Удары по промышленным объектам в глубине территории России и уничтожение живой силы — командующий Сил беспилотных систем Украины (СБС) Роберт "Мадяр" Бровди описал в интервью BBC нынешние приоритеты украинской индустрии дронов.
Новый министр обороны Украины Федоров сразу поставил перед ВСУ задачу убивать не менее 30 тысяч российских военнослужащих. По словам Бровди, от СБС требуют наносить не менее 30% ударов именно по живой силе. Другой приоритет это НПЗ и порты, атаки на которые Бровди обещает сделать еще более интенсивными.
Обратите внимание в приоритетах Федорова нет квадратных километров и населенных пунктов. Там в качестве главных целей — наши солдаты и наша экономика.
По подсчетам Мадяра, один доллар, вложенный в украинские дроны, конвертируется примерно в сто долларов убытков российских войск. Можно, конечно, ему не верить, но ущерб нашим промышленным объектам мы видим сами. Ставка на дроны оправдывает себя и в военном, и в экономическом смысле, а с приходом на должность министра обороны Федорова СБС получили новые импульсы к развитию.
Украинские СМИ пишут, что поставки дронов-перехватчиков в ВСУ в этом году выросли вдвое. Украина также интенсивно внедряет в войска роботизированные платформы. Количество подразделений, использующих их, выросло с 67 в ноябре прошлого года до 167 в марте нынешнего.
Украина находится среди мировых лидеров и в сфере внедрения ИИ в управление дронами. В частности, автоматического захвата цели на финальном этапе полета. Это позволяет дрону поразить объект даже после потери связи с оператором из-за работы РЭБ и в условиях полного отключения мобильной связи. О том, что украинские беспилотники долетают до самого глубокого тыла России, говорить, думаю, уже излишне.
Война сейчас идет не только на поле боя — там мы видим следствие. Главное сражение сейчас идёт за первенство в гонке вооружений: связь, управление, дроны, РЭБ. И есть по меньшей мере две сферы, в которых украинская индустрия дронов имеет превосходство над Россией.
Победа спрятана в конструкторских решениях, новых наработках, стоимости изделий. Они должны быть эффективными, простыми и дешёвыми. Бровди не случайно привел расчеты экономической эффективности своего подразделения. Это очень важный критерий, который и в России нужно поставить во главу угла. По открытым оценкам, украинский зенитный дронперехватчик стоит примерно 2 тыс. долларов, а одна ракета ЗРПК «Панцирь» порядка 20 тыс. долларов. Выводы делайте сами.
Второе и самое главное преимущество украинских СБС — это система управления. Украина создала гибкую, децентрализованную экосистему дронов, от производства до стадии поставок на фронт. Ей противостоит российская бюрократическая вертикаль, способная замучать даже самых терпеливых и патриотично настроенных конструкторов.
О платформах Brave1 и Dotchain я уже писал не раз. Любой оператор дронов на Украине в режиме реального времени может заказать на этих военных маркетплейсах именно тот беспилотник, который ему нужен. И получит его в кратчайшие сроки. Без десятков согласований и утверждений начальства.
Эта децентрализация и горизонтальные связи и есть основное преимущество Украины. Она позволила интегрировать в украинскую военную отрасль тысячи стартапов и IT-специалистов, создать частные ПВО. Потому и адаптируются украинские СБС к меняющейся ситуации на фронтах очень быстро.
Не так важно, насколько продвинулась линия фронта. Одну или две деревни освободили сегодня наши войска. Важнее победа в гонке вооружений. Победим в гонке вооружений — автоматически победим и на поле боя. Получим не часть, а всю Украину или ту часть, которую захотим.
Именно на этом надо сосредоточить все усилия. А пока мы не победим в гонке вооружений, солдат лучше поберечь. Одним селом больше или меньше, значения не имеет.
