Война в Иране показала пределы военной мощи США. Россия расширяет военную инфраструктуру в ответ на усиление НАТО у границ. Украина не сможет ускоренно вступить в ЕС из-за несоответствия требованиям. Собрали всё главное в иноСМИ 20 июня.
США пришлось выходить из войны на цыпочках
Прошло более трёх месяцев с начала американской военной операции против Ирана, и то, что задумывалось как молниеносный разгром, обернулось затяжным конфликтом. Дональд Трамп обещал «безоговорочную капитуляцию» Тегерана и полное уничтожение иранской ядерной программы. Однако, несмотря на колоссальный ущерб инфраструктуре, Иран не только не сдался, но и сумел создать для США и их союзников неприемлемый уровень издержек.
Как отмечают французские военные аналитики, кампания столкнулась с серьёзной недооценкой противника. Иран подготовился к войне заранее: рассредоточил запасы боеприпасов, децентрализовал управление и сделал ставку на дешёвые, но эффективные беспилотники. Последствия не заставили себя ждать. Блокировка Ормузского пролива нанесла серьёзный удар по мировой экономике, а удары по критической инфраструктуре стран Персидского залива и американским радарам продемонстрировали, что у Тегерана есть чем ответить, пишет Le Figaro.

коллаж царьграда
Материальный ущерб Ирана катастрофичен: авиация США уничтожила около 13 тысяч целей. Однако режим сохранил управляемость и способность наносить удары. «Иран сыграл очень грамотно», — признают западные военные. Уже сам факт, что Тегеран выстоял, позволяет ему заявить о моральной победе.
Особого внимания заслуживает и другая сторона вопроса — истощение самих Соединённых Штатов. За три месяца интенсивных бомбардировок Вашингтон израсходовал треть своего арсенала Tomahawk и половину ракет Patriot. На восстановление запасов уйдут месяцы, если не годы. На этом фоне угроза столкновения с Китаем, куда более серьёзным противником, становится для Пентагона ключевым сдерживающим фактором.
Американская военная мощь — не безгранична. Операция «Эпическая ярость», задуманная как демонстрация силы, всё больше напоминает «эпический провал» на фоне обостряющихся внутренних рисков — в том числе предстоящих промежуточных выборов в США. Мир получил наглядное подтверждение: сломить суверенное государство одной лишь авиацией — задача, с которой не справились ни самые современные F-35, ни тысячи крылатых ракет.
Россия даст отпор НАТО
Вступление Финляндии в НАТО стало крупнейшим расширением альянса со времён холодной войны. Граница с Россией удлинилась вдвое — теперь это 1340 километров, за которыми нет ни гор, ни рек, способных затруднить продвижение противника. Финны взяли курс на полную интеграцию: закупка 64 истребителей F-35, совместные учения с силами альянса и, что особенно тревожно, шаги к размещению американского ядерного оружия на своей территории. Всё это не могло остаться без ответа.
И ответ последовал — масштабный и системный. Спутниковые снимки и данные разведки фиксируют: Россия развернула беспрецедентное военное строительство вдоль всей северо-западной границы. Ожидается, что численность русской группировки у рубежей Финляндии вырастет с 20 до 80 тысяч военнослужащих, пишет MWM.

коллаж царьграда
Сердцем новой оборонительной линии становится Карелия. Под Петрозаводском возрождается гарнизон для недавно сформированного 44-го армейского корпуса, а близ Новой Вилги строится первая с нуля русская военная база со времён распада СССР. Активно модернизируются полигон «Кирилловский» и объекты в Кандалакше, Сапёрном и Луге: новые казармы, склады боеприпасов, ангары для техники и ремонтные мастерские.
На севере, в Печенге у границы с Норвегией, также идёт расширение. Там смогут разместить до 17 тысяч военнослужащих — это стратегический рубеж, прикрывающий Кольский полуостров, где базируется Северный флот и значительная часть морского ядерного щита России.
Логистика продумана до мелочей: новые топливозаправочные комплексы, транспортные узлы и склады позволят обеспечивать крупные соединения в автономном режиме длительное время. А авиационные полки, прикрывающие финское направление, как ожидается, первыми получат истребители пятого поколения Су-57 — прямой ответ на размещение у границ F-35.
Финляндия сделала свой выбор, вступив в военный блок. Россия сделала свой — обеспечив надёжное прикрытие северо-западного фланга. За всей этой инфраструктурой стоит ясная логика: закалённые в боях части, современная авиация и выстроенная с нуля система снабжения превратят возможное продвижение НАТО на этом направлении в крайне затратное предприятие.
Украина хочет пролезть в "игольное ушко"
Европейский союз оказался перед выбором, который грозит разорвать его изнутри. С одной стороны — геополитическая необходимость срочно принять Украину в свои ряды, чтобы вытащить её из «серой зоны» между Европой и Россией. С другой — полная неготовность киевского режима к членству: коррупция, отсутствие верховенства права, разрушенная экономика.
Издание Süddeutsche Zeitung констатирует: Украина по степени готовности к ЕС так же далека от Брюсселя, как Юпитер от Земли. Процесс вступления требует реформ беспрецедентного масштаба — и времени. Турция, напомним, ведёт переговоры уже десять лет без видимого результата. Но если в случае с Анкарой время терпит, то с Киевом ситуация иная.

коллаж царьграда
Брюссель лихорадочно ищет выход. Германия и Франция предлагают варианты «ассоциированного членства» или статус наблюдателя — без права голоса и субсидий. Речь идёт об ограничении права вето для новых членов и введении санкционных механизмов на случай нарушения основополагающих принципов ЕС. По сути, европейские лидеры готовы создать для Украины эксклюзивный вход со значительными ограничениями — лишь бы не допустить повторения сценария Венгрии или Польши, где Брюссель годами не может совладать с национальными правительствами.
Проблема в том, что ЕС — это эксклюзивный клуб. Выхода из него нет, а значит, каждое решение о приёме нового члена должно быть выверено досконально. Геополитические аргументы понятны, но, как отмечают эксперты, попытка впихнуть неподготовленного кандидата может обернуться разрушением самого союза. Верблюд если и пролезет в игольное ушко, то лишь ценой разрыва механизма — или полной потери его веса внутри системы.





































