Украина пытается легализовать морской террор

Киев­ский режим тре­бу­ет счи­тать «закон­ной воен­ной целью» всю «под­санк­ци­он­ную» мор­скую тор­гов­лю Рос­сии. В Кие­ве явно осо­зна­ют, поче­му и насколь­ко подоб­ные спе­ку­ля­ции про­ти­во­ре­чат меж­ду­на­род­но­му мор­ско­му пра­ву. В чем же в таком слу­чае насто­я­щий поли­ти­че­ский смысл подоб­но­го рода заяв­ле­ний?

Источ­ник фото: Игорь Онучин/ТАСС

Укра­и­на, как сооб­ща­ет Financial Times, тре­бу­ет от Меж­ду­на­род­ной мор­ской орга­ни­за­ции (IMO) ООН при­знать суда так назы­ва­е­мо­го рос­сий­ско­го тене­во­го фло­та закон­ны­ми воен­ны­ми целя­ми. Ина­че гово­ря – юри­ди­че­ско­го, меж­ду­на­род­но при­знан­но­го оправ­да­ния напа­де­ни­ям на тор­го­вые суда, при­част­ные к мор­ской тор­гов­ле Рос­сии. Вице-пре­мьер Укра­и­ны Алек­сей Куле­ба объ­явил, что такие кораб­ли «не могут счи­тать­ся обыч­ным граж­дан­ским транс­пор­том» и пре­вра­ща­ют­ся в воен­ные объ­ек­ты – посколь­ку «выру­чен­ные от мор­ской тор­гов­ли сред­ства Рос­сия инве­сти­ру­ет в обо­ро­ну и ВПК стра­ны».

Понят­но, что перед нами оче­ред­ная попыт­ка уза­ко­нить мор­ское без­за­ко­ние, кото­рое в послед­нее вре­мя тво­рит Запад по отно­ше­нию к рос­сий­ско­му неф­тя­но­му экс­пор­ту. Но если запад­ные стра­ны про­сто задер­жи­ва­ют тан­ке­ры, то Укра­и­на зани­ма­ет­ся тер­ро­ри­сти­че­ски­ми напа­де­ни­я­ми. И факт тако­го тер­ро­риз­ма при­зна­ет­ся в том чис­ле на уровне ООН – напри­мер, пред­ста­ви­тель Управ­ле­ния вер­хов­но­го комис­са­ра ООН по пра­вам чело­ве­ка Мар­та Урта­до заяв­ля­ла, что ата­ка на рос­сий­ский газо­воз «Арк­тик Мета­газ» явля­ет­ся нару­ше­ни­ем норм меж­ду­на­род­но­го гума­ни­тар­но­го пра­ва.

Для киев­ско­го режи­ма про­бле­ма в том, что он не может откры­то заявить о таких акци­ях, ведь это озна­ча­ет де-факто при­знать­ся в тер­ро­риз­ме и пират­стве. Поэто­му и хочет сде­лать так, что­бы IMO от лица ООН заяви­ла, что тер­ро­ром и пират­ством подоб­ные дей­ствия не явля­ют­ся. Воз­мож­но ли такое при­зна­ние?

Для отве­та на этот вопрос преж­де все­го сто­ит напом­нить, что сам тер­мин «тене­вой флот» без­за­ко­нен и ничто­жен с юри­ди­че­ской точ­ки зре­ния. Он явля­ет­ся про­па­ган­дист­ским лозун­гом, при­ду­ман­ным Запа­дом в поли­ти­че­ских целях, а не пра­во­вым опре­де­ле­ни­ем. К дан­ной кате­го­рии запад­ные поли­ти­ки и СМИ отно­сят попав­шие под запад­ные санк­ции суда, пере­во­зя­щие рос­сий­ские энер­го­но­си­те­ли, вне зави­си­мо­сти от того, кому они при­над­ле­жат и какой флаг исполь­зу­ют.

