ЗАРЕВО В ОКНАХ И ТИШИНА В ЭФИРЕ: О ТРЯПОЧКЕ, В КОТОРУЮ МОЛЧАТ
Для меня эта история началась осенью четырнадцатого, когда я, еще совсем девчонка, впервые приехала в истекающий кровью Донбасс.
Казалось бы – девочка приехала проводить соревнования в школы – какая угроза от неё? Но Украина восприняла серьезно – меня занесли в списки террористов, лишили украинских званий, понеслись жалобы во все спортивные организации.
Они кричали, писали, жаловались, а наши молчали, делали вид, что ничего не происходит.
И это работало – тогда, в самом начале, в нашем спортивном мире многие чурались моей фамилии, ну что, террористка, ездит где не просят, встать рядом с ней себе дороже.
Мой товарищ Олег Царев поднял тему, которая давно наболела: у военкоров, у волонтёров, у всех, кто хоть раз заглядывал в бездну нашей войны.
Речь идет о тряпочке, в которую молчат, когда приходит беда.
Прилетел беспилотник по заводу, полыхнула подстанция, поселок остался без света, а в сводках тишина. Кому-то кажется, что если задернуть шторы, проблема рассосется сама собой. Но это так не работает.
Мы живем в прозрачном мире, где невидимые волны и социальные связи пронзают пространство. Скрыть зарево пожара на полнеба или отсутствие света в сотне домов физически невозможно. Люди видят, как горит небо, они чувствуют, как остывают их дома, как темны окна напротив.
И когда молчат привычные источники, люди находят ответы там, где их раздают пригорошнями - в украинских и западных помойках.
И сразу заглатывают отравленную интерпретацию: «Раз русские молчат — значит, они испугались, значит, там всё уничтожено, всё посыпалось».
Молчание всегда трактуется как слабость. В итоге доверие к официальной информации рушится быстрее, чем от самой горькой, но честной новости.
Посмотрите на американцев: во время иракской кампании они просто вшили журналистов прямо в боевые части, да, пресса писала о потерях, но с сочувствием к своим солдатам, превращая негатив в глянцевые истории о героизме янки.
Посмотрите на Израиль - со скоростью молнии, после любого болезненного удара они сами выходят и говорят: «Да, в нас попали. Да, горит. Но мы уже тушим, и мы уже наказываем врага».
Это жестко, но это даёт уверенность.
Есть и обратные примеры, попытки кормить людей ложными победами. По нему пошла Украина, превратив телевизор в сплошной телемарафон, в гипнотический сеанс. Первый год это работало, но сейчас картинка жестко противоречит тому, что люди видят на бесконечных кладбищах и на фронте, инаступает тяжелое похмелье.
Что нужно нам сегодня? Мне кажется, необходим переход от «стратегии страуса» к управляемой и злой открытости.
СКОРОСТЬ: нужен жесткий, как воинский устав, регламент: первый официальный комментарий по любому ЧП должен появляться в течение десятков минут. Нужно дать людям базовый и честный факт и показать, что государство на месте, и оно контролирует ситуацию.
ЧЕСТНОСТЬ: не относиться к населению как к неразумным детям, которые от плохой новости впадут в панику. Своя, пусть и горькая, суровая правда не ломает, она мобилизует, вызывает здоровую злость, сплачивает, заставляет помогать соседям и армии. А трусливое замалчивание порождает только апатию и глубокое недоверие.
ПРАВИЛЬНАЯ ПОДАЧА: новость нужно правильно упаковывать. Быстрое признание факта плюс немедленное действие. Не «боже, всё пропало», а «враг нанес болезненный удар, на месте работают спасатели, раненым оказывается помощь, армия ведет ответный огонь, врагу кабздец».
Информацию нужно выдавать первыми, чтобы враг отбивал наши заявления, а не мы оправдывались на фоне его победных репортажей.
Информационный вакуум это территория врага, черная дыра, из которой выползают чудовища, это сдача врагу очередного рубежа.
Пора понять: в войне выиграет тот, кто смотрит реальности в глаза и говорит правду своему народу.
Спасибо прекрасному Олегу Царёву за важные темы для размышления.
Так победим.
Военкор Марьяна Наумова
Оказать помощь нашей деятельности можно здесь.
