Основным транспортом переднего края сегодня является не БМП и даже не "Тигр", а мотоцикл. За тем, как штурмовики 6-го гвардейского танкового полка 9-й гвардейской танковой дивизии группировки войск "Центр" осваивают это средство передвижения, наблюдал журналист издания "Украина.ру".
В ожидании встречи, не сговариваясь, разбредаемся по машинам. На днях буквально от жары изнывали, а Шуфутинский "Третье сентября" пропел – и началось: и небо аквамариновое над головою, и луч солнца золотого нежно выжигает сетчатку… Но ветер уже вполне осенний – холодно.
– Чего жужжит? Едут?
– Да "фипка" летает.
– Срочно в номер: военкоры под атакой ВСУ! Включайте "Булат"! Запишем остросюжетный репортаж.
– Я сейчас РЭБ клацну – и все полеты закончатся.
– Учти, я не вмешаюсь, когда беспилотчики придут разбираться с теми, кто их "птичку" уронил. Они тут за холмом тренируются.
– О! А это, судя по всему, уже к нам!
Без малого сорок лет я прожил в Донбассе, а до войны почему-то не замечал, что здешние степи по осени здорово похожи на те прерии, что пацаненком в фильмах с Джоном Уэйном видеть приходилось.
На вершину холма, что примерно в километре от нас, взбирается первый наездник. За ним еще один. И еще, еще. Лихо вписываясь в повороты, они пересекают степь по узкой грунтовке. Творческая жилка подзуживает дополнить картинку облаком пыли, что преследует всадников, но таковой не наблюдается. Специфическая техника езды тому виной или четко выдержанная дистанция, – вопрос десятый. Пыль демаскирует, а потому чем ее меньше, тем лучше.
Один за другим бойцы заезжают на пятачок, обозначенный как место встречи. Импортные СМИ окрестили их современными драгунами, местные – ковбоями или военными байкерами. Но вообще-то они штурмовая пехота на байках.
По мере развития БПЛА-камикадзе, легкая бронетехника, а вслед за ней внедорожники и "джихад-мобили" (гражданская советская классика, адаптированная "кулибиными" для бросков на передний край) отодвигались все глубже в тыл. А пешком, знаете ли, в штурм не побегаешь. Не говоря уже о снабжении передовых позиций и многом другом.
Столкнувшись с проблемой, наши войска адаптировались, пересев на мотоциклы и квадроциклы. Поначалу речь шла о передвижении личного состава и транспортировке грузов, а после выяснилось, что и в бой на мотоциклах гонять тоже можно.
– Слушай, я вот гляжу, что мотоциклы у вас бензиновые. А электрические не лучше?
– В чем-то, наверное, лучше, но где их заряжать? Это БПЛА-шникам хорошо. Там всегда найдется, от чего зарядиться, а под наши задачи бензиновые лучше.
– Они же шумят.
– Так это не всегда плохо. Зато они легче, менее капризные. Сам знаешь, по каким болотам иной раз ездить приходится. Этот, в случае чего, я сам могу из грязи выволочь, без чьей-то помощи.
Ребята, которые работают на полигоне, в большинстве своём – новички, подписали контракты месяц-полтора назад и с тех пор обучаются военным премудростям. Но некоторые из них давно на "ты" с мотоциклами.
"Я здесь уже двадцать дней. Если говорить о мотоциклах, нас гоняют по мотодрому, учат уворачиваться от FPV-дронов, преодолевать препятствия, замечать и объезжать "сюрпризы", на которых можно подорваться. Вообще, я с детства имею дело с мотоциклами, поэтому и здесь решил тоже попробовать. Мне, конечно, полегче", – говорит рядовой Павел Чубаткин, похлопывая железного коня по седлу.
Учебный маршрут здесь замысловатый, состоит из препятствий, сложных поворотов, оврагов и естественных трамплинов. При этом для бойца, в отличие, к примеру, от спортсмена-мотоциклиста, проехать по трассе за определенное время – только полдела.
