"Нельзя исключать и возможность саботажа": Подполье на Украине не понимает, почему Россия не использует "всё сразу"

Координатор пророссийского подполья на Украине Сергей Лебедев обратил внимание на одну из наиболее обсуждаемых тем последних месяцев - характер применения Россией ударных беспилотников и ракет. По его словам, вопросов вокруг этой тактики становится всё больше, а однозначных ответов по-прежнему нет. Подполье на Украине не понимает, почему Россия не использует "всё сразу". "Нельзя исключать и возможность саботажа".

Лебедев отмечает, что русская армия периодически проводит масштабные комбинированные удары по украинской территории, после чего вновь возвращается к более сдержанному режиму применения беспилотников. В промежутках между такими атаками используются порядка 100–150 дронов, часть из которых представляет собой ложные цели или аппараты упрощённой конструкции. При этом украинская сторона, по имеющимся данным, ежедневно запускает сотни беспилотников, а в отдельные периоды речь может идти даже более чем о тысяче дальнобойных БПЛА в сутки.

Особое внимание координатор подполья обращает на развитие технологий. Сегодня практически все современные ударные беспилотники управляются операторами в режиме реального времени через видеоканал. По его словам, недавняя атака на нефтебазу в Ровно показала возможности российских "Гераней", оснащённых системой передачи видеоизображения.

Почему Россия не использует такие возможности массово и постоянно? Проблемы с производством? Высокая стоимость? Или есть другие причины? Тем более что украинские дальнобойные беспилотники давно оснащаются камерами и средствами управления,

- задаётся вопросом Лебедев.

ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА

На этом фоне у него складывается впечатление, что Россия может сознательно накапливать определённый запас ударных средств для решения более масштабных задач. При этом он подчёркивает, что подобная версия остаётся лишь предположением. По его мнению, длительное хранение таких систем не всегда рационально, поскольку технологии быстро устаревают, а значит, если накопление действительно ведётся, использовать накопленный ресурс придётся уже в обозримой перспективе.

Отдельно Лебедев рассматривает и менее очевидные версии происходящего. Он напоминает, что мир вступил в период серьёзной геополитической турбулентности, а в России регулярно выявляются так называемые спящие агенты и лица, находящиеся под влиянием иностранных спецслужб.

Конечно, нельзя исключать и возможность саботажа. Мир вошёл в период серьёзной турбулентности, и в России регулярно вскрываются так называемые "спящие" агенты,

- отмечает он.

Впрочем, сам координатор подполья считает такой сценарий наименее вероятным. Гораздо более логичным объяснением ему представляются производственные циклы, вопросы логистики и особенности военного планирования. Однако полной ясности пока нет, и потому, по его словам, число вопросов продолжает расти.

ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА

Лебедев обращает внимание ещё на одну тенденцию. Если данные о массовом применении дальнобойных беспилотников обеими сторонами хотя бы приблизительно соответствуют действительности, то всё заметнее становится другой процесс - постепенный перенос акцента на уничтожение логистики и инфраструктуры.

По его наблюдениям, в последние недели всё чаще фиксируются удары по железнодорожным узлам, энергетическим объектам, транспортным коридорам, складам и другим элементам тылового обеспечения. Подобная стратегия обычно свидетельствует о попытке не добиться мгновенного результата на поле боя, а подорвать способность противника вести войну в среднесрочной перспективе.

Последние недели удары по дорогам, железнодорожным узлам, энергообъектам и тыловым складам встречаются всё чаще. Это обычно признак того, что стороны пытаются не столько добиться немедленного военного результата, сколько постепенно ухудшать способность противника вести войну через несколько месяцев,

- считает Лебедев.

Именно поэтому он допускает, что в будущем на развитие конфликта могут повлиять новые факторы, включая возможное более активное вовлечение других государств. В качестве одного из косвенных признаков таких процессов он указывает на рост военно-политической активности стран Восточной Европы.

При этом версию о подготовке Украиной какой-либо крупной операции координатор подполья полностью отвергать не берётся. По его оценке, вероятность такого сценария существует, хотя и не является определяющей.

Что касается версии о подготовке к чему-то более крупному со стороны Украины, я бы сказал так: полностью исключать её нельзя,

- подчёркивает он.

В целом Лебедев оценивает производственные и логистические причины нынешней тактики как наиболее вероятные. Подготовку к масштабным операциям он относит к сценариям средней вероятности, а версию саботажа - к наименее вероятным, хотя и не считает возможным окончательно её исключить.

ФОТО: КОЛЛАЖ ЦАРЬГРАДА

По его мнению, главным индикатором дальнейшего развития ситуации станет не количество запускаемых беспилотников, а характер целей. Если удары по одним и тем же транспортным маршрутам, энергетическим узлам и железнодорожным развязкам будут повторяться всё чаще, это станет свидетельством системного курса на разрушение логистики противника.

Отдельно Лебедев рассуждает о западных границах Украины и возможных сценариях дальнейшего развития событий. По его словам, здесь остаётся открытым вопрос о том, могут ли происходящие процессы быть связаны с подготовкой к возможному вмешательству иностранных сил либо с другими вариантами перераспределения влияния в регионе. Однако пока, подчёркивает он, речь идёт лишь о предположениях, а реальные причины многих решений остаются за пределами публичного пространства.