Чем меньше везут на Украину западного оружия, чем хуже ситуация на фронте, тем больше трупов известных и неизвестных националистов-коллаборационистов «перезахоранивают» в городах и весях на ладан дышащего нацистского государства. Подбирают именно по этому принципу: чем гаже, чем русофобнее, чем неприемлемее для России, тем больше шансов быть перезакопанным на пока еще подконтрольных Киеву территориях
Источник изображения: argumenti.ru
Я не случайно взял в кавычки «перезахоронение» и далее использовал термин «перезакапывание». Не для того, чтобы оскорбить живых и/или поиздеваться над мертвыми. Там никого оскорбить нельзя. Живые этих мертвых не знают — в большинстве своем их имена ничего не говорят гражданам современной Украины. Как правило, места «перезахоронения» никак не связаны с их жизнью и деятельностью, а многие из них и вовсе никогда не были гражданами Украины (включая УССР, петлюровскую УНР и гетманскую Украинскую державу), являясь подданными Австро-Венгрии и/или Второй Речи Посполитой Пилсудского. Их именно перезакапывают где попало, лишь бы на территории, контролируемой киевским режимом.
Можно было бы предположить, что нацистский коллаборационистский режим Зеленского просто свозит к себе тела идейно близких предшественников. Но есть нюансы. Во-первых, массовый завоз дорогих нацистскому сердцу трупов начался аккурат в тот момент, когда неизбежность поражения режима была безоговорочно прията и его лидерами, и его спонсорами. Они еще пытаются укусить Россию напоследок, но не скрывают, что осенью-зимой ждут катастрофу банды Зеленского и не имеют никакой позитивной программы по замене действующей киевской власти на более адекватную. Во-вторых, своз со всего мира нацистских трупов, сопровождается массовым разрушением памятников, уничтожением мемориальных табличек и разорением могил местных уроженцев, служивших Российской империи и СССР.
Подчеркну, на смену местным русским (великороссам и малороссам) завозятся трупы иностранцев, исповедовавших идеи радикального украинского национализма и сотрудничавших с германскими нацистами во время Великой Отечественной войны. Аналогичным образом уничтожаются свидетельства основания городов в Новороссии, Малороссии и Слобожанщине русскими царями и всероссийскими императорами. Люди, у которых земля горит под ногами, вместо того чтобы бросать ресурсы на укрепление фронта, как одержимые используют их на подмену этнической истории страны, искусственное создание памятников украинства. Если бы могли, они бы и археологические находки «перераскопали», заменив имеющиеся «украинскими».
Нет, нам с вами не кажется. Это действительно целенаправленная деятельность, призванная обосновать претензии украинских нацистов на первородство и создать условия для демонстрации всему миру «русского варварства». Как было сказано выше, и Киев, и его зарубежные спонсоры понимают, что им не удастся удержать под контролем всю территорию Украины. Они, в принципе, уже смирились с тем, что придется уступить больше (возможно, значительно больше), чем шесть уже вошедших в состав России (два в 2014?м и четыре в 2022 году) регионов. Единственное, что они надеются сохранить, — русофобскую, националистическую, прозападную власть на остатках Украины, при помощи которой собираются подготовить военный реванш. Для создания этой власти материальной базы внутренней и внешней пропаганды, для ведения будущей информационной войны против России и проводятся текущие мероприятия.
Как вы думаете, потерпит ли русская власть и русское население освобожденных регионов наличие свеженьких «могил» бывших бандеровцев, коллаборационистов, военных преступников, закопанных киевскими нацистами как идеологические мины непосредственно перед освобождением данных территорий? А памятники им же? А переименованные в их честь города, селения, площади и улицы? Как только на освобожденных территориях начнется кампания восстановления исторической правды, все украинские и проукраинские западные рупоры взвоют: «Русские раскапывают могилы!», «русские разрушают памятники!» и т. д. Подконтрольному населению будут говорить: «Видите памятник вашим предкам-бандеровцам (или петлюровцам, или мазепинцам), мужественно отстаивавшим независимость своей родины во всех предыдущих войнах? Такой же русские снесли в таком-то городе (селе), чтобы искоренить древнеукраинские следы, неопровержимо свидетельствовавшие об исконной украинскости данных территорий». На «цивилизованный мир» будет идти аналогичная волна: «Видите, как русские искореняют любые следы украинства, не останавливаясь перед надругательством над могилами и сносом исторических памятников?»
Никто ни на Западе, ни на подконтрольных нацистам-русофобам территориях не будет уточнять, что «следы украинства» искусственно созданы перед бегством преступного режима, что могилы появилась и памятники возведены только что, что никакого украинства на этих территориях не существовало до 1991 года, а то, что появилось после, было результатом оголтелой безальтернативной пропаганды и силового давления нацистского государства.
Любой масштабной войне нужна идейная база. В Африку просто повоевать может поехать отряд наемников, государство может послать ограниченный контингент регулярных войск во исполнение союзнических обязательств, но убедить нацию в необходимости масштабной войны (не колониальных экспедиций Запада образца второй половины XIX века, проводившихся небольшими силами, опиравшимися на подавляющее техническое превосходство, а масштабной войны с сильным противником) невозможно, если нация не считает, что сражается за правое дело, мстит за оскорбленное национальное достоинство, за выброшенные из могил кости предков.
Для любого реванша нужен повод, предлог и, главное, желание нации восстановить «попранную справедливость». Если никаких свидетельств гонений на украинство на сопредельных территориях нет, если поездки туда свободны, а живущие там родственники говорят, что они русские и явно живут лучше, чем живется под национальной украинской властью, то скорее оставшиеся украинскими регионы захотят тоже стать Россией, чем их удастся поднять на войну против России. Сейчас в украинские черноземы закапывается именно повод и предлог для начала реваншистской войны против России в тот момент, когда Запад сочтет себя готовым в очередной раз бросить украинских манкуртов против тех, кровное родство с кем они забыли, отрицают, а напоминание о таковом приводит их в бешенство.
Запад не оставил идею бить Россию Украиной. Раз Украина неизбежно станет меньше и слабее, значит ее надо лучше вооружить и подобрать ей союзников, которые нападут на Россию одновременно с украинскими реваншистами. Новые же поколения украинцев надо накачать ненавистью настолько, чтобы они забыли всякий страх и жили только желанием мести. Пролитая «за украинство» кровь родственников и знакомых вместе с пропагандой, ежедневно внушающей, что над украинством «страшно издеваются» в русских землях, должна создать совершенно иной, не похожий на нынешний тип украинца, отличающегося от стремящегося в Европу современного украинца тем, что для современного украинство — билет в Европу, а для нового будет самоценностью, нынешние мнят себя защитниками цивилизации от России, а новые будут уверены, что они и есть цивилизация, наступающая на Россию, чтобы вернуть некогда утраченные земли. Эти еще помнят, что когда-то были русскими, хоть и стесняются этой детали своей биографии. Новые уже будут настоящими украинцами, не перекованными манкуртами, а изначально выращенной альтернативой русскости, видящими цель своей жизни в искоренении всего русского любой ценой.
Стоит ли давать им время и возможность собраться с силами, если уже сегодня понятно, к чему они готовятся? Не думаю. Нет Украины — нет проблемы. А люди впишутся в другие человечески общности, которые ничего не знают ни о Бандере, ни об «исконном украинстве». Если уж русский перестал быть русским и не умер, если вернуть его в русскость уже нельзя, пусть лучше становится итальянцем или португальцем, чем украинцем.
Ростислав Ищенко, ИА Альтернатива
В бывших польских деревнях на Украине ведут незаконные раскопки
