Конечным итогом управляемой эскалации на Ближнем Востоке являются высокие цены на нефть. Дальше американцы попытаются взять под контроль побережье, им нужен Ормузский пролив. Посмотрим, что у них получится, но они слишком самоуверенные. Что касается цен на нефть, то они будут расти до 140-150 долларов за баррель.
Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал эксперт по финансовым рынкам, аналитик компании "Золотой монетный дом", автор многочисленных публикаций по перспективам мировой экономики Дмитрий Голубовский.
- Дмитрий Олегович, нынешнюю ситуацию на Ближнем Востоке можно описать известным лозунгом "ни войны, ни мира". При этом Трамп утверждает, что если американская морская блокада Ирана продолжится, то через три дня на его нефтехранилища произойдут взрывы. Как это скажется на нефтяных рынках и на главном потребителе иранской нефти Китае?
- Китай благодаря запасам нефти может продержаться еще примерно 300 дней. После этого ему будет очень больно. Исходя из этой логики больно будет всем, в том числе Европе. Поэтому я сделал вывод, что блокада пролива и была целью США.
Сначала был расчет на то, что после убийства лидера в Иране придет к власти новое руководство и с ним можно будет договориться и взять под контроль нефть после чего предъявят ультиматум Китаю. Не получилось. Тогда проливы заблокировали под другим предлогом. Поэтому все разговоры Трампа о том, что проливы надо разблокировать, это дымовая завеса. США как экспортеру углеводородов выгодно, чтобы проливы оставались заблокированными. Если я прав, то переговоры ведутся для вида.
Ирану это тоже выгодно, но до определенной степени. Иран уже заработал на торговли нефтью столько, сколько он не зарабатывал никогда. США позволяли это делать, пока сосредоточивали флот в регионе.
Смогут ли американцы уничтожить трубопроводы? Думаю, да. Очередной раунд эскалации будет. Но Трампу тоже большой шок для нефтяного рынка не нужен. У него и так бензин будет стоить скоро 4 доллара за галлон. Но и против этого есть очень простое - тарифы на вывоз нефти, которые сразу опустят внутренние цены в Америке. И еще больше задерут цены в Европе.
Конечным итогом этой управляемой эскалации являются высокие цены на нефть. Дальше будет подготовка к наземной операции. Американцы попытаются взять под контроль побережье, им нужен Ормузский пролив. Посмотрим, что у них получится, но они слишком самоуверенные. Что касается цен на нефть, то они будут расти до 140-150 долларов за баррель.
- Утверждается, что долгосрочное продолжение войны не в наших интересах. Видимо, тут имеется в виду геополитическая составляющая, а не прибыли от торговли энергоносителями. Когда произойдет откат и мы станем терпеть убытки?
- В последнее время, государственные интересы сильно разошлись с государственной политикой. Я не очень хорошо понимаю стремление России увеличивать экспорт энергоносителей в Европу. Но Европа против нас собирает армию. Германия переводит экономику на военные рельсы. Вы хотите, чтобы из вашей нефти делали солярку для немецких танков?
Это крайне близорукая политика. С точки зрения выгод российских корпораций все очень хорошо, но эти выгоды не будут долгими. Нефть 150 долларов за баррель — это рецессия под конец года. Это то, что подкосит Китай. Какой-никакой, но добрый сосед, союзником его сложно назвать. Это подкосит и Индию. Это пока еще независимый и важный игрок в мировой политике.
Высокие цены на нефть — это высокие инфляционные ожидания. И в Соединенных Штатах тоже. Значит, это высокие доходности. Федеральный резерв там не особо будет снижать ставку. Даже если будет, это не повлияет на стоимость длинных кредитов. Пузырь на американском рынке схлопнется и добавит негатива на глобальный финансовый рынок.
Если же цены на нефть вырастут вдвое, то китайский импорт тоже подорожает, просто потому что Китай, в котором наступит стагфляция, тоже будет поднимать цену. В итоге наш тактический выигрыш исчезнет к концу года. Хотя сейчас он залатает бюджетные дыры.
А с чем мы останемся, если Иран будет вырублен? Это очень важный торговый коридор на юг. Торговать с Индией и Азиатско-Тихоокеанским регионом исключительно через дальневосточные порты сложно – не хватит логистики. Во-вторых, Иран — это доброжелательная к нам страна, которая оказала военную военно-техническую поддержку в украинском конфликте.
