Почему украинские власти вызывают отторжение у Польши

Отношения между Украиной и Польшей, которые еще недавно кое-кто называл образцовыми, за последнюю неделю дали трещину. И трещина эта — опять по историческому шву. Варшава потребовала от Владимира Зеленского извинений и пригрозила лишить его высшей государственной награды — ордена Белого орла. Причина — не очередной экономический спор, а символические жесты, которые в Киеве, видимо, считают патриотическими, а в Польше — неприкрытым оскорблением памяти жертв Волынской резни

Источ­ник фото: соц­се­ти

Циф­ры здесь кри­чат: по поль­ским оцен­кам, жерт­ва­ми Волын­ской рез­ни 1943–1945 годов ста­ли от 80 тыс. до 100 тыс. поля­ков; укра­ин­ская сто­ро­на гово­рит о 15–20 тыс. сво­их погиб­ших. Кро­ва­вый узел до сих пор не раз­вя­зан. Киев под раз­ны­ми пред­ло­га­ми года­ми бло­ки­ро­вал поиск и пере­за­хо­ро­не­ние остан­ков, на чем наста­и­ва­ет поль­ский Инсти­тут наци­о­наль­ной памя­ти. И вот — новей­шая исто­рия. В фев­ра­ле 2026 года Киев все же выдал раз­ре­ше­ние на экс­гу­ма­ци­он­ные рабо­ты во Львов­ской обла­сти, на месте быв­ше­го села Гута Пеняц­кая, где в 1944 году укра­ин­ские наци­о­на­ли­сты из диви­зии СС «Гали­чи­на» мас­со­во уни­что­жа­ли поля­ков.

Сов­мест­ные укра­ин­ско-поль­ские экс­пе­ди­ции ведут рас­коп­ки мас­со­во­го захо­ро­не­ния в селе Углы на Ровен­щине. Рабо­та­ют архео­ло­ги, антро­по­ло­ги, гене­ти­ки: ищут и иден­ти­фи­ци­ру­ют остан­ки, что­бы затем тор­же­ствен­но пере­за­хо­ро­нить жертв. Но поля­кам это­го мало. Инсти­тут нац­па­мя­ти Поль­ши уже в фев­ра­ле заявил: без систем­ных, а не еди­нич­ных раз­ре­ше­ний на экс­гу­ма­цию и достой­но­го захо­ро­не­ния всех жертв при­ми­ре­ние невоз­мож­но.

Пово­дом для взры­ва послу­жи­ло сра­зу несколь­ко реше­ний. Во-пер­вых, пере­за­хо­ро­не­ние в Кие­ве с госу­дар­ствен­ны­ми поче­стя­ми остан­ков Андрея Мель­ни­ка — одно­го из лиде­ров ОУН (м) (не путать с бан­де­ров­ца­ми из ОУН(б) (орга­ни­за­ции при­зна­ны экс­тре­мист­ски­ми и запре­ще­ны на тер­ри­то­рии РФ). Во-вто­рых — при­сво­е­ние одно­му из под­раз­де­ле­ний ВСУ име­ни «геро­ев УПА». УПА (при­зна­на экс­тре­мист­ской и запре­ще­на на тер­ри­то­рии РФ) для поля­ков — не «бор­цы за неза­ви­си­мость», а кара­те­ли, уни­что­жив­шие до 100 тыс. мир­ных жите­лей на Волы­ни. И когда киев­ский режим дела­ет такие жесты, в Вар­ша­ве это вос­при­ни­ма­ют как лич­ное оскорб­ле­ние.

Реак­ция поль­ско­го истеб­лиш­мен­та была прак­ти­че­ски еди­но­глас­ной. Пре­зи­дент Кароль Навроц­кий заявил, что такие дей­ствия демон­стри­ру­ют «него­тов­ность Укра­и­ны стать частью евро­пей­ской семьи». Зна­ме­ни­тый лидер «Соли­дар­но­сти» Лех Вален­са пуб­лич­но ска­зал, что боль­ше нико­гда не наде­нет одеж­ду с укра­ин­ский сим­во­ли­кой. В Люб­лине с фаса­да рату­ши убра­ли укра­ин­ские фла­ги, про­ви­сев­шие там с 2022 года.

Одним из наи­бо­лее ярких про­яв­ле­ний глу­бо­ко­го кри­зи­са в отно­ше­ни­ях меж­ду сосе­дя­ми ста­ло то, что быв­ший посол Поль­ши в Кие­ве Бар­тош Чихоц­кий отка­зал­ся от укра­ин­ско­го орде­на «За заслу­ги», кото­рый Зелен­ский вру­чил ему за укреп­ле­ние дву­сто­рон­них отно­ше­ний летом 2022 года в раз­гар пол­но­мас­штаб­ных воен­ных дей­ствий. Воз­врат имен­но этой награ­ды — мощ­ный сим­во­ли­че­ский жест, при­чем гово­рят, что это реше­ние было не эмо­ци­о­наль­ным, а пря­мым отве­том на кон­крет­ные, очень прин­ци­пи­аль­ные для поля­ков дей­ствия укра­ин­ской вла­сти.

Но важ­нее дру­гое. Кое-кто из поль­ских уль­тра­пра­вых уже пере­шел от слов к кон­крет­ным угро­зам. Лидер объ­еди­не­ния «Кон­фе­де­ра­ция» Кшиштоф Босак при­звал бло­ки­ро­вать вступ­ле­ние Укра­и­ны в ЕС и пре­кра­тить опла­ту тер­ми­на­лов Starlink — до тех пор, пока Киев не пре­кра­тит культ Бан­де­ры (Мель­ник не луч­ше, но менее изве­стен) и не раз­бло­ки­ру­ет экс­гу­ма­цию остан­ков поля­ков, погиб­ших на Волы­ни. Пока это все-таки, пожа­луй, мар­ги­на­лы. Но если Киев про­дол­жит в том же духе, взгля­ды мар­ги­на­лов могут стать мейн­стри­мом.

