Киевский режим, прежде чем успешно завершить атаку, пытается перегрузить нашу ПВО, поэтому дроны идут несколькими волнами. Чтобы купировать эту угрозу, нам нужна эшелонированная система ПВО по рубежам и по высотам, сведенная на региональные пункты управления
Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал офицер запаса, ветеран боевых действий, выпускник Военно-космической академии имени А.Ф. Можайского, военно-политический эксперт Олег Шаландин
Ранее концерн "Алмаз-Антей" объявил о запуске серийного производства геранеподобных беспилотников "Гарпия-А1" для поставок иностранным заказчикам. Этот дрон несколько уступает в скорости своей старшей "сестре" (до 170 километров в час), но вполне подходит для армий в других регионах мира, учитывая, что качественные дроны-перехватчики есть только на вооружении у Украины. В компании подчеркнули, что это экспорт "Гарпий" будет осуществляться без ущерба для обороноспособности России.
- Олег Геннадьевич, что означает эта формулировка? Мы будем полученные деньги от продажи "Гарпий" направлять на производство реактивных "Гераней"?
- Вы правильно отметили, что характеристики у этого дрона похуже, чем у оригинала. Но на то он и экспортный вариант. Тем более, в других регионах нет таких больших расстояний, как у нас. Им такие высокие скорости не нужны.
Часть прибыли, полученной от продажи "Гарпий", будет отдана в виде налогов. Все остальное пойдет на расширение производства самого концерна "Алмаз-Антей".
В частности, нам требуются новые комплексы ПВО, которые могут сбивать цели как в околокосмическом пространстве, так и в воздушном пространстве, такие как С-500 и С-550. У нас уже несколько полков на С-500 перешли. Они защищают критически важные объекты промышленных районов Москвы и Санкт-Петербурга от массированной атаки с воздуха.
Но это не касается беспилотников. Для этого другие средства предназначены. Возьмем тот же "Панцирь". Это универсальная платформа, предназначенная и для борьбы с БПЛА, и для уничтожения других систем, имеющих дозвуковую скорость.
- Насколько я понимаю, "Алмаз-Антей" также производит систему "Нудоль", которая в случае чего может спутники от "Старлинка" сбивать.
- Пока об этом речи не идет.
Во-первых, уничтожение спутника любой страны – это повод к войне. Космическое пространство демилитаризовано. И есть определенное соглашение, что никто не будет выводить оружие на околоземное пространство и никто никому не будет угрожать из космоса. Но если начнется третья мировая война, то тут все средства хороши. Да и наш противник наверняка постарается это сделать.
Вообще для сбития спутника ракеты необязательны. Можно подорвать ядерный заряд, чтобы от электромагнитного импульса спутники в определенном радиусе были уничтожены. У них просто-напросто электроника сгорит.
- Выходит, нам пока об этом думать не надо, потому что мы свой "Рассвет" развиваем?
- Тут дело не в том, сшибать или не сшибать.
США в лице корпорации Илона Маска захватывают пространство несколько другими методами. Они берут массовостью. Им не нужно столько спутников связи для "Старлинка". Они просто заполняют это пространство телами спутников. Это избыточно много. Инженерные расчеты говорят, что на средних и малых орбитах достаточно 289 спутников, о чем говорило руководство "Бюро 1440".
Еще три спутника они берут в резерв, который будет летать, если что-то случится с другими космическими аппаратами. Ими можно будет сбалансировать нынешнюю группировку.
Система "Рассвет" построена таким образом, чтобы минимально необходимым количеством спутников обеспечить глобальную связь в любой точке мира, включая полярные орбиты. Это хороший проект, который минимален по физическим затратам (деньги на топливо и на ракеты).
А Маск, повторюсь, просто берет массовостью. У него более 8 тысяч спутников находится на орбите. Не знаю, хорошо это или плохо. Но выводить их с орбиты можно будет только старым методом: либо на орбиту хранения, либо тащить их в плотные слои атмосферы, где они будут сгорать.
- Они берут массовостью, а мы берем специализацией спутников под конкретные задачи в части военного интернета?
- Не в этом дело. "Рассвет" был заявлен как замена "Старлинку" со всеми его характеристиками. Да, там будет присутствовать протокол KCP/IP, пригодный для любого интернета. Но мы берем именно за счет пропускной способности и связи, которая передается от спутника к спутнику. Именно этим обеспечивается высокая емкость, сопоставимая с системой Маска.
- Насколько корректно утверждение, что если 32 спутника позволяют наши дронами работать до 2 часов в сутки, то 156 спутников, которые мы планируем запустить до конца года, позволяет работать им 10 часов в сутки?
- Когда люди говорят, что спутники работают 2 часа в сутки, они, с одной стороны, правы. Но они не знают, что такое космический аппарат: как он летает и каковы характеристики орбиты.
