Министр иностранных дел России Сергей Лавров дал большое интервью программе «Большая игра» на «Первом канале».
Часть седьмая.
— Господин министр, для любого нейтрального наблюдателя, даже для многих людей на Западе совершенно очевидно, что Россия обязательно победит военным путём в ходе специальной военной операции, и произойдёт это довольно скоро. А что Вы думаете, какой план есть? Что будет с Украиной после того, как Россия одержит военную победу?
— Собственно говоря, господин Наполитано, это продолжение моего ответа на предыдущий вопрос. Помимо тех, кто озверело, другого слова не подберу, требует вернуть границы 1991 года, чтобы опять отдать в настоящий концлагерь людей русской культуры, столетиями живших на этих землях, помимо этих людей есть ещё такая группа, у которой периодически мы наблюдаем признаки реализма.
Вот некоторые сейчас, включая Президента Финляндии, Премьера Италии, начинают говорить о необходимости срочно прекратить огонь. И за этим тоже скрывается желание выиграть время — все это прекрасно понимают. И Зеленский даже не скрывает. И говорит: «Нам срочно необходимы ракеты к системам Patriot и ещё средства противовоздушной обороны, мы должны сохранить своё государство» и так далее.
Но те, кто призывает, — они все призывают к остановке, но большая часть говорит, что, когда остановятся, то ничего не признают из того, что Россия сейчас контролирует. А некоторые говорят, что, дескать, надо срочно заморозить ситуацию, немедленно дать Украине, оставшейся части Украины, гарантии, сопоставимые со статьёй 5 Вашингтонского договора, и развернуть на той территории, которая останется под контролем Киева, международные стабилизационные силы.
Мы уже на это реагировали. Сказали, что любые люди в военной форме, любые военные объекты для нас — это законная цель и что ни о каком варианте, который будет, по сути дела, воспроизводить членство в НАТО без оформления этого членства юридически, речи быть не может.
Но самое главное, что и те, кто готов только на «границы 1991 года» и выступает за окончание боевых действий прямо сейчас, и те, кто за окончание боевых действий с намёком на признание того, что реально произошло на юго-востоке Украины после того, как в ответ на развязанную против нас войну руками киевского режима мы начали специальную военную операцию, — и те, и другие говорят о сохранении режима, который сейчас правит в Киеве.
А это означает уже приводившиеся мной характеристики этого режима: нацизм, агрессивная русофобия, нарушение прав человека, прав на язык, на выбор религии. Всё это, все эти «европейские ценности», будут консолидированы после того, как наступит то или иное завершение военной фазы.
У них про выборы — они уже заикнулись про эти выборы, а сейчас все говорят, что нет, этого не надо делать. От американцев слышать возражения против выборов было бы вообще странно — каждые два года «вынь да положь» проведите выборы. Американцы здесь тоже проявляют реализм.
А вот Европа хочет сохранить откровенно русофобский, агрессивный неонацистский режим. Это европейский план. Я не вижу, как российский народ может принять такую развязку.
