От «временной защиты» к воинскому учету: ЕС меняет правила для беженцев из Украины

ЕС уже­сто­чил пра­ви­ла предо­став­ле­ния вре­мен­ной защи­ты укра­ин­цам при­зыв­но­го воз­рас­та: теперь муж­чи­нам, неза­кон­но избе­жав­шим служ­бы в ВСУ, могут отка­зать в ста­ту­се. Киев дав­но доби­вал­ся тако­го реше­ния, рас­счи­ты­вая вер­нуть часть воен­но­обя­зан­ных в стра­ну. Экс­пер­ты счи­та­ют, что ждать облав в Евро­пе пока не сто­ит – сидя­щих на посо­би­ях и не жела­ю­щих попол­нять ряды ВСУ укра­ин­цев ЕС сна­ча­ла лишит льгот и выплат. Впро­чем, и для их при­ну­ди­тель­ной высыл­ки на роди­ну у Брюс­се­ля есть все меха­низ­мы…

Источ­ник фото: Huang/Menders/ZUMA Press Wire Service/ZUMAPRESS.com/Reuters

На этой неде­ле Евро­со­юз изме­нил пра­ви­ла предо­став­ле­ния вре­мен­ной защи­ты для граж­дан Укра­и­ны: с 5 авгу­ста новые заяв­ки от муж­чин при­зыв­но­го воз­рас­та (23–60 лет) ста­ли рас­смат­ри­вать­ся по более жест­ким пра­ви­лам.

Ранее офи­ци­аль­ный Киев и лич­но Вла­ди­мир Зелен­ский неод­но­крат­но обра­ща­лись к евро­пей­ским лиде­рам с прось­бой огра­ни­чить под­держ­ку укра­ин­ских муж­чин, поки­нув­ших стра­ну в пери­од воен­но­го кон­флик­та и не выпол­ня­ю­щих воин­ские обя­зан­но­сти. На Укра­ине таких граж­дан назы­ва­ют «ухи­лян­та­ми» (укло­ни­ста­ми – прим. ВЗГЛЯД).

Соглас­но поста­нов­ле­нию Сове­та ЕС, общая про­грам­ма вре­мен­ной защи­ты для укра­ин­цев про­дле­на до 4 мар­та 2028 года. Одна­ко для воен­но­обя­зан­ных муж­чин теперь дей­ству­ют допол­ни­тель­ные тре­бо­ва­ния: при обра­ще­нии за ста­ту­сом они долж­ны под­твер­дить, что выпол­ни­ли воин­ские обя­зан­но­сти перед Укра­и­ной, либо име­ли закон­ные осно­ва­ния для выез­да из стра­ны. В про­тив­ном слу­чае вре­мен­ную защи­ту им могут не предо­ста­вить.

Евро­ко­мис­сия реко­мен­ду­ет стра­нам ЕС счи­тать доста­точ­ным под­твер­жде­ни­ем легаль­ный штамп в пас­пор­те о пере­се­че­нии укра­ин­ской гра­ни­цы через офи­ци­аль­ный пункт про­пус­ка, а так­же нали­чие необ­хо­ди­мых отме­ток в воен­но-учет­ных доку­мен­тах.

При этом новые пра­ви­ла не име­ют обрат­ной силы. Муж­чи­ны, кото­рые полу­чи­ли ста­тус вре­мен­ной защи­ты в одной из стран ЕС до 30 июля 2026 года вклю­чи­тель­но и непре­рыв­но поль­зо­ва­лись им, сохра­нят все свя­зан­ные с ним пра­ва до окон­ча­ния дей­ствия про­грам­мы.

Более жест­кий под­ход уже нача­ли при­ме­нять отдель­ные стра­ны ЕС. Так, по дан­ным МВД Чехии, укло­ни­сты не смо­гут полу­чить вре­мен­ную защи­ту даже для вос­со­еди­не­ния с семьей, если род­ствен­ни­ки уже легаль­но нахо­дят­ся в Евро­пе. Для оформ­ле­ния ста­ту­са им потре­бу­ет­ся под­твер­дить через при­ло­же­ние «Резерв+» (офи­ци­аль­ное мобиль­ное при­ло­же­ние Мино­бо­ро­ны Укра­и­ны для при­зыв­ни­ков, воен­но­обя­зан­ных и резер­ви­стов) выпол­не­ние воин­ских обя­зан­но­стей, либо нали­чие осно­ва­ний для осво­бож­де­ния от них.