В процессе он должен визуально контролировать и небо, и участок дороги перед собой, а еще быть готовым вступить в бой. Ибо в боевых условиях его будут ждать на финише не кубок, игристое и красивые девушки, а хорошо укрепленная вражеская позиция.
– Слушай, а от FPV-дрона разве можно увернуться?
– Увернуться – да, оторваться – нет. Как увернуться: оператор, как правило, стремится поразить мотоцикл, поэтому нужно прыгать. Ты полетишь в одну сторону, а мотоцикл дальше поедет.
– И каковы твои действия в случае утраты мотоцикла?
– Двигаться вперед. Может, кстати, удастся найти другой мотоцикл.
– А ремонту в полевых условиях вас тоже обучают?
– Да, но как его в поле починишь, если здесь и сейчас у тебя нужной детали нет? Если что случилось, ты мотоцикл укрыл, спрятал, закопал. Нашел запчасть – вернулся и починил. Но это зависит от ситуации, от места. Можно транспорт подогнать, когда фронт чуть отодвинется, погрузить, вывезти в тыл и уже там чинить.
"Эй, братец, подними "птичку" и маленько "покошмарь" пацанов на маршруте! Имитируем атаку БПЛА!" – кричит инструктор с позывным "Якут" оператору.
Замечаю, как плотоядно тот лыбится из лесополосы, кивая в ответ.
"Якут" молод, энергичен и дружелюбен. Как и многие инструкторы, обучать личный состав начал после очередного тяжелого ранения.
"С детства люблю мотоциклы. Придя на войну, увидел мотоцикл в батальоне и начал расспрашивать, чего да как. Хотел даже свой мотоцикл из дома сюда привезти. В общем, попал в мобильный взвод.
После ранения, пока находился здесь, довелось потренировать молодое пополнение. Один раз, другой, третий. Уехал на задачу, вернулся, снова попросили с людьми поработать. А после последнего ранения оставили здесь насовсем. Уворачивался от дрона, влетел в дерево и челюсть сломал в двух местах. Два открытых перелома. На осколки прямо раздробило", – рассказывает он.
Бойцы тем временем наматывают очередной круг, но уже под жужжание "камика". Назойливой мухой дрон кружит над колонной, то и дело заходя на атаку. Понятно, что здесь все понарошку, но с толку сбивает на раз-два.
Важно не давать волю эмоциям, концентрироваться на задаче, сохранять темп и держать правильную дистанцию, которая, с одной стороны, позволит не потерять из виду боевых товарищей, а с другой – не даст вражескому оператору поразить всю группу одним точным ударом.
– "Якут", ты здесь чему обучаешь?
– Вождение техники, преодоление препятствий, обнаружение всевозможных мин: "лепестков", магниток, противотанковых мин.
– А как же магнитную мину проскочить на мотоцикле?
– Только заметить и вовремя объехать.
– Штурм на мотоциклах как-то меняется со временем?
– В принципе, все то же самое. Просто нужно подстраиваться под новые реалии. Выбирать правильное время, выбирать маршруты, искать новые способы обмана вражеских операторов "птичек", поскольку они ведь тоже совершенствуются.
– Что мотоцикл дает штурмовику?
– Скорость, маневренность, эффект неожиданности. Это главное. Мотоцикл есть мотоцикл. Его меньше слышно, меньше видно, в него тяжелее попасть. Пока враг осознает происходящее, мы уже тут.
В те времена, когда "Якут" начинал воевать на "железном коне", мотоциклы в армии считались экзотикой. Сегодня же управление ими – неотъемлемая часть подготовки бойца.
"Приходят люди по тридцать-сорок лет, которые даже на велосипеде отродясь не сидели. Сначала даем теорию, потом учим трогаться, останавливаться, проезжать небольшие прямые отрезки. С каждым днем все сложнее: к концу обучения парни уверенно владеют мотоциклом.
