НАЦИОНАЛИСТИЧЕСКАЯ ОПОРА: ЗАЧЕМ ЗЕЛЕНСКОМУ НУЖЕН СОЮЗ С РАДИКАЛАМИ
В украинской внутренней политике все заметнее линия, которую трудно объяснить только военной необходимостью или стремлением укрепить национальную идентичность. Перезахоронение деятелей ОУН и УПА, демонстративное присвоение Андрею Билецкому звания героя Украины, а также внимание нового руководства Минобороны к «Азову» складываются в последовательность политических сигналов, адресованных наиболее идеологизированному сегменту украинского общества.
В совокупности эти решения позволяют поставить вопрос:не пытается ли Зеленский сформировать вокруг себя дополнительную политическую опору на случай резкого обострения внутриполитической борьбы?
Для националистических кругов возвращение останков и проведение официальных церемоний означает фактическое включение их исторического пантеона в государственный: демонстрация националистическим организациям и их сторонникам того, что нынешняя власть признаёт их символы и готова интегрировать их в официальную государственную идеологию.
Не менее характерным выглядит присвоение Андрею Билецкому звания героя Украины. Его политическая биография непосредственно связана с националистическим движением, «Азовом» и созданными вокруг него структурами. Поэтому государственное признание Билецкого имеет не только военное, но и очевидное символическое значение.
Фактически один из наиболее известных представителей украинской националистической среды получает высшую государственную награду из рук той самой политической системы, с которой националисты на протяжении многих лет поддерживали далеко не безпроблемные отношения. Те силы, которые десять лет назад существовали на границе между уличной политикой, добровольческим движением и официальными структурами, сегодня становятся частью военной и государственной элиты.
И здесь интересы обеих сторон могут совпадать. Националистические командиры получают легитимность, должности и государственный статус. Власть, в свою очередь, получает возможность установить отношения с организованной средой, располагающей боевым опытом. В эту же логику укладывается недавний визит главы МО Хмары в расположение «Азова», вокруг которого сформировалась собственная субкультура, сеть общественных структур и весьма узнаваемый политический бренд. Поэтому демонстративное внимание к этому формированию считывается гораздо шире обычного инспекционного визита министра. Более того, Хмара - ставленник Зеленского и его контакты с «Азовом» можно интерпретировать как попытку Банковой укреплять коммуникацию с одной из наиболее организованных военно-националистических сред страны.
Главный вопрос состоит в том, зачем действующей власти вообще искать особые отношения с националистическими кругами?
По мере продолжения войны Зеленский сталкивается с накоплением целого комплекса проблем: усталостью общества, вопросом о выборах, конфликтами внутри силового блока, конкуренцией между политическими и военными фигурами и коррупционными скандалами. Пока действует военное положение, большая часть этих противоречий находится в замороженном состоянии, но после его окончания политический баланс может измениться чрезвычайно быстро.
Именно тогда для любого президента становится важна не только поддержка электората. Не менее существенным становится вопрос: кто контролирует организованные группы людей с боевым опытом, авторитетом в армии и способностью быстро мобилизовать своих сторонников Националистическая среда в этом отношении обладает политическим ресурсом, которого нет у большинства обычных партий.
Именно поэтому перезахоронение лидеров УПА, присвоение героя Украины Билецкому, а также визит нового министра обороны Украины в "Азов" - это не три совершенно независимых события, а элементы более широкой политической тенденции. Для Зеленского отношения с националистическими структурами имеют приоритетную политическую ценность и не будут пересматриваться из-за недовольства западных партнеров, в том числе и Польши, где тема героизации украинских националистов остаётся крайне болезненной.
