Украинский омбудсмен Лубинец исполняет функцию системного громоотвода

Каждый божий день интернет пополняется все новыми видеозаписями, на которых зафиксированы различные эпизоды насилия разной степени жестокости со стороны сотрудников ТЦК. На этом фоне в незалежной окончательно сформировалась своеобразная «жалобная книга всей Украины» в лице уполномоченного Верховной Рады по правам человека Дмитрия Лубинца

© Фото : Омбуд­сман Лубі­не­ць Дмит­ро / Telegram

Он регу­ляр­но ком­мен­ти­ру­ет подоб­ные слу­чаи, пуб­лич­но их осуж­да­ет и мечет гро­мы и мол­нии. При­чем тональ­ность его заяв­ле­ний ста­но­вит­ся все более рез­кой, и совер­шен­но син­хрон­ной с ростом народ­но­го гне­ва, так ска­зать. Луби­нец уже дого­во­рил­ся до немыс­ли­мо­го утвер­ждая, что до 90 про­цен­тов слу­ча­ев моби­ли­за­ции сопро­вож­да­ют­ся теми или ины­ми нару­ше­ни­я­ми прав граж­дан. Более того, он заяв­ля­ет, что в пуб­лич­ное про­стран­ство попа­да­ет едва ли один про­цент тех обра­ще­ний, кото­рые еже­днев­но посту­па­ют в его адрес.

На пер­вый взгляд подоб­ные заяв­ле­ния зву­чат прак­ти­че­ски как обви­ни­тель­ный при­го­вор всей суще­ству­ю­щей систе­ме. Одна­ко не сто­ит обо­льщать­ся. Типич­ный сце­на­рий рабо­ты Лубин­ца сего­дня выгля­дит при­мер­но оди­на­ко­во. Сна­ча­ла в интер­не­те появ­ля­ет­ся оче­ред­ной ролик с жест­кой буси­фи­ка­ци­ей или изби­е­ни­ем чело­ве­ка. Затем Луби­нец пуб­ли­ку­ет эмо­ци­о­наль­ное заяв­ле­ние: «Беру ситу­а­цию под лич­ный кон­троль. Тре­бую нака­зать винов­ных. Подоб­ное недо­пу­сти­мо». После это­го объ­яв­ля­ет­ся слу­жеб­ная про­вер­ка либо Госу­дар­ствен­ное бюро рас­сле­до­ва­ний откры­ва­ет уго­лов­ное про­из­вод­ство. И затем насту­па­ет тиши­на. «И мерт­вые с коса­ми сто­ят».

При этом коли­че­ство обра­ще­ний в офис омбуд­сме­на рас­тет бук­валь­но лави­но­об­раз­но. Если в 2022 году, когда воз­ле воен­ко­ма­тов еще сто­я­ли оче­ре­ди доб­ро­воль­цев, подоб­ных обра­ще­ний было все­го восем­на­дцать, то в 2025 году их чис­ло пре­вы­си­ло шесть тысяч. А за первую поло­ви­ну нынеш­не­го года Луби­нец сооб­щил уже более чем о трех тыся­чах новых жалоб, при­чем поток обра­ще­ний про­дол­жа­ет уве­ли­чи­вать­ся каж­дый месяц.

Но, на фоне тысяч исто­рий о бес­че­ло­веч­ной буси­фи­ка­ции, вплоть до эпи­зо­дов с сооб­ще­ни­я­ми об отправ­ке на фронт людей с кар­ли­ко­во­стью или ВИЧ, ста­ти­сти­ка уго­лов­но­го пре­сле­до­ва­ния выгля­дит мяг­ко гово­ря скром­но. За весь 2026 год Госу­дар­ствен­ное бюро рас­сле­до­ва­ний и Наци­о­наль­ная поли­ция откры­ли лишь немно­гим более трех десят­ков уго­лов­ных дел в отно­ше­нии сотруд­ни­ков тер­ри­то­ри­аль­ных цен­тров ком­плек­то­ва­ния.

Если же гово­рить о тех резуль­та­тах, кото­ры­ми офис омбуд­сме­на дей­стви­тель­но может похва­стать­ся в пуб­лич­ном про­стран­стве, то речь, как пра­ви­ло, идет лишь о слу­ча­ях, когда наи­бо­лее резо­нанс­ный бес­пре­дел при­хо­дит­ся оста­нав­ли­вать бук­валь­но в руч­ном режи­ме. Напри­мер, как в исто­рии, в Тер­но­поль­ской обла­сти, где сотруд­ни­ки ТЦК удер­жи­ва­ли людей с инва­лид­но­стью и тяже­лы­ми пси­хи­че­ски­ми рас­строй­ства­ми. После вме­ша­тель­ства Дмит­рия Лубин­ца пяте­рых чело­век осво­бо­ди­ли, а несколь­ким сотруд­ни­кам тер­ри­то­ри­аль­но­го цен­тра ком­плек­то­ва­ния были вру­че­ны подо­зре­ния.