Если же мы объединимся с Ираном и Индией, то эта геополитическая конструкция может уравновешивать Китай и Евросоюз по весу рынка. На карте мира она будет перегораживать всю Евразию от Ледовитого до Индийского океана. Индия сейчас метит на место Китая, у нее еще все впереди. И Иран – это доступ к локомотиву следующего цикла развития. После глобальной рецессии главным развивающимся рынком планеты будет Индия, потому что рынок Китая уже вырос. Иран — это мост туда. Если он будет снесен, в этом для нас не будет ничего хорошего, поэтому Иран надо поддерживать.
Из Ирана можно сделать хорошую стратегическую засаду для Америки. В Ормузском проливе можно было бы потопить американский флот. Устроить ему "Цусиму", поставив хорошие корабельные ракеты, потому что весь "дух Анкориджа" уже выветрился. Давайте смотреть фактам в лицо. Разведданные Украине поставляются, для нас "Старлинк" закрыли, а для ВСУ он работает. От этого на фронте у нас большие проблемы. То, что США деньги и оружие не дают Украине, — это минимальное благоразумие американцев, чтобы уж совсем не быть такими, как при Байдене. Сейчас все это делает Европа. Но Америка ведет против нас войну. Поэтому если Иран враг США, мы должны его поддерживать. Его поражение это удар по нашим интересам.
Мы бы могли найти, на чем сэкономить, например, на субсидиях застройщикам, но помочь Ирану выжить. Пусть даже цены на нефть бы при этом не были такими высокими. Это лучше, чем на беде Иран зарабатывать, но потом остаться без союзника или без доброго соседа.
Представьте, если американцам ценой больших потерь удастся поставить в Тегеране свою власть. Мы тогда получим Америку на Каспии с выходом в Среднюю Азию.
- Европейцы, несмотря на проблемы в экономике и энергетике, наскребли средства для 90-миллиардного кредита Украине.
- Можно напечатать сколько угодно денег, но нельзя напечатать их материальное обеспечение. У меня не было сомнений в том, что кредит будет выдан. Тут возникает большой вопрос. Условие выделения этого кредита был запуск нефтепровода "Дружба, который перекрыл Зеленский. Но почему мы не выдвинули ультиматум прекратить поставки по "Дружбе", если кредит будет одобрен?
- Нефтяной сектор нуждается в доходах.
- По сравнению со всем платежным балансом России поставки венграм и словакам невелики. Мы не используем преимущества, которые у нас есть, в том числе и энергетические, во внешней политике. Корпоративная политика оторвалась от государственной. У нас корпорации зарабатывают на войне, а государство само от войны теряет. Самое ценное, что оно теряет, это люди.
Деньги на кредит для Украины не дадут словаки, болгары, австрийцы. Венгры тоже, потому что там преемственность политики сохраняется даже после выборов. Взвалить на себя это бремя может Германия, у нее хватит для этого кредитного потенциала. Она выпустит свои собственные долговые бумаги и возьмет с рынка эти деньги и отдаст их Брюсселю. Потому что те, кто правит сейчас в Германии, настроены на конфронтацию с нами, причем действительно всерьез.
Немцы эти деньги потеряют, но это инвестиции в войну. Антироссийская часть Евросоюза исходит из очень простой максимы: Украина должна умирать, пока Европа вооружается. Даже дедлайн установлен: потенциальный конфликт с Россией должен начаться в 2030 году. Причем они поняли, что США за них не заступятся.
Современная Германия — это враждебное нам государство. Поэтому они решили восстановить боеспособность, чтобы иметь возможность, как минимум защищаться (хотя мы им никогда не угрожали), а как максимум вести наступательную войну. И до этого времени наши силы должны быть скованы украинским конфликтом, который они финансируют.
- Как они в своих фантазиях представляют себе устройство послевоенного мира, если думают, что смогут победить Россию?
- Ясно, что они видят страну, которая будет платить репарации и отдавать кредиты, выданные Украине. Что касается судьбы самой России, то всегда найдутся люди, которые выдвинут идею раздела страны по этноконфессиональному признаку. В результате поражения Российская Федерация прекратит свое существование. Но об этом каждый человек, который переживает за свое Отечество, должен запретить себе даже думать. Потому что в случае поражения нашей страны не станет. На месте России возникнет Евразийская Африка. То есть на месте одного большого государства, объединенного исторической традицией и общим смыслом появится лоскутное одеяло не самодостаточных государств. Так что надо понимать за что мы воюем.
Европейцы сейчас сами не хотят с нами торговать. Они отказываются от поставок российских энергоносителей, прекрасно понимая, что если начнется военный конфликт, этих поставок не будет. Они себя приучают к энергодефициту.
Также на эту тему - Ростислав Ищенко: Европа готовится к войне с Россией, пока Украина довоевывает остатками ее арсеналов