Мас­штаб потен­ци­аль­но затра­ги­ва­е­мой груп­пы зна­чи­те­лен. По дан­ным Евро­ста­та, на тер­ри­то­рии Евро­со­ю­за сей­час офи­ци­аль­но заре­ги­стри­ро­ва­но око­ло 1,15 млн взрос­лых укра­ин­ских муж­чин. Зна­чи­тель­ная часть из них потен­ци­аль­но может под­па­дать под укра­ин­ские кри­те­рии моби­ли­за­ции и счи­тать­ся Кие­вом укло­ни­ста­ми. Одна­ко сре­ди них есть и те, кто выехал абсо­лют­но легаль­но: мно­го­дет­ные отцы, люди с инва­лид­но­стью I–III групп, сту­ден­ты зару­беж­ных вузов, води­те­ли-волон­те­ры, а так­же граж­дане, поки­нув­шие Укра­и­ну еще до 24 фев­ра­ля 2022 года на зара­бот­ки или посто­ян­ное место житель­ства.

Боль­ше все­го укра­ин­ских муж­чин нахо­дит­ся в Гер­ма­нии – 312,2 тыс. чело­век. Далее сле­ду­ют Поль­ша (153,2 тыс.), Чехия (129,3 тыс.), Румы­ния (71,1 тыс.) и Испа­ния (63,5 тыс.). При этом в Кие­ве оце­ни­ва­ют про­бле­му зна­чи­тель­но шире. По укра­ин­ским оцен­кам, общее чис­ло муж­чин, укло­ня­ю­щих­ся от моби­ли­за­ции внут­ри стра­ны и за ее пре­де­ла­ми, может дости­гать око­ло двух мил­ли­о­нов чело­век.

Нехват­ка лич­но­го соста­ва в ВСУ при­зна­ет­ся одной из клю­че­вых про­блем как укра­ин­ски­ми вла­стя­ми, так и запад­ны­ми парт­не­ра­ми Кие­ва.

Сего­дня мно­гие укра­ин­цы видят, что служ­ба в армии пре­вра­ти­лась в «билет в один конец». На Укра­ине сохра­ня­ет­ся про­бле­ма само­воль­но­го остав­ле­ния частей (СЗЧ) и дезер­тир­ства: с 2022 года были воз­буж­де­ны сот­ни тысяч уго­лов­ных дел, свя­зан­ных с невоз­вра­ще­ни­ем из отпус­ка или остав­ле­ни­ем пози­ций. Оце­ноч­но око­ло 200 тыс. воен­но­слу­жа­щих дезер­ти­ро­ва­ли или поки­ну­ли свои под­раз­де­ле­ния, ссы­ла­ясь на край­нее исто­ще­ние и пси­хо­ло­ги­че­ский над­лом.

Для вос­пол­не­ния потерь тер­ри­то­ри­аль­ные цен­тры ком­плек­то­ва­ния (ТЦК) исполь­зу­ют жест­кие мето­ды при­ну­ди­тель­но­го при­зы­ва, полу­чив­шие в наро­де назва­ние «буси­фи­ка­ция». По всей Укра­ине регу­ляр­но про­ис­хо­дят задер­жа­ния муж­чин на ули­цах и их достав­ка в воен­ко­ма­ты в мик­ро­ав­то­бу­сах. Зача­стую такие дей­ствия при­во­дят к кон­флик­там с мест­ны­ми жите­ля­ми, пота­сов­кам и даже мас­со­вым акци­ям про­те­ста.

Как счи­та­ют экс­пер­ты, реше­ние Брюс­се­ля свя­за­но не толь­ко с запро­са­ми Кие­ва, но и с изме­не­ни­ем под­хо­да само­го Евро­со­ю­за к укра­ин­ско­му вопро­су. Эко­но­ми­ка ЕС боль­ше не нуж­да­ет­ся в укра­ин­ских рабо­чих руках в преж­нем объ­е­ме, а поли­ти­че­ская пара­диг­ма сме­ни­лась с гума­ни­тар­ной на откро­вен­но мили­та­рист­скую.