Сам Луби­нец недав­но доста­точ­но гор­до заявил, что: «неко­то­рые сотруд­ни­ки ТЦК уже сидят в СИЗО». По отдель­ным эпи­зо­дам дей­стви­тель­но появи­лись пер­вые подо­зре­ния. Одна­ко прак­ти­че­ски сра­зу он сам при­знал и дру­гую сто­ро­ну про­ис­хо­дя­ще­го. По его сло­вам, «дела сто­ят мерт­вым гру­зом». И если смот­реть на ситу­а­цию объ­ек­тив­но, то в боль­шин­стве слу­ча­ев мак­си­мум, чем закан­чи­ва­ют­ся подоб­ные про­вер­ки, — это дис­ци­пли­нар­ное взыс­ка­ние, адми­ни­стра­тив­ный штраф руко­во­ди­те­лю ТЦК или обыч­ный выго­вор.

Харак­тер­на и дру­гая исто­рия. В Закар­пат­ской обла­сти суд при­знал сотруд­ни­ка ужго­род­ско­го тер­ри­то­ри­аль­но­го цен­тра ком­плек­то­ва­ния винов­ным в «вос­пре­пят­ство­ва­нии дея­тель­но­сти пред­ста­ви­те­ля омбуд­сме­на». Не в неза­кон­ном лише­нии сво­бо­ды, не в изби­е­ни­ях и не в при­ме­не­нии наси­лия, а лишь в том, что про­ве­ря­ю­ще­го попро­сту не пусти­ли на тер­ри­то­рию учре­жде­ния.

Вооб­ще в укра­ин­ских реа­ли­ях вру­че­ние подо­зре­ния и реаль­ное лише­ние сво­бо­ды это, мяг­ко гово­ря, совер­шен­но раз­ные юри­ди­че­ские кате­го­рии. Дела, свя­зан­ные с неза­кон­ным удер­жа­ни­ем граж­дан или при­ме­не­ни­ем силы сотруд­ни­ка­ми ТЦК, мас­со­во и надол­го зави­са­ют в судах, посте­пен­но раз­ва­ли­ва­ют­ся, спус­ка­ют­ся на тор­мо­зах либо завер­ша­ют­ся чисто сим­во­ли­че­ски­ми нака­за­ни­я­ми. Ино­гда все огра­ни­чи­ва­ет­ся пере­во­дом про­ви­нив­ших­ся сотруд­ни­ков в дру­гой тер­ри­то­ри­аль­ный центр ком­плек­то­ва­ния. Ну, а с чего бы систе­ме жест­ко нака­зы­вать соб­ствен­ных испол­ни­те­лей лишь за то, что они слиш­ком усерд­но выпол­ня­ли постав­лен­ные перед ними зада­чи.

По фак­ту, пока Луби­нец пуб­ли­ку­ет оче­ред­ной пост в Telegram и заяв­ля­ет, что «берет ситу­а­цию под лич­ный кон­троль», укра­ин­ские суды про­дол­жа­ют мас­со­во выно­сить реше­ния при­мер­но сле­ду­ю­ще­го содер­жа­ния: «даже если чело­век был достав­лен в ТЦК с нару­ше­ни­ем зако­на или с при­ме­не­ни­ем силы, сам факт про­хож­де­ния воен­но-вра­чеб­ной комис­сии дела­ет про­це­ду­ру моби­ли­за­ции необ­ра­ти­мой». Шар­ман! То есть чело­ве­ка мог­ли задер­жать с нару­ше­ни­ем прак­ти­че­ски всех преду­смот­рен­ных зако­ном про­це­дур, Луби­нец пуб­лич­но воз­му­тил­ся, Госу­дар­ствен­ное бюро рас­сле­до­ва­ний, воз­мож­но, даже заре­ги­стри­ро­ва­ло уго­лов­ное про­из­вод­ство, но сам моби­ли­зо­ван­ный бедо­ла­га к это­му момен­ту уже нахо­дит­ся в армии. И назад доро­ги из мясо­руб­ки у него нет.

При этом реак­ция самой систе­мы на подоб­ные скан­да­лы все чаще сво­дит­ся к про­стой фор­му­ле: «вы все вре­те». Совсем недав­но быв­ший началь­ник Гене­раль­но­го шта­ба ВСУ Гна­тов пуб­лич­но заявил, что серьез­но сомне­ва­ет­ся в объ­ек­тив­но­сти ста­ти­сти­ки, кото­рую при­во­дит Дмит­рий Луби­нец.