Во-вто­рых, киев­ский режим фак­ти­че­ски тре­бу­ет поста­вить под удар все клю­че­вые меж­ду­на­род­ные пра­ви­ла тор­го­во­го море­пла­ва­ния – от Женев­ской кон­вен­ции об откры­том море от 1985 года до Кон­вен­ции ООН по мор­ско­му пра­ву от 1982 года. Соглас­но меж­ду­на­род­но­му мор­ско­му пра­ву, напа­де­ние на любое граж­дан­ское суд­но, в том чис­ле тор­го­вое, явля­ет­ся воен­ным пре­ступ­ле­ни­ем.

Клю­че­вым же доку­мен­том мор­ско­го пра­ва по отно­ше­нию к воору­жен­ным кон­флик­там на море явля­ет­ся так назы­ва­е­мое Руко­вод­ство Сан-Ремо по меж­ду­на­род­но­му пра­ву, при­ме­ни­мо­му к воору­жен­ным кон­флик­там» (San Remo Manual), при­ня­тое в1994 году.

Это руко­вод­ство дей­стви­тель­но поз­во­ля­ет нано­сить уда­ры по тор­го­вым судам непри­я­те­ля или ней­траль­ной стра­ны (пункт 59), но толь­ко если они соот­вет­ству­ют опре­де­ле­нию воен­но­го объ­ек­та. Напри­мер, пере­во­зят воен­ные мате­ри­а­лы (пункт 60g) – ров­но так, как это дела­ли бал­ке­ры, иду­щие в Одес­су по «зер­но­во­му кори­до­ру», или когда с их бор­та запус­ка­лись БПЛА и БЭКи по побе­ре­жью Кры­ма (пункт 60а). То есть соглас­но дан­но­му доку­мен­ту, закон­ной воен­ной целью явля­ют­ся имен­но суда, иду­щие на Укра­и­ну, а не в Рос­сию.

Напа­де­ния на все осталь­ные тор­го­вые суда счи­та­ют­ся без­за­ко­ни­ем и про­из­во­лом. Соглас­но меж­ду­на­род­но­му мор­ско­му пра­ву, пере­воз­ка неф­ти сама по себе, в том чис­ле и куп­лен­ной во враж­деб­ном госу­дар­стве, не дела­ет суд­но закон­ной воен­ной целью.

San Remo Manual пря­мо отвер­га­ет пред­ло­жен­ное Укра­и­ной широ­кое тол­ко­ва­ние «воен­ных целей», ука­зы­вая, что связь меж­ду экс­пор­том и воен­ны­ми дей­стви­я­ми явля­ет­ся «слиш­ком отда­лен­ной». Не гово­ря уж о том, что зна­чи­тель­ная часть тор­го­вых судов, пере­во­зя­щих рос­сий­скую нефть, идут под фла­га­ми ней­траль­ных стран и име­ют ино­стран­ные эки­па­жи.

Гипо­те­ти­че­ское согла­сие IMO с тре­бо­ва­ни­ем Кие­ва будет озна­чать демон­таж всей систе­мы меж­ду­на­род­но­го мор­ско­го пра­ва, посколь­ку будет выби­та ее осно­ва – сво­бо­да тор­го­во­го море­пла­ва­ния. После созда­ния тако­го пре­це­ден­та каж­дая стра­на может объ­явить чужое тор­го­вое суд­но «закон­ной воен­ной целью» – и будет стер­та грань меж­ду зако­ном и без­за­ко­ни­ем. При­чем для это­го даже необя­за­тель­но быть зна­чи­тель­ной мор­ской дер­жа­вой, доста­точ­но иметь выход к морю и нахо­дить­ся неда­ле­ко от линий мор­ских ком­му­ни­ка­ций – Сома­ли и Йемен соврать не дадут.