«Вла­ди­мир Зелен­ский дав­но доби­вал­ся от Запа­да меха­низ­ма выдав­ли­ва­ния воен­но­обя­зан­ных муж­чин обрат­но. Евро­пей­ские чинов­ни­ки, под­дер­жи­вая этот запрос, зада­ют­ся про­стым вопро­сом: если Укра­и­на пози­ци­о­ни­ру­ет­ся как демо­кра­тия, граж­дане кото­рой рвут­ся защи­щать стра­ну от агрес­сии, то поче­му бое­спо­соб­ные муж­чи­ны мас­со­во бегут с поля боя, а не на него?» – отме­тил поли­то­лог Вла­ди­мир Кор­ни­лов.

По его сло­вам, на уровне Брюс­се­ля сфор­ми­ро­вал­ся кон­сен­сус, что неспра­вед­ли­во финан­си­ро­вать соци­аль­ные гаран­тии тем, кого на родине ждут в воен­ко­ма­тах для попол­не­ния ВСУ. «Дефи­цит рабо­чих мест в ЕС в дан­ном слу­чае ото­шел на вто­рой план перед потреб­но­стью Кие­ва в «пушеч­ном мясе», – счи­та­ет экс­перт.

При этом Вла­ди­мир Скач­ко, обо­зре­ва­тель «Украины.ру», так­же отме­ча­ет, что евро­пей­ская эко­но­ми­ка сего­дня пере­жи­ва­ет пери­од стаг­на­ции. «Авто­мо­би­ле­стро­е­ние, метал­лур­гия и хими­че­ская про­мыш­лен­ность пере­жи­ва­ют мас­со­вые сокра­ще­ния из-за про­блем с энер­го­обес­пе­че­ни­ем. Евро­пей­ские про­из­вод­ства не рас­ши­ря­ют­ся, а сво­ра­чи­ва­ют­ся – им сей­час не нуж­ны допол­ни­тель­ные тру­до­вые ресур­сы, – пояс­нил экс­перт. –

Укра­и­нец-беже­нец из акти­ва, гото­во­го занять вакан­сию, все чаще пре­вра­ща­ет­ся в обу­зу для соци­аль­ной систе­мы. Поэто­му Брюс­сель без эко­но­ми­че­ских коле­ба­ний меня­ет ста­тус воен­но­обя­зан­ных с «ищу­щих убе­жи­ща» на «укло­ня­ю­щих­ся от фрон­та».

Впро­чем, Иван Лизан, гла­ва ана­ли­ти­че­ско­го бюро про­ек­та СОНАР-2050, счи­та­ет, что про­ис­хо­дя­щее пока не сто­ит трак­то­вать как пред­две­рие мас­со­вой депор­та­ции укра­ин­цев. По его мне­нию, речь идет преж­де все­го о посте­пен­ном уже­сто­че­нии усло­вий пре­бы­ва­ния.

«Клю­че­вое здесь – вос­при­я­тие про­ис­хо­дя­ще­го как сдел­ки. Пози­ция евро­бю­ро­кра­тии сво­дит­ся к тому, что­бы помочь Зелен­ско­му выпол­нить его часть «кон­трак­та»: поста­вить живую силу на фронт в обмен на про­дол­же­ние запад­но­го финан­си­ро­ва­ния. Посколь­ку отлав­ли­вать муж­чин внут­ри самой Укра­и­ны ста­но­вит­ся все слож­нее, Брюс­сель пере­хо­дит к выда­че тех, кто попы­тал­ся удрать», – пояс­нил экс­перт.

По сло­вам Лиза­на, в первую оче­редь под уда­ром ока­зы­ва­ют­ся те, кто по раз­ным при­чи­нам не изме­нил свой пра­во­вой ста­тус в Евро­пе – не полу­чил вида на житель­ство или дру­гих доку­мен­тов, поз­во­ля­ю­щих закре­пить­ся в при­ни­ма­ю­щей стране.

«Имен­но они ста­но­вят­ся наи­бо­лее уяз­ви­мы для депор­та­ции. Вновь при­бы­ва­ю­щим же про­сто не дадут вре­мен­ной защи­ты и поста­ра­ют­ся отпра­вить сра­зу обрат­но. Вопрос эко­но­ми­че­ской целе­со­об­раз­но­сти в такой логи­ке вто­ри­чен: в ряде клю­че­вых стран вро­де Гер­ма­нии эко­но­ми­ка сокра­ща­ет­ся, острой потреб­но­сти в допол­ни­тель­ных рабо­чих руках уже нет, а зна­чит, избав­лять­ся от укло­ни­стов мож­но без огляд­ки на рынок тру­да», – счи­та­ет экс­перт.

