбежало в Европу и сколько еще сбежит, сколько уже погибло и сколько еще погибнет, мы уже не освободим Русский мир от пожравшей его украинщины, мы освободим земли Русского мира от захватившей их чужой цивилизации (или скорее пародии на цивилизацию) для возрождения на них цивилизации Русского мира. Это не простая задача, но если нам удастся правильно определить цели, порядок их достижения и правильно начать, то уже наши дети смогут передать нашим внукам Русский мир единый и неделимый на «братские народы», которые так и норовят объяснить всем, что не только не братья, но даже не однофамильцы.
Ростислав Ищенко, Украина.ру
Жизнь на освобожденных территориях 29 марта (обновляется)