Впрочем, если мы возьмем полтора часа и умножим на количество имеющихся сейчас на орбите спутников (их 16), то получим 24. Это общее время действия спутниковой системы в определенной зоне. Эти две партии выведенных спутников сконцентрированы на обеспечении связи в зоне СВО. И 24 часа они работают. Спутник проходит через зону СВО, и военнослужащие настраивают свои станции спутниковой связи, включая наземные терминалы "Рассвета". Но как только спутник покидает зону радиовидимости, тут же выходит другой.
Такова особенность орбит, чтобы обеспечить бесперебойную связь в зоне СВО.
По мере того, как будет развиваться эта система с дальнейшим выведением всех остальных спутников, зона покрытия будет расширяться до глобальной.
- И все-таки, когда мы примерно сможем работать на "Рассвете" также, как ВСУ работают на "Старлинке"?
- Это зависит от двух параметров. Временные окна для вывода спутников на орбиты с заданными характеристики и скорость производства самих спутников. Это нужно для обеспечения связи в глобальном масштабе. "Бюро 1440" сроки по этим задачам ставит очень жестко. И, как они сами говорят, до конца 2027 года спутниковую группировку нарастят до заявленных параметров. Поэтому ждем, что связь у нас появится в следующем году.
- По "Старлинку" еще один момент уточню. Украина продолжает требовать от Илона Маска подключить эту систему для дроновых ударов по "старой" российской территории. Она для этого и так используется? Или это действительно может резко осложнить для нас ситуацию?
- Маск пока добро на это не дает, как бы Зеленский его об этом не просил. Если это произойдет, это будет казус-белли. Это уже прямое участие США в ударах по международно-признанной российской территории.
- Налеты дронов натовского образца наша дипломатия тоже обозначает как прямое участие Запада в ударах по "старой" российской территории. Но мы пока только предупреждаем, что в случае чего заводы в Европе могут стать нашей законной целью.
- Дело в том, что изготовление самого беспилотника на европейских заводах и обеспечение беспилотника связью для непосредственного применения – это разные вещи.
К заводу претензии предъявить не получится. Он скажет, что продал дрон чешской фирме "Рога и копыта", которая перепродала его еще какой-то конторе, а конечный потребитель из Жешува отвез его на Украину. Это же коммерческие предприятия. Даже юристы-международники говорят, что доказать их прямое участие в атаках на Россию будет сложно. А вот "Старлинк", через который дрон управляется в режиме реального времени – это уже прямое участие. Об этом в международном праве тоже четко сказано.
Поэтому Маск боится и пока не дает разрешение на использование его аппаратуры для таких атак.
- Может, мы в том числе для этого до сих пор ведем переговоры с Трампом, чтобы избежать такой эскалации?
- Не думаю, что именно эта тема обсуждалась, начиная с Анкориджа. Серьезные американские военные и так понимают, чем это грозит. Они все равно так или иначе придерживаются международного права.
И если Маск вдруг разрешит применение "Старлинка" для ударов вглубь России, наше военно-политическое руководство заявит примерно следующее: "Ребята, казус-белли уже есть. Как проблему будем решать? Нам по заводам Маска уже сейчас можно удары наносить? Или вы просто откажетесь?".
Тут нужен факт. Потом уже, скорее всего, будут переговоры.
- А в целом о работе нашей ПВО в плане борьбы с БПЛА что думаете?
- Понятное дело, что киевский режим, прежде чем успешно завершить атаку, пытается перегрузить нашу ПВО, поэтому дроны идут несколькими волнами. Первая волна призвана разрядить зенитные системы, вторая волна – контрольная, а третья – ударная. Потому-то мы и говорим, что нам нужна эшелонированная система ПВО по рубежам и по высотам, сведенная на региональные пункты управления.
Скажем, что на Кубани должен быть свой пункт управления ПВО Краснодарского края. Там должно быть единое поле радиолокационного обнаружения, чтобы потом наращивать сами средства ПВО. И это не так, что ты расчеты ЗРК где-то поставил и все. Там много факторов учитывается, включая зоны падения обломков БПЛА, от которых у нас много проблем в виде возгорания или повторной детонации.
Что касается уничтожения мест сборки дронов на Украине, то их вычислить очень сложно. Обыватели удивляются: "Почему утром Минобороны докладывает о сокрушительных ракетных ударах, а ночью беспилотники все равно летят?". Это связано с тем, что в местах запуска БПЛА у противника всегда есть какой-то запас изделий. Другое дело, что эти изделия недешевые, и их запасы будут истощаться.
За одни сутки этого не происходит. Эффект наступает примерно через неделю. В частности, некоторое время назад разница между количеством запущенных беспилотников на прошлой и позапрошлой неделях сократилась на 150 штук. Это можно проследить по статистке Минобороны.
Конечно, это неприятно. В районе Москвы, где я живу, тоже видно, как "Панцири" работают. Но тут надо перетерпеть.