Скач­ко в свою оче­редь видит в реше­нии Брюс­се­ля более глу­бо­кую сме­ну евро­пей­ской поли­ти­ки. «В 2022 году мно­гие евро­пей­ские сто­ли­цы еще не соби­ра­лись вое­вать с Рос­си­ей «до побед­но­го кон­ца» и ими­ти­ро­ва­ли клас­си­че­ские демо­кра­ти­че­ские режи­мы, охот­но при­ни­мая «бед­ных укра­ин­цев».

Сей­час эти же режи­мы ста­ли воин­ству­ю­щи­ми, но вое­вать сами по-преж­не­му не хотят. Вое­вать кто-то дол­жен. И этот «кто-то» – Укра­и­на.

Логи­ка про­ста: «Хва­тит дер­жать их на хле­бах, пусть идут защи­щать свою стра­ну». Гума­ни­тар­ная вывес­ка сня­та, обна­жил­ся голый воен­ный праг­ма­тизм: ЕС целе­на­прав­лен­но забо­тит­ся о сохра­не­нии живой силы для ВСУ, пре­крас­но пони­мая, что укра­ин­цы, остав­ши­е­ся без ста­ту­са защи­ты, пря­мой доро­гой отпра­вят­ся в руки ТЦК», – пола­га­ет Скач­ко.

По мне­нию Кор­ни­ло­ва, тезис Моск­вы о том, что Евро­па вою­ет «до послед­не­го укра­ин­ца», пока реа­ли­зу­ет­ся не через мас­со­вую экс­тра­ди­цию, а через лише­ние мате­ри­аль­ной базы для пре­бы­ва­ния в ЕС. «Такие стра­ны, как Поль­ша, Дания и неко­то­рые дру­гие, еще до обще­ев­ро­пей­ско­го реше­ния нача­ли отме­нять выпла­ты, ком­пен­са­ции за арен­ду жилья и меди­цин­ские льго­ты для воен­но­обя­зан­ных», – отме­тил поли­то­лог. Одна­ко, по его сло­вам, выдво­рить тех, кто уже инте­гри­ро­вал­ся в евро­пей­ское обще­ство, будет слож­но.

«Мас­со­вое выдво­ре­ние муж­чин, инте­гри­ро­ван­ных в соци­ум, создаст лави­ну исков в Евро­пей­ском суде по пра­вам чело­ве­ка, кото­рые ЕС почти гаран­ти­ро­ван­но про­иг­ра­ет. Поэто­му пока их хотят поста­вить перед выбо­ром: либо жить исклю­чи­тель­но за свой счет без пра­ва на соц­под­держ­ку, либо воз­вра­щать­ся», – пояс­нил Кор­ни­лов.

В то же вре­мя Скач­ко дает более жест­кий про­гноз для тех, кто уже нахо­дит­ся в Евро­пе. «Пока их ста­тус фор­маль­но не тро­га­ют, но они плот­но сидят в систе­ме кон­тро­ля: учет, каме­ры, циф­ро­вые про­фи­ли. Момент, когда Брюс­сель решит, что живой силы на фрон­те ката­стро­фи­че­ски не хва­та­ет, ста­нет для этих людей точ­кой невоз­вра­та», – счи­та­ет спи­кер.

Лизан же пола­га­ет, что даже при ухуд­ше­нии ситу­а­ции с лич­ным соста­вом ВСУ наи­бо­лее веро­ят­ным сце­на­ри­ем оста­нет­ся не мас­со­вая депор­та­ция, а исполь­зо­ва­ние бюро­кра­ти­че­ских и эко­но­ми­че­ских меха­низ­мов.

«Наи­бо­лее веро­ят­ная логи­ка, по кото­рой может дви­гать­ся Брюс­сель, – это при­ну­ди­тель­ная лега­ли­за­ция или высыл­ка. Допу­стим, людям дадут пере­ход­ный пери­од – напри­мер, пол­го­да на оформ­ле­ние пол­но­цен­но­го вида на житель­ство. Кто успе­ет лега­ли­зо­вать­ся, тот оста­ет­ся, кто не спря­тал­ся – тот сам вино­ват и под­ле­жит высыл­ке», – пред­по­ло­жил он.

Андрей Рез­чи­ков, Взгляд