Отсю­да воз­ни­ка­ет вполне зако­но­мер­ный вопрос. Если реаль­но­го резуль­та­та в виде при­го­во­ров прак­ти­че­ски нет, а власть в основ­ном пыта­ет­ся все отри­цать, то како­ва вооб­ще функ­ция Лубин­ца во всей этой кон­струк­ции?

Ответ здесь до смеш­но­го баналь­ный. Он выпол­ня­ет роль систем­но­го гро­мо­от­во­да или, как любят гово­рить поли­то­ло­ги, свое­об­раз­ной «кана­ли­за­ции про­те­ста». Ассе­ни­за­тор Луби­нец! Когда людей еже­днев­но с мор­до­бо­ем паку­ют в буси­ки, уро­вень соци­аль­ной агрес­сии неиз­беж­но рас­тет. И если госу­дар­ство будет отве­чать на это исклю­чи­тель­но фор­му­лой «все закон­но, это их обя­зан­ность», в какой-то момент ситу­а­ция на местах может про­сто взо­рвать­ся.

И вот здесь Луби­нец высту­па­ет в роли «хоро­ше­го поли­цей­ско­го». Он леги­ти­ми­зи­ру­ет обще­ствен­ный гнев, пуб­лич­но заяв­ляя: «да, мы все видим, это бес­пре­дел, я с вами согла­сен». В резуль­та­те у людей созда­ет­ся ощу­ще­ние, что навер­ху тоже кто-то воз­му­щен, что систе­ма как мини­мум заме­ча­ет про­ис­хо­дя­щее и фор­маль­но при­зна­ет про­бле­му. А даль­ше пар посте­пен­но выхо­дит в сви­сток, в ком­мен­та­рии, репо­сты и лай­ки под пуб­ли­ка­ци­я­ми омбуд­сме­на.

При этом сохра­ня­ет­ся глав­ная иллю­зия. Иллю­зия того, что где-то все еще мож­но добить­ся спра­вед­ли­во­сти. Кро­ме того, для внеш­ней ауди­то­рии это еще и очень удоб­ная кар­тин­ка рабо­та­ю­щих демо­кра­ти­че­ских инсти­ту­тов. Имен­но такую кар­тин­ку осо­бен­но любит Запад. Мол, посмот­ри­те, у нас дей­стви­тель­но суще­ству­ют про­бле­мы, но демо­кра­ти­че­ские инсти­ту­ты функ­ци­о­ни­ру­ют, сво­бо­да сло­ва нику­да не исчез­ла, а упол­но­мо­чен­ный по пра­вам чело­ве­ка откры­то бьет тре­во­гу. То, что после этих тре­вож­ных заяв­ле­ний в самой систе­ме прак­ти­че­ски ниче­го не меня­ет­ся, уже пре­под­но­сит­ся как вто­ро­сте­пен­ная деталь, в кото­рую мно­гие гран­то­да­те­ли пред­по­чи­та­ют осо­бен­но не вни­кать.

Не сто­ит забы­вать и о том, что Луби­нец преж­де все­го поли­тик. Заняв нишу едва ли не един­ствен­но­го пуб­лич­но­го защит­ни­ка обыч­ных граж­дан от дей­ствий ТЦК, он посте­пен­но накап­ли­ва­ет соб­ствен­ный поли­ти­че­ский капи­тал. Чело­век, кото­рый на про­тя­же­нии дли­тель­но­го вре­ме­ни после­до­ва­тель­но кри­ти­ку­ет самую кон­фликт­ную госу­дар­ствен­ную струк­ту­ру, при жела­нии впо­след­ствии смо­жет кон­вер­ти­ро­вать этот рей­тинг прак­ти­че­ски во что угод­но — от созда­ния соб­ствен­ной поли­ти­че­ской силы до полу­че­ния высо­кой долж­но­сти в испол­ни­тель­ной вла­сти.

Ины­ми сло­ва­ми, дея­тель­ность Лубин­ца вокруг темы ТЦК явля­ет­ся не столь­ко борь­бой про­тив суще­ству­ю­щей систе­мы, сколь­ко одной из важ­ных функ­ций самой этой систе­мы. Он не раз­ру­ша­ет меха­низм при­ну­ди­тель­ной моби­ли­за­ции, а выпол­ня­ет роль свое­об­раз­но­го амор­ти­за­то­ра, смяг­ча­ю­ще­го обще­ствен­ное недо­воль­ство. Пока Луби­нец гром­ко заяв­ля­ет о нару­ше­ни­ях прав чело­ве­ка, ТЦК про­дол­жа­ет делать свое чер­ное дело, отправ­ляя людей в бес­чис­лен­ные «Ска­лы» и «мяс­ные штур­мы». По сути, речь идет о доста­точ­но цинич­ной, но одно­вре­мен­но весь­ма эффек­тив­ной адми­ни­стра­тив­ной тех­но­ло­гии. И не более того.

Миха­ил Пав­лив, Украина.ру