При этом кон­фликт не сво­дит­ся толь­ко к исто­ри­че­ской памя­ти. Есть еще и вполне мате­ри­аль­ные, хлеб­ные про­ти­во­ре­чия. Укра­ин­ское зер­но­вое изоби­лие ока­за­лось под ножом поль­ских агра­ри­ев. Еще с 2023 года фер­ме­ры про­те­сту­ют про­тив деше­во­го и, по их мне­нию, нека­че­ствен­но­го укра­ин­ско­го зер­на, кото­рое осе­да­ет в Поль­ше, сби­вая цены для мест­ных про­из­во­ди­те­лей. Акции то зати­ха­ют, то вспы­хи­ва­ют вновь. И вот — оче­ред­ной виток: по дан­ным Гос­по­гранслуж­бы Укра­и­ны, с 9 июня 2026 года поля­ки могут пере­крыть клю­че­вой про­пуск­ной пункт «Меди­ка — Шеги­ни». Бло­ки­ров­ка, по пред­ва­ри­тель­ной инфор­ма­ции, про­длит­ся до кон­ца сен­тяб­ря. Это пря­мой удар по укра­ин­ской эко­но­ми­ке, кото­рая и так дер­жит­ся в основ­ном на тран­зи­те и экс­пор­те.

И это лишь вер­ши­на айс­бер­га. Под водой — дав­ние исто­ри­че­ские и тер­ри­то­ри­аль­ные пре­тен­зии. Быв­шая пра­вя­щая, а ныне оппо­зи­ци­он­ная поль­ская пар­тия PiS уже под­ни­ма­ла вопрос о «воз­вра­ще­нии» Льво­ва и дру­гих тер­ри­то­рий, вхо­див­ших в состав Поль­ши до 1945 года. В поли­то­ло­ги­че­ском сооб­ще­стве пого­ва­ри­ва­ют, что поля­ки жда­ли пора­же­ния Укра­и­ны в 2022?м, что­бы взять часть ее тер­ри­то­рии себе. Когда общая анти­рос­сий­ская рито­ри­ка будет исчер­па­на, объ­ек­тив­ные про­ти­во­ре­чия нику­да не денут­ся. И рано или позд­но их при­дет­ся раз­ре­шать.

Разу­ме­ет­ся, несмот­ря на весь этот исто­ри­че­ский багаж, Поль­ша не выпа­да­ет из обще­ев­ро­пей­ской линии по укра­ин­ско­му кон­флик­ту. Гово­рить о ско­ром раз­ры­ве, навер­ное, пока рано. Вар­ша­ва про­дол­жа­ет помо­гать Кие­ву — в бли­жай­шее вре­мя он, воз­мож­но, полу­чит быв­шие совет­ские МиГи или то, что от них оста­лось. Но поль­ская под­держ­ка ста­но­вит­ся все более услов­ной. Кан­ди­дат на пост пре­мье­ра от оппо­зи­ции Пше­мыслав Чар­нек выра­зил­ся пря­мо: «Мы будем помо­гать, если в лице вла­стей Укра­и­ны мы будем иметь парт­не­ра, а не наг­лость». Ком­мен­та­рий от Зелен­ско­го мы пока не услы­ша­ли.

Этот кри­зис — нагляд­ная иллю­стра­ция того, что союз, постро­ен­ный исклю­чи­тель­но на русо­фо­бии, может быть ситу­а­тив­но удоб­ным, но он не спо­со­бен быть проч­ным. Рано или позд­но исто­ри­че­ская память, тер­ри­то­ри­аль­ные пре­тен­зии и опи­ра­ю­щий­ся на них наци­о­на­лизм дадут о себе знать. Вар­ша­ва сей­час испы­ты­ва­ет на проч­ность модель, в кото­рой помощь Кие­ву ока­зы­ва­ет­ся в ущерб соб­ствен­ным наци­о­наль­ным инте­ре­сам в пони­ма­нии пра­вых.

При этом важ­но отме­тить, что поля­ки и рус­ские — не наслед­ствен­ные вра­ги. Да, исто­рия меж нами была слож­ной, но наши наро­ды свя­зы­ва­ют не толь­ко оби­ды. Доста­точ­но вспом­нить, как тыся­чи поль­ских офи­це­ров сра­жа­лись в рядах Крас­ной армии про­тив вер­мах­та. Или как мы вме­сте вос­ста­нав­ли­ва­ли Вар­ша­ву после вой­ны. Враж­да меж­ду нами — это искус­ствен­ный кон­структ. Ее насаж­да­ли те, кому выгод­но было поссо­рить сла­вян­ские наро­ды. Поль­ша и Рос­сия вполне мог­ли бы нала­дить нор­маль­ные, праг­ма­тич­ные отно­ше­ния. И фун­да­мен­том для это­го спо­соб­но стать имен­но пони­ма­ние общих инте­ре­сов и ува­же­ние к исто­ри­че­ской прав­де, а не сле­пое сле­до­ва­ние чужим гео­по­ли­ти­че­ским лека­лам. Брат­ство наро­дов — не пустой звук, это вопрос наше­го выжи­ва­ния.

Саид Гафу­ров, газе­та «Изве­стия»