МОСКВА, 25 апр — РИА Новости. Весной 1986-го мир содрогнулся от аварии на Чернобыльской АЭС. Спустя 40 лет эта трагедия все еще обрастает мифами, скрывающими главный риск тех дней. Предотвратить его могли только трое инженеров, согласившихся на спуск в радиоактивный ад.
Как сложились судьбы участников "миссии смертников" и почему реальность оказалась удивительнее легенд?
Когда реактор не остановился
Неподалеку от украинского города Припять 26 апреля 1986-го в 1:23 на 4-м энергоблоке Чернобыльской АЭС прогремел взрыв. Рутинный технический тест обернулся глобальной катастрофой: резкий скачок мощности разрушил реактор, выбросив в атмосферу радиоактивное облако.Пока пожарные ценой своих жизней тушили огонь на крыше машзала, в самом сердце разрушенного блока продолжались скрытые процессы. Когда открытое пламя сбили, стало ясно: расплавленное ядерное топливо внутри реактора не остывает.
Раскаленная радиоактивная лава — кориум — образовалась из 185 тонн плавящегося ядерного топлива. С температурой выше 1200 градусов эта смертоносная масса методично прожигала бетонные перекрытия, опускаясь все ниже. Прямо под ней, за толстой плитой фундамента, находились барботажные бассейны с тоннами воды.
Угроза, которую не показали миру
Советские специалисты быстро просчитали сценарий катастрофы. Если бы кориум прожег преграду, контакт раскаленного состава с водой вызвал бы мощнейший паровой взрыв, способный уничтожить всю станцию.
Группа ликвидаторов готовится выйти на крышу реактора Чернобыльской АЭС после катастрофы
Радиоактивное заражение охватит территорию, на которой невозможно будет жить столетиями. Киев, расположенный всего в 130 километрах южнее, окажется в эпицентре поражения. Облако смерти накроет Европу — от Польши до Франции, от Скандинавии до Балкан.
Было только одно решение: слить воду из бассейнов до того, как к ним доберется лава. Но задвижки, которые перекрывали резервуары, находились в подвале под реактором, куда не проникал свет. Никто не знал точно, какой там уровень радиации. Но все понимали: тот, кто туда спустится, скорее всего, не вернется.
Трое добровольцев
Через неделю после взрыва, 4 мая 1986-го, трое инженеров атомной станции вызвались выполнить эту миссию.Алексей Ананенко, 26-летний инженер-механик, знал расположение задвижек лучше всех — он сам участвовал в строительстве станции. Валерий Беспалов, 28-летний старший инженер, был его напарником. Борис Баранов, 45-летний начальник смены, вызвался сопровождать их.
Мужчины облачились в гидрокостюмы — они не защищали от радиации, но спасали от ледяной воды, скопившейся в подвалах. Чтобы точнее фиксировать дозу облучения, дозиметры крепили не только на грудь, но и на лодыжки — основной источник опасности находился в радиоактивном иле на самом дне.
Миссия в кромешной темноте
Подвал превратился в лабиринт затопленных коридоров. Вода доходила до груди. Ананенко вел группу по памяти, пробираясь через завалы и обломки. Время шло. Каждая секунда в этом аду сокращала их шансы выжить.Наконец они нашли задвижки. Ананенко и Беспалов начали откручивать вентили, стравливая воду из резервуаров. Баранов светил им, помогая не сбиться в кромешной тьме. Работали быстро, молча, пока задвижки не поддались.
Алексей Михайлович Ананенко и Борис Александрович Баранов
Героическая смерть... или не совсем?
Когда они поднялись наверх, дозиметры показывали запредельные значения. Европа в тот момент даже не подозревала, от какой катастрофы ее только что спасли.Долгие годы по миру гуляла легенда: три смельчака скончались от лучевой болезни спустя несколько дней. Реальность оказалась иной: да, все трое получили огромные дозы облучения и проходили тяжелое лечение, но выжили.
Борис Баранов проработал на станции еще много лет и ушел из жизни лишь в 2005-м от сердечного приступа. Судьба инженеров Алексея Ананенко и Валерия Беспалова — еще одно чудо Чернобыля. По данным СМИ, на 2024 год оба героя были живы.
Спустя десятилетия Ананенко так объяснял свой поступок: "Я и не думал тогда, что это может кончиться смертью. Меня отправили просто потому, что я знал, как там все устроено. Послать кого-то другого было невозможно! И конечно, в такой ситуации я не мог сказать нет. Иначе зачем вообще держать на должности инженера человека, который в решающий момент откажется выполнять свою работу?"
