Дочь погибшего героя СВО "по закону" лишают жилья

У девочки-подростка, чей отец отдал жизнь, выполняя воинский долг в зоне боевых действий России на Украине, пытаются отнять единственное жильё в Подмосковье.

В Подмосковье разворачивается шокирующая история, полная цинизма, где у дочери участника СВО, потерявшей отца, пытаются отобрать единственное жилье. Судебная система, кажется, уступает этому давлению, а юристы лишь констатируют, что "закон на их стороне".

Александр К. из Долгопрудного, главный инженер на местном предприятии, некогда жил благополучно. У него была стабильная работа, любящая жена Ольга, занимавшаяся бьюти-бизнесом, и долгожданная дочь Саша. Несмотря на ипотеку, их небольшая квартира была собственным домом.

Фото: Александр К. Фото предоставлено Царьграду семьёй погибшего

Ситуация резко изменилась в 2019 году, когда Александр потерял работу. Не желая сдаваться, он решил открыть своё дело. В поисках финансирования обратился в компанию "Мосбанкир", обещавшую кредиты под невероятно низкий процент – 6,9% годовых, в то время как обычные банковские ставки значительно выше.

К началу 2022 года "Мосбанкир" практически прекратил активную деятельность, его выручка упала на 96%, а год был завершен с убытками. По всей видимости, финансовые потоки шли не через саму компанию, а напрямую к семье Маловых, управлявшей "Мосбанкиром". Компания служила лишь "фасадом" и местом первичного контакта, в то время как ключевые сделки заключались через подставных лиц, чтобы обойти законодательное регулирование.

Семья Маловых, как показывают многочисленные судебные разбирательства, использовала простую схему. При малейшей просрочке платежей, обусловленной высокими ставками и штрафами, они обращались в суд. Их целью становилась недвижимость, которая либо взыскивалась, либо переходила в собственность кредитора по соглашению об отступном. Становится ясно, что их истинный интерес заключался не в процентах, а в самой недвижимости.

В случае Александра, когда он искал заем, выяснилось, что деньги ему предоставит Вера Малова, мать учредителя "Мосбанкира". Ставка оказалась гораздо выше заявленной – 24% годовых. Несмотря на это, Александр, нуждаясь в средствах, подписал три договора: на займ в 3,3 миллиона рублей с огромными неустойками, договор об ипотеке под эту квартиру и соглашение об отступном, которое позволяло Маловой получить квартиру даже при трехкратной просрочке платежей в течение года.

Подобная схема, где "Мосбанкир" выступает лишь прикрытием, а реальные сделки и полученная недвижимость связаны с семьей Маловых, судя по всему, не является единичной. После выселения бывших владельцев квартиры превращаются в инвестиционный актив.

Несмотря на волну негатива в интернете относительно деятельности "Мосбанкира", схема действовала безотказно. К сожалению, бизнес Александра вскоре потерпел крах, и он отчаянно пытался погасить задолженность. Работая на различных должностях – охранником, таксистом, рабочим – он, тем не менее, допустил несколько просрочек платежей. Семья Маловых, привычно обратившись в суд, столкнулась с затягиванием процесса из-за явного нарушения прав несовершеннолетнего ребёнка. Более того, в апреле 2021 года Долгопрудненский городской суд отклонил исковые требования матери Станислава Малова, Веры.

Коллаж Царьграда

В 2024 году 53-летний Александр заключил контракт с Министерством обороны. Отец семейства регулярно отправлял родным фотографии, иногда звонил, заверяя, что все будет хорошо. На фронтовых снимках он всегда улыбался. Незадолго до своего 54-летия, в апреле 2025 года, Александр погиб. Его жена Ольга рассказала Царьграду, что так и не смогла выяснить точные обстоятельства его гибели, получив лишь сухую справку из военкомата о гибели под обстрелом.

Это стало настоящим ударом для вдовы мужчины и дочери, рассказала Ольга. Похороны отца оказали угнетающее воздействие на девочку, она постоянно плакала, не могла поверить, что отец больше не вернётся. Едва семья начала приходить в себя от скорби, как их настигло новое испытание. Поскольку дочь вступила в права наследования, вместе с ними на нее "перешли" и долги отца. Маловы потребовали с подростка астрономическую сумму – свыше 100 млн рублей, к которой добавились проценты и неустойки за каждый день просрочки. Истцы, осознавая всю тяжесть ситуации для семьи, лишившейся кормильца, тем не менее, не остановились.