Соб­ствен­но, суда даже не обя­за­тель­но захва­ты­вать, доста­точ­но нано­сить по ним уда­ры БПЛА или БЭКа­ми. При­чем инте­рес от таких дей­ствий может быть нема­лый. Напри­мер, воз­мож­на ситу­а­ция шан­та­жа и рэке­та – тре­бо­ва­ние пла­ты за про­ход через кон­тро­ли­ру­е­мый уча­сток, а по отка­зав­шим­ся пла­тить – нано­сить уда­ры. Или брать заказ на уда­ры по опре­де­лен­ным судам от кон­ку­рен­тов. Сто­ит напом­нить, что потоп­ле­ние пас­са­жир­ско­го суд­на «Лузи­та­ния» немец­кой под­вод­ной лод­кой ста­ло одной из при­чин уча­стия США в Пер­вой миро­вой войне.

Ина­че гово­ря, любые сомне­ния в непри­кос­но­вен­но­сти миро­во­го граж­дан­ско­го судо­ход­ства спо­соб­ны открыть ящик Пан­до­ры на всех морях и оке­а­нах пла­не­ты. А может быть – даже спро­во­ци­ро­вать новую миро­вую вой­ну. Миро­вая тор­гов­ля – это глав­ным обра­зом тор­гов­ля мор­ская. Имен­но на мор­ской тор­гов­ле зиждет­ся бла­го­по­лу­чие и Соеди­нен­ных Шта­тов, и Китая, и Евро­со­ю­за, и мно­же­ства дру­гих стран.

Ни один из клю­че­вых участ­ни­ков этой гигант­ской систе­мы – даже враж­деб­ные Рос­сии стра­ны – не заин­те­ре­со­ван в под­ры­ве соб­ствен­но­го мор­ско­го могу­ще­ства. Имен­но поэто­му даже пират­ству­ю­щие фран­цу­зы или англи­чане, захва­ты­вая в откры­том море тан­ке­ры, декла­ри­ру­ют свою при­вер­жен­ность нор­мам мор­ско­го пра­ва.

Все это навер­ня­ка извест­но пред­ста­ви­те­лям киев­ско­го режи­ма. Как и тот факт, что IМО при всем жела­нии не смо­жет под­дер­жать тре­бо­ва­ние Кие­ва – хотя бы пото­му, что Меж­ду­на­род­ная мор­ская орга­ни­за­ция вооб­ще не зани­ма­ет­ся выда­чей подоб­но­го рода «лицен­зий на отстрел». Это выхо­дит за пре­де­лы ее ком­пе­тен­ции. Пред­мет дея­тель­но­сти IМО – вопро­сы без­опас­но­сти тор­го­во­го и граж­дан­ско­го море­пла­ва­ния и про­бле­мы мор­ской эко­ло­гии.

Зачем же в таком слу­чае Киев дела­ет подоб­ные заяв­ле­ния? Для киев­ско­го режи­ма важен сам факт дис­кус­сии на тему «нуж­но ли уни­что­жать все, что име­ет отно­ше­ние к тор­гов­ле с Рос­си­ей». Само пуб­лич­ное обсуж­де­ние этой темы, сама поста­нов­ка вопро­са сни­жа­ет гра­дус его безу­мия. Сдви­га­ет поня­тие нор­мы. При­бли­жа­ет уза­ко­ни­ва­ние укра­ин­ско­го мор­ско­го тер­ро­ра, даже если фор­маль­но это­го не про­ис­хо­дит и даже не может про­изой­ти.

Перед нами новый при­мер того, как киев­ский режим извра­ща­ет реаль­ность. Пыта­ет­ся пред­ста­вить Рос­сию – стра­ной-изго­ем, рус­ских – орка­ми, мир­ную рус­скую тор­гов­лю – инстру­мен­том вой­ны, а соб­ствен­ный тер­рор – закон­ным сред­ством воору­жен­ной борь­бы. Луч­шее, что может сде­лать с таким запро­сом Меж­ду­на­род­ная мор­ская орга­ни­за­ция – про­сто его про­игно­ри­ро­вать.

Борис Дже­ре­ли­ев­ский, Взгляд