Атак по городам России и расположенным в них промышленных предприятиям всё больше, а кардинальных перемен в головах наших людей так и не происходит. В первую очередь в головах чиновников. В прямом эфире Царьграда прозвучала причина. Андрей Пинчук уверен, что дело в гантельной структуре с олигархатом и элитой, когда у каждого нашего министра есть покровитель. Впрочем, не только у министра.
Постоянные воздушные тревоги и отключения мобильного интернета, удары по спальным районам и объектам нефтегазовой инфраструктуры… И Украину почему-то до сих пор не могут признать террористическим государством. В истинных причинах этого попытались разобраться доктор политических наук, первый министр госбезопасности ДНР, политический обозреватель Царьграда Андрей Пинчук и депутат Госдумы, доктор экономических наук, ведущий программы "Итоги дна" Михаил Делягин.
"Лишь бы не попасть в цель"
Разговор начался с обсуждения одной из самых актуальных проблем – защиты наших городов и предприятий от дронов. Михаил Делягин обратил внимание на Telegram-канал "Чадаев". Предположительно, его ведёт Алексей Чадаев – организатор производства дронов на оптоволокне. Депутат отметил, что этот человек, как и те, кто модернизируют "Герань", до сих пор почему-то не являются Героями Труда.
На мой взгляд, это исчерпывающая характеристика не промышленной, а всей оборонной политики Российской Федерации,
– произнёс парламентарий.
Фото: Царьград
Он обратился к наблюдениям автора этого канала. В постах отмечается, что за четыре с лишним года войны Россия достигла больших успехов в разработке как разведывательных, так и ударных дронов. Однако практически никто до сих пор не занимается антидроновой борьбой.
Причина одна: у фронтовых беспилотников есть постоянный заказчик – Минобороны, а у антидронных решений такого заказчика за все эти годы так и не образовалось,
– сказано в одном из сообщений.
Чадаев или человек, который прикрывается его именем, отмечает: очевидно, что главным заказчиком таких решений должно было бы стать Министерство обороны, ведь именно по его подразделениям вражеские дроны прилетают чаще всего. Производители же БПЛА думали, что заказчиками станут владельцы тех или иных объектов. Только те сами ждут защиты от других. Впрочем, тут возникает вопрос полномочий: права этим людям на самозащиту никто не давал, констатировал ведущий "Первого русского".
Он привёл ещё несколько тезисов:
- "Профильной силовой структуры, ответственной за прикрытие тыловых объектов, до сих пор нет".
- "Нет полигонов для мобильных огневых групп. Нет условий для их обучения. Нет аналитической группы, которая бы собирала информацию об уже случившихся атаках и разбирала их ход".
- "Нам нужен отдельный хозяин противовоздушной обороны со всеми полномочиями, который организует процесс".
Андрей Пинчук рассказал, что с предполагаемым автором этих умозаключений знаком. Они успели поделиться взглядами в октябре прошлого года, когда генерал армии Балуевский вручал обоим премии за вклад в военную науку. Алексей Чадаев – человек неравнодушный, действительно болеет за общее дело и, самое главное, вполне компетентно понимает обстановку, считает гость студии. Затем он проанализировал процитированное собеседником.
Всё дело в цели
Тут систему [антидроновой защиты] нужно оценивать с точки зрения конечного целеполагания. Какова цель? Если у тебя есть цель выгодно купить, выгодно продать, то система организована отлично. И критика Чадаева в таком случае необоснованная, потому что он критикует ровно ту систему, которая создавалась под определённую задачу,
– рассуждает Пинчук.
Может быть другая цель: отчитаться, сформировать правильные отчёты, дать уважаемым людям наладить систему поставок. Но если же есть цель защитить территорию страны от дронов противника, то ты перед собой будешь ставить две макроцели.
Коллаж Царьграда
Первая – обеспечить достаточный уровень защищённости территории. Вторая макроцель – нанести противнику тот ущерб, который не позволяет ему бить по тебе. И это вполне логично. Как защищается территория? Вот тут-то и стоит вернуться к тому, о чём Михаил Делягин говорил ранее.
Я хочу в алгоритме объяснить, как построена логика ведомств. Вы говорите, Минобороны. Оно воюет в зоне специальной военной операции, на передовой. Оно говорит: "Страна большая, к каждому заводику солдатика не приставишь". Поэтому функция Минобороны – это воевать с врагом на фронтире,
– объяснил первый министр госбезопасности ДНР.
Внутри государства есть множество разных структур. Например, МЧС, Росгвардия и так далее. Антидроновой защитой они должны заниматься? Но в Росгвардии справедливо могут сказать так: "Подождите, это же агрессор внешний. Иностранное государство направляет эти все дроны. Для того чтобы бороться с внешним агрессором, создано специализированное ведомство". У спецслужб есть свой аргумент: они созданы для того, чтобы бороться с террористами, для точечной оперативной работы.
"Что ж ты так себя ведёшь?"
Из этого вытекает и проблема целеполагания нашей системы. У нас сфера личной ответственности не интегрируется в сферу государственного управления, констатировал Андрей Пинчук.
У нас система ПВО малого неба отсутствует. Никто не знает, где она,
– отметил он.
Гость программы обратил внимание на опыт противника. На Украине создан специализированный род войск – анти-ПВО, анти-БПЛА. Не ПВО противоракетная, как в России, а противодроновая. Основным средством поражения является большая линейка тех же ударных дронов.
