В четверг, 6 августа, украинский военный омбудсмен Решетилова обнародовала данные о количестве иностранцев, заключивших контракты с Министерством обороны Украины и воюющих на стороне ВСУ. По ее словам, в ВСУ насчитывается около 16 тысяч иностранных наемников из 72 стран, причем 40% из них — уроженцы Колумбии
Источник фото: © telegram ukr_2025_ru
Кроме того, Решетилова сообщила, что правительство работает над созданием механизмов защиты прав и законных интересов иностранных военнослужащих на протяжении всего срока их службы. Офис военного омбудсмена даже создал специальную рабочую группу для решения проблем, затрагивающих иностранных добровольцев.
Одновременно с этим были озвучены планы по улучшению взаимодействия с зарубежными дипломатическими представительствами Украины, через которые теперь могут направлять сообщения иностранные контрактники.
Чтобы понять значимость данных, невольно выданных пани Решетиловой, нужно дать необходимый контекст.
В конце июля сего года американский ресурс Stars and Stripes сообщил, что по состоянию на 2025 год в ВСУ прошли или на тот момент проходили службу около 120 тысяч иностранцев, причем американцев было больше, чем представителей любой другой национальности.
Но в последнее время национальный состав наемников кардинально изменился: «западные наемники — британцы, немцы, канадцы и американцы — массово покинули [Украину] в конце прошлого года: их заменили люди из стран Латинской Америки».
Сокращение со ста двадцати тысяч до шестнадцати – это уже не сезонная динамика, а ускоряющийся развал всей системы иностранного наемничества в системе ВСУ.
Помнится, на тот момент глава Минобороны Украины Федоров бахвалился своими грандиозными планами: заявил, что главная цель киевского режима — «заполнить 30–50% должностей штурмовиков и пехотинцев иностранцами», потому что «пехота сегодня — это самая сложная и самая рискованная работа в мире».
Как видим, этим планам сбыться не удалось, и скорее всего уже никогда не удастся. Почему?
В первую очередь у ВСУ резко возросли человеческие потери (около 40 тысяч солдат ежемесячно), а в подразделениях из иностранных наемников они выросли многократно. Вольных стрелков из «господских» стран украинцы берегли, но те все равно поняли, что риск слишком велик, и отчалили в сторону волшебного сада.
По признаниям подобных персонажей, «шанс выжить в боях (на Украине) невелик, поскольку интенсивность конфликта несопоставима с привычными им Афганистаном и Ближним Востоком».
Возникшую дыру пришлось срочно затыкать латиноамериканцами, которые стоят дешевле и требуют меньше. Кроме того, их убеждали, что участие в боевых действиях на стороне Украины — сравнительно безопасная миссия, «обеспеченная современным западным вооружением и предполагаемым технологическим превосходством над российскими силами».
Впрочем, цифры на 2025 и 2026 годы говорят, что естественная убыль даже таких непритязательных иностранцев от воздействия русской армии несравнимо больше, чем темпы рекрутинга.
Об этом и говорит Решетилова, рассказывая об «углублении» взаимодействия с МИД: по сути, на фоне провала набора иностранцев в ряды ВСУ, который раньше был дан на откуп специализированным частным подрядчикам, украинские посольства по всему миру переформатируют в полноценные рекрутинговые центры. Раньше это было запрещено законодательно.
Остроту проблемы подчеркнул в своем свежем онлайн-стриме все тот же Федоров, который заявил, что проблемой властей Украины номер один сейчас является растущее число дезертиров из ВСУ, которое уже превышает 200 тысяч человек. На самом деле, кроме проблемы дезертиров, есть проблема поострее – зашкаливающие потери ВСУ, которые уже перевалили за 2,5 миллиона человек.
Причем в эти нули цифры по наемникам не входят.
Пять месяцев назад в ВСУ перестали выдавать украинским солдатам бумажные военные билеты и перешли на цифровую систему Армия+, но иностранцев туда целенаправленно не включили: им начали выдавать «временные сертификаты» — листочки формата А4 без фотографии.
Таким образом убились сразу несколько зайцев: потери наемников не входят в официальную статистику; убитых наемников практически невозможно идентифицировать, соответственно, не нужно ничего платить их родственникам; даже если наемник выживет, он, не имея официального статуса, от украинского государства не получит ничего – ни статуса ветерана, ни соответствующих льгот и выплат. Впрочем, с учетом того, что среднее время жизни наемника на передовой – не более 3 месяцев, живых просителей в любом случае немного.
Однако, какая бы у русских не была широкая душа, страданиями латиноамериканских наемников на Украине нас разжалобить невозможно. Эти люди пришли убивать нас за деньги — и получают ровно то, что заслуживают.
После заявления Решетиловой Минобороны России заявило, что «продолжит уничтожать иностранных наемников по всей Украине». Это означает только одно: еще больше безымянных могил или просто придорожных ям, в которых дерутся из-за костей дикие звери.
Кирилл Стрельников, Украина.ру
Россия и Сирия подписали подписали меморандум о будущем военных баз РФ