Суд удовлетворил требования кредиторов. Однако, по решению Фемиды, Саша должна заплатить Маловым не 100 млн, а 11,5 млн рублей, иначе ей придётся расстаться с единственной квартирой. Правда, иск не был удовлетворён полностью, но долг отца предписано взыскать с девочки вместе с процентами, а квартиру выставить на торги, указав меньшую сумму.

Адвокат Александры и её матери Дарья Колотова объяснила, что Маловы воспользовались юридическим нюансом. Вскоре после начала СВО президент России Владимир Путин подписал указ об автоматическом аннулировании долгов военнослужащих, погибших во время боевых действий. Однако данный закон распространялся только на кредиты, полученные от банков и микрофинансовых организаций. В случае займа у физического лица эта мера не действовала, что и привело к новым требованиям Маловых к дочери погибшего Александра.

Коллаж Царьграда

По словам адвоката, сама сделка вызывает сомнения, так как Малов фактически занимается ростовщичеством, выдавая займы под огромные проценты без соответствующей лицензии. Это отличает его деятельность от обычного займа у знакомых. Маловы поставили эту схему на поток, о чём свидетельствует внушительная судебная база – за последние годы у них накопилось 20 подобных выигранных дел.

Ольга признаётся, что сейчас живет в постоянном напряжении. До последнего времени она старалась не втягивать в судебные тяжбы травмированного ребенка, но, поскольку долг требуют взыскать именно с дочери Александра, девочке приходится присутствовать на судах. "Саша не может понять, почему так происходит: ее отец отдал жизнь за Родину, а теперь их пытаются выселить из квартиры, где она родилась и выросла. Если заберут квартиру, жить будет попросту негде. Разве что снимать, но в Долгопрудном это 50 тыс. рублей в месяц, а где их взять?

Получить комментарии от Станислава Малова и его матери Веры Маловой не удалось – они "недоступны". Ольга сообщила, что Станислав связывался с ней лишь однажды, предложив "чудесную" сделку: она продает квартиру по рыночной стоимости, отдает ему 75%, а остальное оставляет себе с дочерью. Даже на суде не удается увидеть кредиторов – на заседания приходит их адвокат. По словам Дарьи Колотовой, в одном из разговоров Станислав на вопрос о "моральной стороне вопроса" ответил: "Это просто мой бизнес".

Отмечается, что семья погибшего бойца СВО – не единственная, ставшая жертвой "Мосбанкира". Договоры заключались преимущественно с физическими лицами, в частности, с Маловым Станиславом Сергеевичем и Маловой Верой Закировной. По словам адвоката, они специализировались на займах под залог недвижимости, предоставляя 3-5 млн рублей под 23-25% годовых. Так, Александру был выдан заём в 3,3 млн рублей под 24%. Условия были жесткими: несвоевременная выплата процентов вела к потере залоговой квартиры. По оценкам Царьграда, в судах Московского региона находится около 14 аналогичных дел, связанных с выселением людей из жилья, что напоминает действия "чёрных риелторов". В большинстве случаев суды вставали на сторону Маловых, несмотря на очевидную несправедливость.

Приводится пример семьи Вартанян, которую выселили с тремя несовершеннолетними детьми. Квартира перешла матери Станислава Малова, Вере Маловой, по соглашению об "отступном", причем это произошло в 2024 году, уже после закрытия фирмы "Мосбанкир". Наличие несовершеннолетних детей, по мнению суда, не стало препятствием. Всего подобных дел – больше дюжины, и все они рассматриваются "именем Российской Федерации".

По данным Царьграда, битва за квартиру дочери героя СВО ещё не окончена. Прокуратура запросила характеристики на семью в школе и опеке, чтобы проверить законность сделки. Александр заключал договор без привлечения и оповещения опеки, несмотря на наличие зарегистрированного в жилье ребенка. Адвокат подала апелляцию в Мособлсуд. Важен не только прецедент отмены решения в пользу дочери погибшего воина, но и запрос общества на справедливость, который, по мнению адвоката, был нарушен.