Конечно, не каждый потом способен участвовать в наших мото-похождениях. Для боевой работы отбираем лучших. Зато все умеют ездить, могут доставить груз, эвакуировать, в случае чего, себя и товарища. А это уже немало. Были случаи, когда шли с раненым, нашли мотоцикл, подняли, сели и уехали. Сами живы-здоровы – и "трехсотого" вытащили", – вспоминает инструктор.
После очередного круга ребята останавливаются, чтобы перевести дух. Вроде машина сама тебя несет, но предельная концентрация и постоянный анализ ситуации отнимают уйму сил.
Облокотившись на рули, солдаты перебрасываются шуточками. Глядя на них, в который раз думаю, насколько эффектно смотрятся пехотинцы на байках. Хоть в кино снимай или на обложках журналов печатай.
– В связи с травмой челюсти, что думаешь о дискуссии насчет более прогрессивной мотоциклетной защиты для бойцов?
– Не знаю. Вообще, конечно, хорошо бы, но как реализовать? Можно, наверное, в виде каких-то элементов, которые закрепляются на шлеме, но даже сам шлем здорово мешает контролировать ситуацию вокруг, а это и подавно.
– Даже активные наушники не помогают?
– В этой ситуации – нет.
Почему западные СМИ окрестили штурмовиков на мотоциклах драгунами? Как и воины прошлого, они воюют и на колесах, и спешиваясь. Здесь и сейчас ребята учатся ездить по одиночке, но в бою, скорее всего, на мотоцикле будут сидеть двое: один управляет, другой, вооружившись ружьем, прикрывает.
В одних случаях штурмовики, добравшись до нужного места, бросают "коня" и приступают к штурму, в других первые номера высаживают вторых у вражеской позиции и уходят в тыл. Комбинаций разработано множество, применяются они в зависимости от конкретной ситуации.
"Мы тут обучаем передвижению на мототехнике с последующим штурмом опорного пункта либо населенного пункта. Чем хорош мотоцикл? Он позволяет быстро преодолеть самый опасный участок маршрута. К тому же на мотоциклах люди работают двойками. В голове мысль, что вот мой второй номер, он рядом и мы вместе работаем.
Мотоцикл можно бросить либо в лесополосе, либо уже непосредственно перед штурмом опорного пункта. Можно даже соскочить с мотоцикла и, пока он едет в сторону противника, открыть огонь. Топливо в мотоцикле загорится –это сработает как отвлекающий маневр. А можно не стрелять, поскольку рев двигателя отвлекает внимание уже сам по себе. Этому всему тоже обучаем", – рассказывает инструктор по армейской тактической стрельбе с позывным "Навигатор", он же старший сержант Мадьяров.
Главный же плюс в том, что мотоцикл экономит силы штурмовика, которые ого как пригодятся в ходе боя с противником. Боец тащит на себе 50-60 килограммов, расстояния солидные, дороги опасные, а на последних километрах и вовсе начинается ад. Даже обладая незаурядными физическими кондициями и будучи вымуштрованным солдатом, до места доберешься вконец измочаленным.
"Мотоцикл изменил многое. Человек добрался до точки, а у него уже одышка, перенапряжение. В том числе нервное. А надо идти штурмовать, в голове куча мыслей. Тут может случиться вспышка паники.
На мотоцикле, помимо всего прочего, человек добирается и полным сил, и сохранившим боевой дух. Кроме того, появляется пространство для маневра. Если что-то не получилось, можно отойти и попробовать с другой стороны.
Но, повторюсь, основное – боевой дух. Когда едешь на мотоцикле, в голове спокойнее, тише. Человек добрался, он не изможден, а собран, сконцентрирован и готов работать", – резюмирует "Навигатор".
Инструктор по тактической подготовке гоняет по мотодрому вместе с бойцами и указывает им на ошибки прямо на ходу. Перебросившись с нами парой-тройкой реплик, возвращается к личному составу для разбора полетов.
Станет ли мотоцикл неотъемлемой частью экипировки пехотинца? Начнет ли кто-нибудь из этих ребят конструировать свои мотоциклы после войны? Появятся ли в России ветеранские мотоклубы, готовые привлекать, обучать и воспитывать молодежь? Время покажет.
