Нынешний политический кризис на Украине рассматривается с разных точек зрения. Упоминается и недовольство западных спонсоров, и усталость населения от войны и от Зеленского, и феноменальная способность Офиса президента плодить на ровном месте оппозицию… Однако корень – в тех же процессах, которые привели к власти Владимира Зеленского в 2019 году
© Фото : Пресс-служба президента Украины
Запрос на смену политической элиты возник еще в 2012 году. Задача представить свои партии в новом свете тогда была актуальной для всех игроков, справились они с ее решением по-разному, но радикальной смены элит не произошло.
Во время политического кризиса 2013–14 годов запрос на смену политической элиты тоже стоял ребром, трехголовое руководство Майдана в лице Кличко, Яценюка и Тягнибока как раз демонстрировало возможность удовлетворения этого запроса.
Кстати, если бы не Майдан, Кличко стал бы самый рейтинговым оппонентом Януковича и имел вполне реальные шансы на победу. Но победа на выборах никого не интересовала (кроме Януковича, а его мнением никто не интересовался). Демократия – штука непредсказуемая.
На выборах 2014 года этот запрос был реализован лишь частично. Да, в состав Рады попало множество новых лиц вроде «голого казака» Гаврилюка или журналиста Лещенко, но они остались исключением, к тому же исключением не очень понятным: Гаврилюк, даже переодевшись в «спинжак с карманами», остался «голым казаком». Зачем он в Раде?
К тому же президентом стал Петр Порошенко* – плоть от плоти старой политической элиты, начавший политическую карьеру в 1998 году в СДПУ(о).
Полностью тема на обновление элиты была отыграна в 2019 году, когда большинство в Раде получила «партия», в списки которой принципиально не брали политиков с бэкграундом – только ноунеймов с улицы.
Мы поместили слово партия в кавычки, отдав должное характерной для постсоветского пространства политической практике – какую партию не строим, все равно получается КПСС.
Между тем политтехнологи «Слуги народа» творили историю: из гумуса и веток (другим материалом они себе пользоваться запретили) соорудили первую и единственную на Украине партию англосаксонского типа, в типологии Мориса Дюверже – «кадровую» (классик был не в ладах со словами – у него все названия неправильные).
Что характерно, случайностью это быть не могло: американские политтехнологи в кампании не участвовали, а Дмитрий Разумков – очень грамотный академический политолог.
Эта история проливает свет на дальнейшее. После того, как Зеленский стал президентом, процесс формирования новой политической элиты естественным образом продолжился. Вопрос стоял в том, откуда она вообще возьмется. Предсказуемо оказалось, что взяться ей, в общем-то, и неоткуда, кроме как из «Слуги народа». А среда СН была настолько «жидкой», что оттуда можно было взять что угодно: думаю, там где-то и коммунисты есть.
Первой ласточкой стал упомянутый уже Разумков, вышедший из «Слуги народа» в ноябре 2021 года – после своей отставки с поста спикера. Политический проект Разумкова, однако, не взлетел, что было обусловлено в равной степени как тем, что избиратели недостаточно устали от Зеленского, так и вопиющим отсутствием харизмы у самого Разумкова. Сам по себе он слишком положительный – умеренный, аккуратный, профессиональный, здравомыслящий, не вредный… За таких не голосуют.
Потом политических лидеров новой волны начали плодить уже Ермак и Зеленский. Видимо, от безысходности.
Первым был выведен в политики главком Валерий Залужный. Сначала его раскрутили в СМИ как героя-победителя, потом, убоявшись собственноручно сделанного рейтинга, отправили в отставку и сослали в Лондон. Причем весь этот процесс проходил без участия самого Залужного – он не хотел идти в политику и старался позиционироваться исключительно как незаменимый военный специалист.
Собственно, он и сейчас себя так ведет. Избирателям, однако, зашло.
Мы думали, это была личная инициатива Ермака, но оказалось, что Зеленский отлично справляется и без него – переставив на пост главы ОП начальника ГУР Буданова**, он сделал его политиком, а не сработавшись с ним – политиком оппозиционным…
А теперь вот Федоров, который с места и в карьер стал одним из самых рейтинговых политических деятелей… А ведь Федоров – непосредственный член команды Зеленского с еще квартальских времен.
Его, конечно, поддержали «соросята», но не как своего, а как «социально близкого» – он подходит по образу, но сам в соросовскую гоп-кампанию не вписывается, потому что грамотный технократ (современная «соросятня» – тоталитарная секта, личный состав которой отличается феноменальной тупостью и неспособностью к хоть какой-то полезной деятельности – достаточно вспомнить правительство Гончарука-Милованова).
Кстати, о конфликте с «соросятами»: раньше его удавалось гасить, а влияние самой группы уравновешивать благодаря талантам Ермака. Но разрегулирование выстроенной в окружении бывшего президента системы сдержек и противовесов было связано не только с отставкой главы ОП, но и со своеобразным «пассионарным взрывом» в партии СН.
Если раньше внутри фракции были более заметны люди, которые не хотят нести ответственности за деятельность режима и ищут возможности свалить из Рады (они никуда не делись – их просто не выпускают), то сейчас те, кто не хочет нести ответственность за деятельность режима, считают себя несправедливо обойденными при распределении хлебных мест – и ищут возможность свалить в оппозицию.
Тут еще один важный момент: как показала политическая практика, в оппозиции находиться безопасно. Сколько Зеленский не обещал, но осенью на Украине по-прежнему сажают буряк (свеклу), а Порошенко* не сажают. Вообще, последние события наглядно показывают, что переместиться за решетку из властного кресла вполне реально, а вот из оппозиционного – вряд ли.
Этот капкан Зеленский тоже поставил себе сам.
Естественно, запрос на новые политические силы к среде СН не сводится. Вот, например, Алексей Гончаренко**, политик отнюдь не новый (заметным на национальном уровне он стал еще до избрания в Раду в 2014 году), но претендующий на «вечную молодость», вышел из «Европейской солидарности» и соорудил свою партию. Освежил имидж, так сказать. Посмотрим, удастся ли ему запутать избирателей.
Пожалуй, самое важное в новой поросли политических деятелей то, что все они, именно как самостоятельные политики, а не пешки в руках ОП, – продукт военного времени. Все они, даже Буданов**, который пытался позиционироваться как человек, готовый договариваться «хоть с чертом лысым», с трудом представляют себя, если представляют вообще, вне конфликта.
То есть сама по себе смена власти, если она произойдет (мы все же полагаем, что Зеленский не настолько деморализован, чтобы допустить выборы или, тем более, майдан) к изменению политического курса Украины не приведет. Даже если боевые действия каким-то образом будут приостановлены, страна все равно останется военным лагерем, готовым в любой момент времени, по трем зеленым свисткам из Лондона или Вашингтона, снова начать беспорядочно стрелять во все стороны.
Думается, украинские избиратели будут этим несколько разочарованы, но тут вот какое дело – запрос был на новых политиков. Не лучших, не стремящихся к миру, не еще каких-нибудь, а именно новых. Вот, новые пришли. Получите и распишитесь.
Первый заход «новых», в 2014 году, привел к началу гражданской войны. Второй, в 2019?м, – к началу СВО. К чему приведет третий заход – трудно себе представить, но точно будет хуже. А все почему? Потому что формулировать задачи нужно правильно.
* Член объединения, включенного в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга.
** Включен в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга.
Василий Стоякин, Украина.ру
Силы ПВО за ночь уничтожили 325 БПЛА ВСУ