У нас знаете, как ударные дроны используются из-за того, что законодательство и ответственность чиновников не подстраиваются под объективные вызовы? Из-за того, что нельзя использовать, например, взрывчатые вещества на ударных дронах? На ударные дроны, которые должны поражать ракеты и дроны противника привязывают… фейерверки!
– сообщил Пинчук.
Коллаж Царьграда
По его мнению, это издевательство над здравым смыслом, по логике чиновника – отсутствие нарушения норм и правил.
Первый министр госбезопасности ДНР признался: очень долго верил, что у чиновника есть выбор между тем, чтобы поступить хорошо и поступить плохо. И даже призывал отдельных чиновников поступать хорошо. Но только эти чиновники не являются "посланцами с неба". Это люди с дифференцированным социальным положением.
Чаще всего в основном неглупые люди. Когда разговариваешь с ними неформально, они вполне себе адекватные – сопереживают, сочувствуют. Но когда ты им задаёшь вопрос: "Что ж ты, сволочь, так себя ведёшь?", он говорит: "Так я здесь шестерёнка. Я такая шестерёнка, которая, если буду крутиться не в ту сторону, остальные шестерёнки вообще замрут. А если не замрут, то меня просто раз – и вытолкнут. И я не та шестерёнка, которая весь этот механизм может как-то изменить",
– произнёс политический обозреватель.
Проблема шестерёнки
Он назвал это очень большой проблемой. В этом механизме крутятся даже очень высокопоставленные чиновники-шестерёнки. Среди них есть и добросовестные. Впрочем, такие далеко не все. У нас есть примеры, когда наказывали за критику, за коррупцию, за нарушение регламентов, но не за неэффективность в отражении агрессии противника. И вот когда автор канала "Чадаев" сокрушается по поводу отсутствия системы антидроновой борьбы, он спускает проблему на нижестоящий уровень, сделал вывод Пинчук.
Элементы системы работают по закономерным принципам или не работают вообще. Любая третья форма деятельности – это оппортунизм, это что-то, сбивающее ритм остальных шестерёнок. Даже если это будет в интересах населения, каких-то объектов и прочее,
– сделал акцент собеседник Михаила Делягина.
Из России делают колонию
Ведущий не мог обойти свою профильную тему – тему экономики. И она очень тесно связана с тем, о чём шёл разговор ранее.
Обратите внимание, у нас же вся налоговая система ориентирована на закрепление России в положении экономической колонии! Нефтяной манёвр, разработанный и реализованный господином Силуановым ещё в 2018-м, был принят. Он предусматривает, что экспорт сырой нефти полностью освобождается от фискального бремени, а вся фискальная нагрузка перекладывается на переработку нефти внутри страны. И нефтеперерабатывающие заводы благодаря господину Силуанову и его титаническим последовательным усилиям превращены из центра прибыли в центр убытков,
– произнёс Делягин.
Он сделал закономерный вывод: для какой-нибудь средней нефтяной компании защищать нефтеперерабатывающий завод противоестественно, потому что это потеря денег. Соответственно, для той части либеральной бюрократии, которая рассматривает этот НПЗ как излишний. Он даёт работу и налоги, обеспечивает переработку сырья, вместо того чтобы отдать это сырьё "господам".
Коллаж Царьграда
Андрей Пинчук продолжил мысль. На чём зарабатывают сейчас в сфере промышленности, особенно инновационные предприятия? На создании товаров? Нет. На поставках и стройках, закупках оборудования, на инжиниринге, липовых инновациях, НИОКРах, ведь подо всё это государство дало денег.
А промышленное производство со всеми сложностями, нюансами создаёт слишком большое количество рисков и слишком малую маржу по сравнению с предыдущими этапами,
– отметил политический обозреватель.
Глава Центробанка Эльвира Набиуллина осуществляет структурную перестройку финансовыми инструментами, как бы подавляя предприятия, которые что-то обрабатывают и поэтому имеют меньшую рентабельность, чем финансовые спекуляции, заявил Делягин.
В эфире был назван и третий актор, делающий из России колонию. Это киевский режим. Он осуществляет структурную перестройку российской экономики террористическими инструментами.
В общем-то это получается, по сути дела, неосознанно, но с точки зрения результата они делают почти одно дело,
– заключил ведущий программы.
Фото: Царьград
Итальянские забастовки и гантельные структуры
Как оказалось, не в одних лишь чиновниках-шестерёнках дело. Дело ещё и в людях, которые в этих самых чиновниках давно разуверились, поэтому отрабатывают по регламенту. Причём речь идёт о сотрудниках как в рабочих робах, так и в гражданских костюмах, и даже о людях в погонах.
Понимаете, мы очень рассчитывали и до сих пор рассчитываем, что СВО перейдёт из состояния "У меня хоть трава не расти, я своё дело сделал, а вы там как хотите, так и живите". По сути, в России происходит "итальянская забастовка". Но нам крайне необходимо выйти из состояния этой "итальянской забастовки" в состояние общего блага.
В головах выйти. И, в первую очередь, в головах чиновников, в головах элиты. Потому что у нас чиновник – он же не живёт сам по себе. Вы прекрасно знаете, что у чиновника гантельная структура с олигархатом и элитками, которые его окружают. У нас у каждого министра есть покровитель. У нас у каждого уважаемого важного деятеля есть кто-то, с кем он "гантелит" где-то в кулуарах. Так вот мы рассчитывали, что именно у этих людей произойдёт некая перезагрузка в новое состояние, в новый лозунг – лозунг общественного блага. К сожалению, мы пока этого не наблюдаем. Вот в чём ключевая проблема,
– подытожил Андрей Пинчук.
